Сутра дарованная военачальнику Сингхе

Так я слышал:

В то время многие видные горожане собрались в зале для собраний и всячески восхваляли Будду, Дхарму и Общину. Среди них находился и Синха, военачальник, последователь секты нигантха. И Синха подумал: Воистину, должно быть, Благославенный Будда - святой, пойду и встречусь с ним. И Синха-военачальник направился туда, где пребывал глава нигантх Натапутта, и, приблизившись к нему сказал:"Владыка я хочу посетить отшельника Готаму." Натапутта ответил:"О, Синха, ты веришь, что всякое действие имеет последствия, отвечающие нравственным достоинствам этого действия. Зачем тебе посещать отшельника Готаму, отрицающего последствия действий? Отшельник Готама, о Синха, отрицает последствия действий, он учит Учению недеяния, и в этом учении наставляет своих последователей. "Тогда желание посетить Благословенного, возникшее у Синхи утихло.

Услышав вновь восхваление Будде, Дхарме и Общине, Синха обратился к главе ниигатов во второй раз, и вновь Натапутта отговорил его.

Когда военачальник в третий раз услышал, как видные горожане превозносили достоинства Будды, Дхармы и Общины, он подумал: "Воистину, должно быть, отшельник Готама - Святой Будда. Что мне нигантхи и их согласие или несогласие? Пойду не спрашивая их разрешения, и встречусь с ним, Благословенным, Святым Буддой." И Синха - военачальник обратился к Благословенному со словами: "Я слышал, Владыка, что отшельник Готама отрицает последствия действий живых существ, учит доктрине недеяния и говорит, что действия живых существ не получают своего воздаяния, ибо он учит уничтожению и призренности всего, и в этой доктрине он наставляет своих последователей. Учишь ли Ты уничтожению души и сожжению человеческого существа ? Прошу скажи мне, Владыка: те кто утверждают это, говорят ли они истину или же свидетельствуют ложно против Благословенного, выдавая поддельное учение за Твое?"

И Благословенный отвечал: "В некотором смысле, Синха, те, кто говорит это, утверждают истину обо мне, с другой стороны, Синха, и те, кто говорит обратное, так-же утверждают истину обо мне. Выслушай, и я поясню тебе.

Я учу, Синха, несовершению таких действий, которые неправедны в поступках, в словах, либо в мыслях, я учу непроявлению всех тех состояний души, которые несут зло и нехороши. Но я учу, Синха, совершению таких действий, которые праведны в поступках, в словах и в мыслях, я учу проявлению всех тех состояний души, которые хороши и не несут зла. Я учу Синха, что все состояния души, которые несут зло и нехороши, и неправедные действия в поступках, в словах и в мыслях должны быть сожжены. Тот кто освободился, Синха, от всех тех состояний души, которые несут зло и нехороши, тот, кто уничтожил их, подобно пальме вырванной с корнем, так, что они не могут возникнуть вновь, - такой человек завершил искоренение себя.

Я провозглашаю, Синха, уничтожение самости, вожделения, недоброжелательности, обольщения. Но я не провозглашаю уничтожение воздержанности, любви, милосердия и истины.

Я считаю, Синха, неправедные действия призренными, совершены ли они в поступках, в словах или в мыслях, но я считаю добродетель и праведность достойными похвалы."

И Синха сказал: "Еще одно сомнение осталось у меня в отношении учения Благословенного. Не согласится ли Благословенный рассеять его, чтобы я понял Дхарму так, как ей учит Благословенный?" Татхагата ответил согласием, и Синха продолжал: "Я воин, о Благословенный, и царь назначил меня проводить в жизнь его законы и вести войны. Допускает ли Татхагата, который учит бесконечной доброте и состраданию ко всем страждущим, наказание преступников? И еще признает ли Татхагата ошибочным идти на войну для защиты своего дома, своей жены, своих детей и своего имущества? Учит ли Татхагата доктрине полного самоотказа: должен ли я позволять злодею все, что ему вздумается и покорно уступать всякому, кто угрожает взять силою принадлежащее мне? Утверждает ли Татхагата, что всякая борьба, включая и войны, ведущиеся за правое дело, должны быть запрещены?"

Будда отвечал: "Кто заслуживает наказания должен быть наказан и того кто заслуживает поощрения следует поощрять. В тоже время Татхагата учит не причинять вреда никаким живым существам, но быть исполненным любви и доброты.

Эти заповеди не противоречат друг другу, ибо тот кто должен быть наказан за совершенное им самим преступление, пострадает не из-за недоброжелательства судьи, но в следствие своего злодеяния. Его собственные поступки навлекли на него то, что налагает служитель закона. Тот, кто исполняет приговор, пусть не питает ненависти в своей душе, что бы даже убийца в момент своей казни считал, что это есть плод его собственного поступка. Как только он поймет, что наказание очистит его душу, он не станет более сетовать на свою судьбу, но будет радоваться ей."

И Благославенный продолжал: "Татхагата учит, что любая война, в которой человек стремится убить своего брата, ничтожна, но он не учит, что тот, кто идет на войну, исчерпав все средства к сохранению мира, заслуживает порицания. Порицаемым должен быть тот, кто вызвал войну. Татхагата учит полному отказу от себя, но не учит отказу от чего бы то ни было в пользу сил представляющих зло - будь то люди, боги или стихии природы. Борьба должна быть ибо вся жизнь - борьба. Но тот, кто борется, должен следить за тем, чтобы не сражаться ради своих интересов, против истины и справедливости. Борющийся ради своих интересов, сколько бы он не был велик, или силен, или знаменит, не получит воздаяние, но тот кто борется за справедливость и истину, обретет великое воздаяние ибо даже его поражение будет победой. Личность - неподобающий сосуд для сохранения сколько-нибудь значительного успеха, личность мала и хрупка, и содержимое ее вскоре будет расплескано на пользу, но возможно так же на пагубу других. Истина же недостаточно велика, чтобы вместить сильные желания и стремления всех личностей и когда личность лопнет, как мыльный пузырь, содержимое ее будет сохранено, и в истине обретет она вечную жизнь. Идущий в бой, о Синха, даже за правое дело, должен быть готов к смерти, ибо таков удел воина, и если рок постигнет его, у него не может быть оснований для недовольства. Но одерживающий победу должен помнить о непрочности всего земного. Его успех может быть велик, Но сколько бы велик он ни был, колесо судьбы может опять повернуться и низвергнуть победителя в прах. Но если он обуздает себя, угасив всю ненависть в своем сердце, подымет повергнутого противника и скажет ему: "Теперь приди и заключим мир и станем братьями," - он одержит победу, которая не есть приходящий успех, ибо плоды его пребудут вечно. Велик воин, увенчанный успехом, о Синха, но еще больший победитель тот, кто покорил самого себя. Учение о покорении самого себя, о синха, дается не для уничтожения человеческой души, но ради сохранения ее. Тот, кто покорил самого себя, более достоин жить, процветать, одерживать победы, чем раб самого себя. Тот, чей ум свободен от иллюзии самости, выстоит и не падет в сражении жизни. Устремленного к праведности и справедливости не может постичь неудача, он будет успешен во всех своих начинаниях, и успех его будет прочен. Тот, кто взрастил в своем сердце любовь к истине, будет жить и не умрет, ибо он испил напиток бессмертия. Поэтому сражайся мужественно, о военачальник, и веди свои битвы со всей мощью, но будь воином истины - и Татхагата благословит тебя."

Услышав эту речь Благословенного, Сингха произнес: "О славный Владыка, о славный Владыка! Ты раскрыл истину. Прекрасно учение Благословенного. Ты воистину Просветвленный Татхагата, Святой. Ты учитель Человечества. Ты указываешь нам истинное Освобождение, ибо это действительно есть путь к спасению. Тот, кто следует за тобой, не может не обрести свет, который озарит его Путь. Он обретет счастье и мир. Прибегаю, Владыка к Благословенному, Его Учению и Его Братству. Да примет меня Благословенный, отныне и на всю мою жизнь, последователем, нашедшим прибежище в Нем."

И Благословенный сказал: "Обдумай прежде, о Синха, свои действия. Человеку занимающему такое положение, как ты, не следует совершать ничего, без должного обдумывания."

Но вера Синхи в Благословенного от этих слов только усилилась. Он отвечал: "Если бы другим учителям, о Владыка, удалось обратить меня в свою веру, то они бы раструбили об этом по всему городу Весали, вопя: "Синха - военачальник сделался нашим последователем!"

Во второй раз, Владыка, я прибегаю к Благословенному, к Дхарме и к Общине, да примет меня Благословенный отныне и на всю мою жизнь, последователем, нашедшим прибежище в Нем!"

И сказал Благословенный: "Долгое время, Синха, в твоем доме оказывались подношения членам секты нигантхов. Поэтому следует подавать им пищу и впредь, когда они зайдут в твой дом в поисках подаяния."

И сердце Синхи преисполнилось радостью. Он сказал: "Меня уверяли, Владыка, что отшельник Готама говорит: "Только мне и никому иному должны приносить дары. Только мои ученики и ничьи другие должны получать подношения. "А Благословенный меня призывает к пожертвованию и для нигантхов. Хорошо, Владыка, поступим по обстоятельствам. В третий раз, Владыка, я прибегаю к Благословенному, к Его Дхарме и к Его Братству!