Сутра о Наставнике-Врачевателе

Сутра о Наставнике-Врачевателе, Будда, дхарма, сангха, буддизм, Татхагата, Татхагатта, Так я слышал. Однажды Бхагаван, странствуя по разным землям, прибыл в город Обширно-величавый  и остановился под деревом, издававшим звуки музыки. С ним было восемь тысяч великих бхикшу  и тридцать шесть тысяч бодхисаттв-махасаттв, а также государи разных стран, великие сановники, брахманы, домохозяева, небожители, наги и иные существа из «восьми разрядов», люди и не люди — неисчислимо огромная толпа с почтением следовала за ним, а он проповедовал им Дхарму.

Сын государя Дхармы, бодхисаттва Манджушри, воспринял тогда молчаливый призыв будды, поднялся со своего сиденья, скинул одежду с одного плеча, опустился на правое колено, склонил голову, соединил ладони и обратился к Будде:

— О, Почитаемый в Мирах! Мы хотим, чтобы ты рассказал об именах будд и об их великих изначальных обетах и победоносных достоинствах — дабы все, кто услышит о них, избавились от помех прежних своих деяний. Мы просим об этом, ибо хотим принести пользу и радость всем существам в век Подобия Дхармы.

Тогда Почитаемый в Мирах похвалил юного Манджушри, говоря:

— Хорошо! Хорошо, Манджушри! Ты просишь у меня рассказа об именах будд и о достоинствах их изначальных обетов с великим состраданием, ради всех существ, чьи чувства замутнены пылью прежних деяний, и ради пользы, выгоды, покоя и радости всех тех существ, имеющих чувства, кто будет жить в век Подобия Дхармы. Слушай же внимательно и обдумай как можно лучше! Я сейчас тебе расскажу.

Манджушри молвил:

— Прошу, говори! Мы все рады слушать.

Будда стал рассказывать Манджушри:

— К востоку отсюда, за столькими землями будд, сколько песчинок в десяти Гангах, есть мир, называемый Чистой Лазурью. Имя тамошнего будды — Татхагата Наставник-Врачеватель, Лазурный Свет, Правильно и Равно Просветленный, Совершенный во Знании и в Деяниях, Пришедший с Добром, Постигший Миры, Наивысший Господин, Муж, Почитаемый как Правитель, Учитель Богов и Людей, Будда-Бхагаван.

Манджушри! Когда этот Почитаемый в Мирах, Татхагата Наставник-Врачеватель, Лазурный Свет, шел по пути бодхисаттвы, он принес двенадцать великих обетов, чтобы все существа могли обрести всё, к чему они стремятся.

Первый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету ануттара-самьяк-самбодхи, свет моего тела будет ясен и озарит неизмеримые, неисчислимые, неохватные миры. Мое тело будды будет отмечено тридцатью двумя знаками Великого Мужа и восьмьюдесятью величественными чертами, и я сделаю так, что каждое существо, имеющее чувства, сможет стать подобным мне».

Второй великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, мое тело будет подобным лазури, ясным изнутри и снаружи, чистым и незапятнанным, сияющим, светлым, широким и огромным, украшенным многими достоинствами — и это тело будет пребывать в мире, окутанном сверкающей сетью, чья яркость превзойдет солнце и луну. Для живых существ, блуждающих в потемках, мрак рассеется и они достигнут цели своего пути, преуспеют во всех своих деяниях».

Третий великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, я с помощью уловок и мудрости, неизмеримой и неохватной, сделаю так, чтобы все существа обрели неисчерпаемое множество надобных им вещей, чтобы ни в чем у них не было ни малого недостатка».

Четвертый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если существа пойдут по ложным путям, то я приведу их на мирный и приютный путь, ведущий к бодхи; а если они последуют за колесницами слушателей голоса и одиночек, постигающих связи причин, то я всех их утвержу и укреплю в Великой Колеснице».

Пятый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если неизмеримые и неисчислимые существа станут внутри моей Дхармы совершать подвижнические деяния Брахмы, то каждое из них без изъятия полностью обретет все три вида заповедей. При всяком нарушении заповедей они, лишь только услышат мое имя, вновь обретут чистоту и не попадут на дурные пути».

Шестой великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если будут такие существа, чьи тела слабы, все корни несовершенны, кто уродлив, слабоумен, слеп, глух, нем, увечен, разбит параличом, горбат, прокажен, безумен или поражен еще каким-то недугом — то лишь только они услышат мое имя, все обретут прямизну, острый ум, совершенные корни и избавятся от болезней и страданий».

Седьмой великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если живые существа, пораженные всяческими болезнями, останутся без помощи и пристанища, без врача и лекарства, без родичей и ближних, будут бедны, угнетены, измождены — то лишь только мое имя коснется их слуха, все их недуги будут излечены, к телам и сердцам их вернутся покой и радость, все они обретут дом и семью, богатство и всяческий достаток и достигнут свидетельства об обретении наивысшего бодхи».

Восьмой великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если будут такие женщины, кто захочет избавиться от женского тела, всеми силами будет стремиться расстаться с ним, подверженным сотне дурных влияний, — то лишь только они услышат мое имя, они смогут из женщин стать мужчинами, совершенными мужами, и достигнут свидетельства об обретении великого бодхи».

Девятый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, я освобожу все существа из силков демонов, развяжу-раскрою все ловушки внешних путей. Если эти существа заблудятся в густом лесу ложных воззрений, я всех их выведу-вытяну к правильным взглядам, и они станут постепенно упражняться в деяниях бодхисаттвы и вскоре смогут свидетельствовать о наивысшем, правильном и равном бодхи».

Десятый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если какие-то существа будут схвачены по государеву закону, связаны, допрошены, избиты плетьми, заключены в колодки, заточены в тюрьму, приговорены к наказанию, или подвержены бесконечным бедствиям и несчастьям, обидам и притеснениям, так что будут они горевать и печалиться, страдать телом и сердцем, — то лишь только услышат мое имя, они благодаря моим божественным силам, все счастливо и достойно обретут освобождение от всех горестей и страданий».

Одиннадцатый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если существа будут настолько мучиться от голода и жажды, что в поисках пропитания начнут совершать всяческие дурные дела, — то лишь только они услышат мое имя, всеми своими помыслами примут и удержат его, я сделаю так, что они сперва получат достаточно пищи и питья, высших и чудесных, а после, благодаря вкусу Дхармы, утвердятся в предельном покое и радости».

Двенадцатый великий обет: «Я обещаю, что в будущем мире, когда я обрету бодхи, если существа будут бедны, лишены одежды, так что день и ночь их будут мучить комары и мухи, холод и зной, — то лишь только они услышат мое имя, всеми помыслами примут и удержат его, они обретут всевозможные одежды, высшие и чудесные, кто какие предпочтет, а еще драгоценные украшения, цветочные уборы, благоуханные снадобья, увеселения музыкой и всяческими затеями, всё по желанию их сердец, так что они станут полностью довольны».

Манджушри! Таковы двенадцать тонких, чудесных, высоких обетов Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, лазурного Света, Правильно и Равно Просветленного, — и принес он их в то время, когда совершал свои деяния на пути бодхисаттвы.

И еще, Манджушри! Если бы я в течение целой кальпы и еще дольше кальпы рассказывал о великих обетах, принесенных Почитаемым в Мирах, Татхагатой Наставником-Врачевателем, Лазурным Светом, в ту пору, когда он шел по пути бодхисаттвы, и о достоинствах и величественных украшениях его земли будды, то и тогда я не успел бы всего рассказать. Та земля будды всецело чиста, в ней нет женщин, нет дурных путей перерождения, нет криков страдания. Земля там из лазурного камня, с золотыми нитями по краям дорог. Крепости, башни, дворцы, беседки, жилые покои, окна и занавеси там все сделаны из семи драгоценностей. По достоинствам и убранству эта земля равна западному миру Высшей Радости и ничем не отличается от него.

В той стране пребывают двое бодхисаттв-махасаттв. Имя первого — Повсюду Сияющий Солнечный Свет, имя второго — Повсюду Сияющий Лунный Свет. Они — предводители неизмеримого, неисчислимого множества бодхисаттв, что следуют за буддой. Они способны нести драгоценное сокровище правильной Дхармы Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света. Поэтому, о Манджушри, все добрые сыны и добрые дочери, в чьих сердцах есть вера, если принесут обет, то возродятся в том мире будды.

Почитаемый в Мирах снова тогда обратился к юному Манджушри, говоря:

— О, Манджушри! Есть такие существа, кто не сознает хорошего и дурного, кто подвержен алчности и скупости, не знает о даянии и о плодах воздаяния за щедрость. Они глупы, безумны, лишены мудрости, у них недостает корней веры. Они копят богатства и пекутся об их защите. Когда они видят приближающегося нищего, их сердце недовольно. Когда им доводится совершать деяние, не служащее к их собственной выгоде, они глубоко терзаются, будто кто-то отрезал кусок мяса от их тела. Есть множество таких существ, кто упорствует в жадности, собирает деньги и ценности, но совсем не тратит их даже на себя — что уж говорить о тратах ради родителей, жен, слуг или нищих! По окончании их жизни они возрождаются голодными духами или скотами. Если же они в прежнем своем человеческом рождении слышали имя Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и если вспомнят и призовут по имени этого Татхагату теперь, когда пребывают на дурных путях, — то в то же самое мгновение возродятся среди людей. Вспомнят свои прежние жизни и искоренят страдания дурных путей. Не тешась мирскими радостями, они полюбят давать милостыню и величать других щедрых дарителей, ничего не пожалеют отдать. Позже они смогут отдать просящему подаяния свою собственную голову, глаза, руки, ноги, плоть своего тела — не говоря уже о деньгах и имуществе.

И еще, Манджушри! Есть такие существа, кто хотя и учится у Татхагаты, нарушает правила шилы, или не нарушает шилы, но преступает установления и предписания, или соблюдает шилу, установления и предписания, но разрушает правильные воззрения, или даже не разрушает правильных воззрений, но пренебрегает частым задаванием вопросов, так что не может понять глубокий смысл сутр, проповеданных буддой. Или часто задают вопросы, но поддаются самодовольству, так что оно помрачает их сердца, и они признают верным только своё, а чужое отрицают, клевещут на правильную Дхарму и тем самым примыкают к полчищу демонов. Подобные глупцы действуют исходя из своих ложных воззрений, и из-за этого неисчислимое множество существ подвергается великой опасности. Эти существа возрождаются в подземных темницах, в мирах скотов или голодных духов, глубоко погружаются туда и не могут выбраться беспредельно долго. Но если они смогут услышать имя Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, то они отбросят дурные деяния, станут упражняться во всяческих добрых Дхармах и не останутся на дурных путях. Если же они попали на дурные пути потому, что не могут отбросить свои дурные дела и упражняться в добрых Дхармах, то силою прежде данного изначального обета этого Татхагаты они смогут на мгновение услышать его имя, и тогда по окончании той своей жизни возродятся на человеческом пути, обретут правильные воззрения и последуют им. При добром согласии, с радостью в уме они смогут покинуть семью, уйти из дому, внутри Дхармы Татхагаты примут наставления и ни в чем не станут отступать от них. У них будут правильные взгляды и чистые вопросы, они поймут глубокий смысл, отдалятся от самодовольства и не станут клеветать на правильную Дхарму, так что не попадут в разряд демонов; постепенно они станут упражняться во всех деяниях бодхисаттвы и скоро обретут совершенство.

И еще, Манджушри! Есть такие существа, кто упрямо-жаден, алчен, завистлив, хвалит себя и отвергает других, — они попадают на три дурные пути и в течение неизмеримых тысячелетий терпят всевозможные муки! Претерпев всевозможные муки, они по окончании той их жизни возрождаются в мире людей как быки, лошади, верблюды или ослы, и их постоянно запрягают в ярмо, хлещут бичами, томят голодом и жаждой и всегда заставляют возить по дорогам тяжелые грузы. Или они рождаются людьми низкого рода, рабами, слугами, ими распоряжаются другие, и они никогда не свободны. Если в прежнем своем человеческом рождении они слышали имя этого Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и по этой благой причине теперь смогут вспомнить его, они всем сердцем обратятся к его прибежищу. Божественной силой будды эти существа освободятся, все их корни станут остры, они сделаются мудры, разумны, будут часто задавать вопросы и постоянно стремиться к победоносной Дхарме, всегда общаться с добрыми друзьями, всякий раз разрывать силки демонов, разбивать скорлупу неведения, осушать реку заблуждений и страстей, и так полностью избавятся от рождения, старения, болезни, смерти, печали, горя, страданий и страстей.

И еще, Манджушри! Есть такие существа, кто любит раздоры и радуется им, — они вовлекаются в тяжбы, возбуждают смятение и страсти у себя и других. Своим телом, речью и мыслью они совершают все больше и больше всевозможных дурных деяний, никогда не прощают и не милуют друг друга, а всегда строят козни. Они молятся всяческим духам гор, лесов, деревьев и гробниц. Они убивают живые существа, приносят жертвы кровью и мясом для духов — якшей и ракшас. Они пишут имена ненавистных им людей и делают их изображения, а потом проклинают их заклятиями вредоносного искусства. Они вызывают духов-очарователей, заклинают демонов-мертвецов, чтобы отнять жизнь у своих врагов или искалечить их тела. Но если те существа смогут услышать имя этого Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, то никакие вредоносные дела не сумеют причинить им вреда, у всех их недругов проснется жалостливое сердце, они станут действовать к пользе, выгоде, покою и радости друг друга, не будут питать злобных помыслов в уме и враждебности в сердце. Каждый будет доволен и счастлив тем, что имеет. Вместо соперничества они станут стараться принести пользу друг другу.

И еще, Манджушри! Есть четыре толпы: бхикшу, бхикшуни, упасаки и упасики, а также другие добрые сыны и дочери, чья вера чиста. Они принимают и держат восемь разрядов заповедей-запретов, будь то в течение года или трех месяцев, принимают и держат, изучают и осваивают их, и корни у них добры, и они дают обет родиться в Западной стороне, в мире Высшей Радости у будды Неизмеримого Долголетия, дабы внимать его правильной Дхарме, однако решимость их не тверда. Если они услышат имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, то во время, близкое к окончанию их жизни, перед ними явятся восемь великих бодхисаттв. Зовут же их так: «Намо, бодхисаттва Манджушри! Намо, бодхисаттва Внимающий Звукам Мира! Намо, бодхисаттва Обретший Великие Силы! Намо, бодхисаттва Неисчерпаемые Мысли! Намо, бодхисаттва Драгоценный Цветок Удумбара! Намо, бодхисаттва Царь Врачевания! Намо, бодхисаттва Высший Врачеватель! Намо, бодхисаттва Майтрейя!». Эти восемь великих бодхисаттв прибудут, едучи на Пустоте, и укажут умирающему путь-дорогу, и тут же он пройдет естественное превращение, возродится в том мире среди множества драгоценных цветов лотоса всевозможных оттенков.

Или по этой же причине он возродится на небесах. Но хотя он и родится на небесах, его изначальные добрые корни не исчерпаются, и он никогда больше не возродится на дурных путях. Когда срок его жизни на небесах будет исчерпан, он снова родится среди людей: или государем, вращателем колеса, или правителем одного из четырех материков, добродетельным и свободным, могущим успокоить и умиротворить неисчислимые сотни и тысячи существ на путях десяти добрых дел. Или же возродится кшатрием, брахманом, главою большой семьи. Он будет богачом, хозяином изобильных кладовых, прекрасным по обличию, с большой толпой родичей и ближних, будет мудр, разумен, отважен и мощен, подобен мужам великой силы. Если женщина услышит имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и всем сердцем примет и удержит его, то позже она уже никогда не возродится в женском теле.

И еще, Манджушри! Когда этот Татхагата Наставник-Врачеватель, Лазурный Свет, обрел бодхи, то силой своего изначального обета он увидел все существа, подверженные многочисленным болезням и страданиям, истощению, судорогам, сухотке, желтой лихорадке и другим недугам, и тех, кто пострадал от духов-очарователей и ядовитых демонов, тех, кто умирает молодыми, кто умирает безвременной смертью, — и Татхагата пообещал избавить их от всех этих болезней и страданий и исполнить их желания.

Тогда Почитаемый в Мирах вошел в самадхи, называемое «Прекращением всех страданий и страстей живых существ». Когда он вошел в самадхи, великий ясный свет воссиял из узла волос у него на макушке. Из середины этого света он проповедовал, произнося великие дхарани: “Намо Бокукабацутэй, Байсацусякуро сэцурури-хацура-бакацу-радзяя, Тацудакэйтая аракатэй санбаку-санбацудая, тацудацута, он Байсэцусэй, Байсэцусэй Байсэцуся санбацукэйтэй cака”. Во время, когда он произносил это заклятие изнутри света, великая земля содрогнулась и воссиял великий свет, и все существа исцелились от болезней и страданий, обрели покой и достигли радости.

Манджушри! Если ты видишь мужчину или женщину, которые больны, и отзываешься на это всем сердцем — то всегда помогай этим недужным очиститься и омыться, давай им пищу, лекарство, воду, в которой нет насекомых, а также заклятия, читаемые сто восемь раз, наделяй этих людей одеждой и пропитанием, чтобы они, получив всё это, избавились от недугов и страданий. Если у них есть какие-то стремления — пусть памятуют и повторяют эти заклятия, укрепившись сердцем, и тогда обретут все желаемое и годы их продлятся без болезней. По окончании нынешней жизни они родятся в том мире и смогут не возвращаться вспять, а в итоге достигнут бодхи. Поэтому, Манджушри, если мужчины и женщины всем сердцем привержены этому Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету, почтительно делают ему приношения и постоянно держат его заклятие — то пусть они никогда не забудут его!

И еще, Манджушри! Если сыны и дочери, чья вера чиста, слышат имя Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, Соразмерно, Правильно и Равно Просветленного, — пусть они держат услышанное имя и возглашают его. Ранним утром, почистив зубы, омывшись и очистившись, пусть они приносят к образу будды душистые цветы, благовонные курения и втирания, а также величают его всяческой музыкой. Пусть они переписывают эту сутру сами или заказывают переписать ее обученным людям, пусть принимают и держат ее всем сердцем, снова и снова спрашивают о ее значении. Если есть учитель Дхармы, пусть они делают ему приношения, сообразные его упражнениям, поднесут ему все надобные вещи, чтобы он ни в чем не нуждался. Поступая так, они получат от будды защиту, все их желания исполнятся, и в итоге они достигнут бодхи».

Тогда юный Манджушри сказал Будде:

— О, Почитаемый в Мирах! Я обещаю, что во времена Подобия Дхармы я с помощью всевозможных уловок сделаю так, что все добрые мужи и жены, чья вера чиста, смогут услышать это имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, и даже во сне имя будды достигнет их слуха и даст им просветление и постижение. Почитаемый в Мирах! Те, кто принимает и держит эту сутру, читают и возглашают ее, повсюду раскрывают, показывают и проповедуют ее, или переписывают сами, или заказывают переписать ее обученным людям, почтительно совершают подношения ароматами всевозможных цветов, благовонными втираниями, порошками, курениями, цветочными уборами, ожерельями, знаменами, зонтиками и музыкой, хранят сутру в чехле с пятицветными шнурами, чисто убирают место проповеди, устанавливают высокий помост и на него помещают сутру. В это время четыре великих небесных государя с их спутниками и неизмеримыми сотнями и тысячами небожителей приходят оберечь это место, защитить его и сделать ему приношения. Почитаемый в Мирах! Если в тех краях, куда изливаются сокровища этой сутры, люди смогут принять и удержать ее, то благодаря достоинствам изначального обета Почитаемого в Мирах Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, они, однажды услышав его имя, никогда больше не умрут безвременной смертью, их жизни не смогут повредить злые демоны и божества, и даже те, чьи силы уже похищены, снова выздоровеют, и тела и сердца их станут спокойны и прекрасны.

Будда ответил Манджушри:

— Да, верно! Всё так, как ты рассказываешь. Если добрые сыны, чья вера чиста, а также добрые дочери и все остальные захотят совершить приношения этому Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету, то прежде всего пусть они изготовят изображение этого будды и поместят его на чистом помосте. Вокруг этого места они пусть разбросают всевозможные цветы, благовония и прочее, а также установят знамена и другое убранство. Семь дней и семь ночей, приняв восемь разрядов заповедей-запретов, пусть вкушают лишь чистую пищу, омываются чистой и благоуханной водой, надевают чистую одежду. С сердцем незамутненным, соразмерным их рождению, с сердцем без гнева и зависти, пусть они помогают всем существам достичь пользы и выгоды, покоя и радости, жалости и сострадания, счастья, сердца равновесного и равно щедрого ко всем. Исполняя музыку, воспевая хвалу, пусть они обходят вокруг изображение будды, держась к нему правым боком. Обретя соразмерное памятование о достоинствах изначального обета этого Татхагаты, пусть они восхваляют и возглашают эту сутру, размышляют о ее значении, раскрывают, указывают, проповедуют, изливают ее. Они обретут всё соразмерно своим радостям и стремлениям: кто стремится к долголетию, обретет долголетие, кто стремится к богатству, обретет богатство, кто стремится к должности сановника, обретет должность сановника, кто стремится иметь детей, сына или дочь, обретет сына или дочь.

Если какой-то человек видел дурной сон, наблюдал дурное знамение или зловещих птиц, собиравшихся в стаю, или в тех местах подряд являлись сотни неблагоприятных событий — то если этот человек с почтением поднесет множество чудесных и ценных вещей Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету — тогда дурной сон и дурное знамение, все несчастливые предвестия рассеются, больше не будут тревожить его. Если человеку грозит беда от воды, огня, клинка, яда, крутого обрыва, от бешеного слона, льва, тигра, волка, медведя, от ядовитых змей, скорпионов, стоножек, тысяченожек, москитов, оводов, или же другие опасности — если он сможет всем сердцем думать-памятовать об этом будде и почтительно совершит ему приношения, то сумеет освободиться от всех опасностей. При иноземном вторжении, нападении разбойников и мятежников, если он будет думать-памятовать об этом Татхагате и почтительно совершать ему приношения, то освободится от всех бед.

И еще, Манджушри! Допустим, некий добрый сын или добрая дочь, чья вера чиста, ни в одном из своих рождений не поклонялись божествам, но всем сердцем искали прибежища только у Будды, Дхармы и общины, принимали и держали заповеди-запреты: пять заповедей, десять заповедей, четыреста заповедей бодхисаттвы, двести пятьдесят заповедей бхикшу или пятьсот заповедей бхикшуни. Нарушив какую-то из принятых заповедей, они переродились на дурных путях. Если они смогут сосредоточенно памятовать об имени этого будды и почтительно делать ему приношения, то они никогда уже больше не родятся на трех дурных путях. Если женщина близка к сроку родов и страдает предельно тяжко, но сможет сосредоточиться сердцем и произнести имя, восхвалить его, почтительно сделать приношение этому Татхагате — то все ее страдания разрешатся. У рожденного ею младенца все части тела будут совершенны, обличие и плоть полностью правильны, видящие его будут радоваться. С полезными корнями и ясным умом, спокойный, защищенный, мало подверженный болезням, это ребенок будет таков, что никакая нелюдь не сможет похитить его жизненные силы.

В это время Почитаемый в Мирах обратился к Ананде:

— Достоинства Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, о которых я проповедовал сейчас, суть глубокое подвижничество всех будд. Их трудно понять и признать. Веришь ли ты в них?

Ананда отвечал:

— О высоко-добродетельный, Почитаемый в Мирах! У меня не родилось никаких сомнений в той сутре, которую проповедовал Татхагата. Почему? Все деяния тела, слова и мысли Татхагаты не могут не быть чисты. Почитаемый в Мирах! Можно допустить, что солнце и луна упадут, что чудесно-высокая Царь-Гора сдвинется с места, — но слова, сказанные буддой, не поколеблются!

Почитаемый в Мирах! Есть живые существа, кому недостает веры. Они слышат о предельно глубоких деяниях всех будд и думают про себя: «Как можно обрести такие обширные достоинства, победоносные и полезные, всего-то лишь произнося имя одного из будд, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света?». Эта их нехватка веры порождает клевету. В долгой ночи они теряют великую пользу и радость, падают на все дурные пути и плывут-блуждают по ним без остановки.

Будда отвечал Ананде:

— Если все эти существа услышат имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного света, всем сердцем примут и удержат его, то у них не родятся никакие сомнения и они никогда не падут на дурные пути.

Ананда! Эти глубочайшие деяния всех будд трудно признать, принять с верой и понять. Знай, что сейчас ты принимаешь их благодаря мощной силе Татхагаты. Ананда! Все слушатели голоса, все одиночки, постигающие связь, все бодхисаттвы, еще не поднявшиеся по ступеням, — они еще не могут принять это сокровище и поверить в него. И только те бодхисаттвы, кому предстоит достигнуть просветления в течение одной жизни, способны на это. Ананда! Человеческое тело трудно обрести, но так же трудно, пребывая уже внутри Трех Сокровищ, обрести веру, почтение, преданность и серьезность. И так же трудно признать и суметь услышать имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света.

Ананда! У этого Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, есть неизмеримые деяния бодхисаттвы, неизмеримые благие и искусные уловки, неизмеримые широкие и великие обеты. Если бы я в течение целой кальпы широко проповедовал о них, то кальпа завершилась бы, а я бы еще не исчерпал обетов и деяний этого будды, его благих и искусных уловок!

В то время в собрании был один бодхисаттва-махасаттва по имени Спаситель-Освободитель. Он поднялся со своего сиденья, обнажил правое плечо, опустился на правое колено, склонил голову, соединил ладони и сказал, обращаясь к Будде:

— О высоко-добродетельный, Почитаемый в Мирах! Во времена Подобия Дхармы будут жить существа, пораженные всяческими заразами, страждущие от затяжных недугов, не могущие есть и пить, с сухими губами, с иссохшим горлом, видящие вокруг себя только мрак и знаки близкого прихода смерти. Отец и мать, родичи и ближние, друзья и товарищи стоят над тем, кого они знали, и плачут, а его божественное сознание видит посланцев государя Ямы, которые тащат его к государю Дхармы Яме. Все существа, имеющие чувства, в течение жизни обладают сознанием-божеством, и все их поступки, дурные и хорошие, записываются и без изъятия сообщаются государю Дхармы Яме. И вот, в это время государь допрашивает того человека, взвешивает и измеряет его поступки, и следуя дурным и хорошим его делам, назначает наказание. Тогда пусть родичи и ближние больного или сам он, будучи еще в знающем сознании, обратятся за прибежищем к Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету, и призовут толпу общинников, чтобы восхвалять эту сутру, зажгут семь рядов светильников, вывесят пять разноцветных стягов для продления жизни и для возвращения сознания-божества. Как во сне, больной будет сам ясно видеть всё происходящее. По прошествии семи дней, двадцати одного дня, тридцати пяти дней или сорока девяти дней его божественное сознание вернется и он почувствует, будто пробудился от сна, сам постигнет плоды воздаяния за свои благие и неблагие деяния, и по причине самостоятельного постижения, видения плодов воздаяния за деяния, даже если жизнь его будет трудна, он больше никогда не совершит никаких дурных деяний. Поэтому добрые сыны и добрые дочери, чья вера чиста, все соразмерно принимают и держат имя Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и следуя своим способностям, почитают его и делают ему приношения.

Тогда Ананда спросил бодхисаттву Спасителя-Освободителя:

— Добрый сын! Как подобающим способом чтить Почитаемого в Мирах, Татхагату Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и делать ему приношения? И как нужно воздвигать знамена и зонтики для продления жизни?

Бодхисаттва Спаситель-Освободитель сказал:

— О, высоко-добродетельный! Если больной человек хочет освободиться от недугов и страданий, то пусть он для этого в течение семи дней и семи ночей примет и держит восемь заповедей-запретов, поднесет общине бхикшу подобающую еду, питье и все надобные вещи в том количестве, сколько он в силах собрать. В каждую из шести страж дня и ночи пусть он совершает обряды следования по Пути, делает подношения Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету. Пусть он восхваляет и возглашает эту сутру сорок девять раз, зажигает сорок девять светильников, сделает семь изображений этого Татхагаты и перед каждым из них поместит по семь светильников, чтобы каждый светильник был размером с колесо от повозки. Они должны непрестанно светить в течение сорока девяти дней. Пусть он сделает пятицветные знамена, каждое длиной в сорок девять пядей, пусть подобающим образом отпустит на волю живые существа разных пород общим числом в сорок девять — и тогда обретет переправу, избавление от своих тягот, не умрет безвременной смертью и не подпадет под власть зловредных демонов.

И еще, Ананда! Если кшатрий, достойный стать государем, проходящим окропление головы, в пору явления бедствий и трудностей — таких, как беды от повальной болезни живых существ, беды от вторжения из иных стран, беды от мятежа в собственной стране, беды от смещения небесных светил, беды от лунного и солнечного затмения, беды от несвоевременного ветра и дождя, беды от продолжительной засухи, — это кшатрий, равный царю, проходящему окропление головы, в такое время с сердцем, в котором пробудились соразмерное сострадание и жалость ко всем существам, пусть отпускает на волю всех узников. Тем способом подношения, о котором я рассказывал раньше, пусть он совершает подношения Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету. По причине его добрых корней и силы изначального обета этого Татхагаты вся тамошняя страна сразу же обретет мир и покой; ветер и дождь будут приходить вовремя, злаки дадут обильный урожай, а все существа будут здоровы, веселы и радостны. В той стране не будет дурных событий, не будет якшей и прочих богов, вредящих живым существам, все дурные знамения окажутся пустыми, а сам кшатрий, равный государю, проходящему окропление головы, будет долго жить цветущим и сильным, свободным, не больным, и обретет всяческую пользу.

Ананда! Если государыня, супруга государя, его дети, сыновья государя, великие сановники, государевы сподвижники, придворные, дамы, сто чиновников или простолюдины страдают от недугов или подвержены другим тяготам, то пусть они подобающим образом соорудят и установят пятицветные божественные стяги, зажгут светильники и станут поддерживать их свет, отпустят на волю живые существа, рассыплют цветы разных оттенков, воскурят драгоценные благовония — и тогда все они избавятся от недугов и освободятся от множества тягот.

Тогда Ананда сказал бодхисаттве Спасителю-Освободителю:

— Добрый сын! Как можно обрести такую пользу, как продление жизни?

Бодхисаттва Спаситель-Освободитель ответил:

— О, высоко-добродетельный! Ты не слышал, что проповедовал Татхагата о девяти видах безвременной кончины? В этой проповеди причина того, что тот, кто упражняется во благой добродетели, ради подвижничества о счастье и обретении долгой жизни, не подвластной страданиям и бедам, сооружает и воздвигает знамена и светильники.

Ананда спросил:

— Что это за девять видов?

Бодхисаттва Спаситель-Освободитель отвечал:

— Есть такие существа, кто страдает нетяжелой болезнью, но не имеет врача и лекарства, чтобы лечиться, или встречает врача, дающего плохое лекарство, и от этого они умирают безвременной смертью. Иные же по-мирскому верят в ложных демонов, лжеучителя с внешних путей запугивают таких людей и дают им лживые предсказания, те пугаются, и сердце их становится не самосущно и неправильно. Они вопрошают гадателей, убивают множество живых существ, чтобы жертвой умилостивить богов, молятся горным или водяным духам, прося о помощи и защите. Желая продлить свои годы, они в итоге не обретают желаемого. Они глупо блуждают, вера их ложна и взгляды искажены; они умирают безвременной смертью, попадают в подземные темницы и не имеют выхода оттуда. Таков первый вид. Вторые погибают безвременной смертью, казнимые по государевым законам. Третьи охотятся ради забавы, напиваются допьяна и распутничают, совсем не имеют «переправы», ими овладевает нелюдь и похищает их жизненные силы. Четвертые сгорают в огне пожаров. Пятые тонут в воде. Шестых пожирают разные злобные звери. Седьмые проваливаются в горные расселины. Восьмые отравляются ядами, злыми чарами, вредоносными заклятиями или погибают от демонов, вступающих в их тело. Девятые гибнут от голода и жажды, не имея пищи и питья. Таковы вкратце девять видов безвременной кончины, о которых проповедал Татхагата. Есть и бесчисленное множество других видов, обо всех них здесь трудно рассказать.

Далее, Ананда! Государь Яма собирает сведения о деяниях всех обитателей мира. Если существа непочтительны к родителям или совершают пять дерзких поступков, бранят и поносят Три Сокровища, нарушают законы отношений между господином и подданным, преступают заповеди своей природы, то государь Дхармы Яма, соразмерно их проступкам, осуждает и карает их. Поэтому сейчас я побуждаю всех, имеющих чувства, зажигать светильники, воздвигать знамена и отпускать на волю живые существа, чтобы преодолеть страдания и не поддаться многочисленным трудностям.

В это время в собрании явились двенадцать великих воевод-якшей. Их звали: Великий воевода Кумбхира, Великий воевода Ваджра, Великий воевода Михира, Великий воевода Андира, Великий воевода Анила, Великий воевода Сандира, Великий воевода Индра, Великий воевода Паджра, Великий воевода Макура, Великий воевода Киннара, Великий воевода Чатура, Великий воевода Викарала. Эти двенадцать великих воевод-якшей, каждый с отрядом в семь тысяч якшей, тут же в один голос обратились к Будде:

— О, Почитаемый в Мирах! Сейчас, благодаря мощной силе Будды, мы смогли услышать имя Почитаемого в Мирах, Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, и больше мы уже не попадем на дурные пути. Все мы единогласно, равно, всем сердцем и до конца нашей жизни почтительно ищем прибежища у Будды, Дхармы и Сангхи. Мы обещаем помогать всем существам, приносить им значимую пользу, чтобы они пребывали в покое и радости. В каких бы городах, селах, странах или глухих лесах ни распространялась эта сутра, какие бы люди ни совершали почтительного приношения, приняв и держа имя Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света, — мы вместе с нашими отрядами будем оберегать и защищать этих людей, чтобы они освободились от всех страданий и тягот, и чтобы все их желания и стремления осуществились. Если кто-то пожелает избавиться от болезней и бед, пусть подобающим образом восхвалит и возгласит эту сутру и завяжет пятицветные шнуры в виде знаков наших имен — а потом развяжет их, когда его желания исполнятся.

Тогда Почитаемый в Мирах восхвалил великих воевод-якшей, говоря:

— Хорошо! Хорошо, о великие воеводы-якши! Вы все, кто памятует и воздает за добродетели Почитаемому в Мирах, Татхагате Наставнику-Врачевателю, Лазурному Свету, — да будете вы постоянно подобающим образом приносить пользу и выгоду, покой и радость всем существам!

Тогда Ананда сказал Будде:

— Почитаемый в Мирах! Как назвать это наставление? Как нам чтить и удерживать его?

Будда ответил Ананде:

— Это наставление называется «Проповедь о достоинствах изначального обета Татхагаты Наставника-Врачевателя, Лазурного Света». Еще оно называется «Проповедь о двенадцати богах-воеводах, приносящих пользу тем, кто имеет чувства, и о связывании желаний божественным заклятием». И еще оно называется «Избавление от грязи всех деяний». Так и держите его!

В это время Бхагаван закончил говорить, и все бодхисаттвы-махасаттвы, а также великие слушатели голоса, государи стран, великие сановники, брахманы, домохозяева, небожители и наги, якши, гандхарвы, асуры, гаруды, киннары, махораги, люди и нелюди, вся великая толпа, выслушав проповедь будды, весьма возрадовались. Они приняли проповедь с верой и стали почтительно следовать ей.

Перевод со старояпонского (камбун) и примечания Н.Н. Трубниковой