Измени себя — изменится Мир вокруг
Логотип клуба OUM.RU

О вакцинации

О вакцинации
О вакцинации

Из беседы с к. м. н. хирургом-флебологом, педиатром, остеопатом Михаилом Сватковским:

— Каковы цели и результаты исследования, проведённого специалистами Вашего центра эстетической флебологии и восстановительной медицины совместно с департаментом образования Кировской области?

— Идея данного исследования родилась после плановой работы на базе нашего центра в результате осмотра детишек от 4 до 14 лет. Так получилось, что здоровых детишек приходило к нам очень мало, что навело на мысль, что что-то происходит с нашими детьми. В результате я обратился к А. М. Чурину, попросил помочь в совместном исследовании. Это было научное исследование, но оно было направлено на подтверждение общей российской статистики, которая гласит, что на территории Российской Федерации на сегодняшний день количество здоровых детей рождается не больше 5 %. Цифры не обнадёживающие, хотелось увидеть что-то другое.

Когда мы провели исследование в трёх школах нашего города: экономико-правовой лицей, физико-математический лицей и 10-я Школа (потому что они все близко расположены между собой), мы, к сожалению, подтвердили данные цифры, и количество здоровых детишек из вторых классов именно такую цифру и составило. Т. е. количество здоровых детей составило примерно 4 %. Их обследовали врачи травматологи-ортопеды и врач невролог. Мы специально выбирали детей по двум принципам: только стопы и только осанка, потому что чаще всего это две точки, на которые начинают жаловаться родители и сами дети при занятиях спортом, физ. культурой, во время сидения за партой и т. д. Обычно говорят: «Мой ребёнок сутулится, он не может ходить, посмотрите, как у него ножки криво идут, обувь стаптывает». Т. е. чаще всего с этими жалобами родители приводили детей в наш центр.

Мы брали осознанно только вторые классы, потому что в первом классе дети ещё бегают и не понимают, как войти в этот процесс, да ещё и секции — тяжело. Тритий класс — это когда дети уже выросли и имеют такую «махровую» ортопедическую патологию, которую становится тяжело лечить. Второй класс — это точка отсчёта, когда можно отслеживать и уже что-то догнать.

Первая жалоба при разговоре о здоровье детей — это их утомляемость: они не могут сидеть на занятиях, они не могут выполнять весь спектр заданий, который на них в данном возрасте возлагается, гипервозбудимость, плохое запоминание, плохой сон, капризность, жалобы на боли головы, на усталость тела, повышенная потливость и ряд других жалоб, которые вроде бы не связаны между собой. Я скажу сейчас вещь, которая не понравится очень многим: это клиника интоксикации тяжёлыми металлами головного мозга.

— Каким образом возникает интоксикация головного мозга тяжёлыми металлами у ребёнка?

— На сегодняшний день сложилась такая ситуация, что информация, которая является достоверной, по каким-то причинам скрывается от родителей. Поскольку родители являются основными субъектами принятия решения о здоровье своих детей до совершеннолетия, то родители принимают решение о действии либо бездействии на основе информации, которая поступает из разных источников…


Вопрос: «Где берутся тяжёлые металлы в окружающей нас среде?» Мы же не кушаем ртуть, мы не курим, надеюсь, уран. Но практика показывает, что тяжелые металлы вокруг нас и каждый день нас окружают. Самым частым источником, откуда попадают тяжёлые металлы в наших детей, является… вакцина. Есть чёткая доказательная база, что каждая вакцина содержит как минимум несколько компонентов, которые являются токсическими для мозга человека, не важно, сколько ему лет. В каждой вакцине содержится соль ртути, которая является в 20 раз токсичнее, чем сама ртуть, в каждой порции вакцины содержится алюминий, формальдегид. Это только три вещества, на самом деле состав вакцин держится в секрете и ни на одной ампуле вещества этого не пишется. Вопрос: «Почему? Почему данная информация скрывается от нас, медиков?» Все дети, проходящие через наш центр с перечисленными жалобами, имеют интоксикацию солями тяжёлых металлов, и при опросах выясняется, что все эти дети прошли полную схему вакцинации. Тогда вопрос к тому, кто организует это всё: «Почему информация не доводится до специалистов здравоохранения?»

— Не опасно ли отказываться от вакцин в стране, где проживают миллионы мигрантов?

— Ответный вопрос: «Узбекистан вымер? Туркменистан вымер? Индия, где миллиард населения, — там все больны туберкулёзом, как нас пугают? Китай, со своим количеством населения, — все больны поголовно?» Там не выделяется столько денег на вакцинацию. До 1900 года, это официальные данные, которые есть на сайте ВОЗ, онкологические заболевания встречались казуистически. На сегодняшний день второе место по смертности занимают онкологические заболевания. Это так… информация для размышления. На сегодняшний день число больных аутизмом в развитых странах, где вакцинация выведена на уровень обязательный, и регламентирующаяся на законодательном уровне, превосходит то количество детей, больных аутизмом, где это делается на добровольной основе. Есть чёткие статистические данные в конкретных медицинских публикациях, где сказано, что, чем больше сделано вакцин от гепатита В, тем выше число заболевших сахарным диабетом I типа, который требует введения инсулина пожизненно. Есть прямая зависимость.

— Каким образом интоксикация тяжёлыми металлами влияет на ребёнка?

— Я скажу словами главного научного сотрудника института имени Н. Ф. Гамалеи, который находится в Москве. Эта женщина, седовласая, умудрённая опытом сказала, что, возможно, человечество совершило ужасную ошибку, которую отказывается принять и признать и продолжает упорствовать. И цена этого упорства — наши дети, наше будущее. Ребёнок, рождённый в роддоме со здоровьем по шкале Апгара в 9 баллов — это, считается, практически здоровый ребёнок, — вдруг после первой прививки становится длительно и часто болеющим. Вроде никакой связи… Очень часто приходящие сюда мамы, приводившие своих детей, говорят, что педиатры не связывают возникновение тех или иных состояний с вакцинацией.

Т. е. идёт ответ: «После не значит вследствие». Они считаю, что действия, которые были произведены до этого, не привели к тем изменения состояния здоровья детей, о которых ведётся речь. А здесь мы занимаемся ортопедическими проблемами, неврологическими проблемами, т. е. болевыми синдромами, изменениями в управлении своим собственным телом. Что такое ортопедия — это костный каркас, на который нанизаны мышцы, который есть локомоторная база, перемещающая человека в пространстве. И если по каким-то причинам это нарушается — есть такое слово «биомеханика», т. е. когда человек двигается с определёнными изменениями, — то возникают сначала какие-то натяжения определённых элементов этого каркаса, потом возникает изменение функций элементов этого каркаса, а потом, если это происходит долгое время, то начинаются повреждения и вырождение, если это взрослый возраст.

Но когда сюда приходят дети с проблемами опорно-двигательного аппарата в 10–12 лет и выглядят, как старички, то возникает резонный вопрос: «А что произошло за эти 10 лет с ними, что они такими больными сюда пришли?» Надо сидеть прямо, надо заниматься физ. культурой, надо пить водичку, кушать витаминки и слушать маму — это всё правильно, но это, опять же, внешние составляющие. Если мы ждём, что ребёнок сядет правильно и у него не будет сколиоза — это профанация. Потому что ребёнок должен сидеть правильно, если он может сидеть правильно, он должен это уметь делать.

А если его мозг не может управлять его мышцами и держать его осанку правильно, то какое может быть правильное сидение? Следующее: в спортивном зале ребёночку дали нагрузочку, а нагрузочку ребёнок не может переносить, потому что его мозг, который «кричит» от токсинов, не может управлять его мышцами, и ребёнок начинает повреждаться. То же самое, когда он сидит на уроке: его «колбасит», его состояние не позволяет ему просто себя зафиксировать на 45 минут и его мозг «кричит»: «Мне плохо!». В нём токсины, которые нужно выводить, а выводятся они при помощи активного движения.

— Как можно изменить ситуацию?

— Можно и одному достигать результатов, но тот, кто стал на этот путь, должен чётко понимать, за что он берётся. Когда я выступил в одном учреждении перед известными людьми нашей области и рассказал о цифрах, которые были выявлены в результате обследования детей, и рассказал, каким способом можно из этой ситуации выйти, в конце я спросил: «Какие будут вопросы?» — в зале была гробовая тишина. Должна быть чёткая конкретная методическая работа с директорами школ, с учителями, с родителями на местах, должен быть какой-то единый регламентирующий орган, например информационный портал, центр, который даёт достоверную информацию, а не искажённую в угоду той или иной фирме того или иного препарата, того или иного направления медицинской деятельности. Должна быть система образования самих мед. работников. Не просто их посадить на федеральные стандарты и платить им зарплату за то, что они собирают как можно больше больных людей, а заинтересовать их именно в уменьшении количества больных людей.


В древнем Китае император платил своему врачу, пока был здоров, когда же он заболевал, доктора убивали. Хорошая мотивация была. А у нас сейчас очень хорошая мотивация в том, что ты выписал очень много таблеток, что ты правильно назначил метод лечения, который чуть-чуть облегчает качество жизни. Создался пласт людей, которые получают информацию, но не осознают её значимости.

Семимильными шагами идёт разрушение системы ценностей для человека. Информация сейчас доступна вся, но она подаётся под таким «соусом», что может показаться не такой важной на сегодняшний день. Мамочкам даётся информация, что нужно выполнять такие-то действия, но на ментальном уровне она не будет ничего делать. Сейчас среди людей до 30 лет отсутствует вектор саморазвития. Люди не готовы сами себя созидать, т. е. уровень творца у них «выключен» полностью, потому что людей химически изменяют на уровне вакцин, на уровне лекарств, которые мы едим горстями, и им всё равно, что с ними происходит, что происходит с их детьми, с их семьёй, с окружающей ситуацией.

Создаётся информационное, духовное, ментальное, оккультное воздействие на мозг, на химию, на гены людей, когда люди не осознают опасности происходящего с ними, с их родственниками, с их страной. В итоге вектор развития этой страны стремится в никуда — это и есть вырождение.

Михаил Сватковский: образование

  • 1997 г. — окончил лечебный факультет Кировской государственной медицинской академии.
  • 1997–1999 гг. — клиническая ординатура по хирургии КГМА (база — КОКБ).
  • 1998 г. — усовершенствование по эндовидеохирургии в учебном центре «Auto Suture Surgical Instruments» (г. Москва).
  • 1999 г. — сертификационный курс на кафедре хирургии и онкологии ФПК ЦОППС РУДН (г. Москва) по циклу «Абдоминальная хирургия с основами эндовидеохирургии».
  • 1999 г. — усовершенствование по циклу «Продвинутая Лапароскопическая хирургия» в госпитале Св. Августина, участие в Международной конференции «Хирургическое лечение грыж», 4-й международной конференции по лапароскопической и малоинвазивной хирургии (14–27 ноября 1999 г., г. Модена, Италия).
  • Сентябрь 1999 г. — ноябрь 2011 г. —в КГКБ № 6 «Лепсе» руководитель областного центра малоинвазивной хирургии, заведующий хиругическим отделением с 2002 г.
  • 2004 г. — сертификат усовершенствования по миниинвазивной флебологии в ММСИ им. И. М. Сеченова.
  • 2004 г. — сертификат школы повышения профессионального мастерства — мастер-класс «Диагностика и лечение варикозной болезни» под руководством директора центра последипломного усовершенствования по ангиологии, флебологии и лимфологии A. Cavezzi (Италия).
  • 02.06.2004 — успешная защита кандидатской диссертации на тему «Ненатяжная пластика послеоперационных грыж передней брюшной стенки» под научным руководством профессора, доктора медицинских наук Егиева В. Н.
  • 2011 г. — сертификат «Лазерные технологии в хирургии» СПБ ГМУ им. И. П. Павлова.
  • 2012 г. — диплом и сертификат о профессиональной переподготовке – организация здравоохранения и общественного здоровья.
  • 2012 г. — сертификат европейского венозного форума о прохождении усовершенствования в Европейской флебологической школе.
  • 2012–2016 гг. — обучение в институте остеопатии СЗГМУ Им. И. И. Мечникова.