Что такое аборт?

дети, ребёнок
Почему кто-нибудь, кто знал о развитии в утробе плода больше, чем я, не потратил времени и усилий на то, чтобы рассказать мне об этом до того, как я уже приняла бесповоротное решение? Рианел (одна из женщин, сделавших аборт) 

Наша задача сейчас — понять, что такое аборт? Как можно классифицировать это явление? Современные люди привыкли страшные, жуткие по своей сути вещи, называть гладкими, обтекаемыми словами. Представьте себе выражение: «искусственное прерывание деятельности сердца». Что оно может означать? Бандит на улице воткнул прохожему нож в сердце, и сидя на скамье подсудимых оправдывается, говоря: «Нет, я не убивал. Я просто искусственно прервал деятельность его сердца». «Но он же умер?» — удивляются судьи — «Ну так что ж? Я не видел иного выхода: если бы он остался в живых — он мешал бы мне жить…»
Многие женщины совершают аборт, «не ведая, что творят», не понимая, что совершают убийство… Им просто не дают увидеть правду, спрятанную и замаскированную ложными словами: «искусственное прерывание беременности» вместо «убийство». Вокруг понятия аборт всё окутано ложью, украшенной различными доводами, придуманными в современном обществе. 

Попробуем разобрать основные из них: 

1. «Пока ребёнок не родился, он ещё и не человек в собственном смысле слова, а толь- ко часть тела матери, а своим телом каждый человек может распоряжаться, как хочет».
Это не так по многим причинам. В момент зачатия образуется одна единственная клетка, которая имеет уникальный геном, отличный от генома матери и отца. Развивающийся из неё организм не вступает в прямой контакт с организмом матери, и отделён от неё таким образом, чтобы не произошло его отторжения как чужеродного тела. Кровь и ткани матери и ребёнка не смешиваются, иммунная система каждого организма действует вполне автономно. Ребёнок до рождения, даже на самых ранних сроках, имеет свой обмен веществ. Его тело функционирует как вполне самостоятельный в физиологическом отношении организм, который вначале живёт за счёт собственных питательных веществ, а впоследствии — за счёт матери, снабжающей через пуповину своё чадо питательными веществами и кислородом. В утробе дитя находится в тепле и под надёжной защитой. Потом, когда ребёнок родится, его органы могут быть взаимно несовместимы с органами матери, а кровь принадлежать к несовместимым группам. Профессор Аврамидис подчёркивает: «Зародыш не часть тела беременной. Следовательно, женщина не может сама решать его судьбу, как решала бы вопрос об удалении у себя аппендикса или миндалин». Обычно для определения статуса ребёнка, находящегося внутри неё, женщины в нашем обществе пользуются странной логикой. Если ребёнок желанный, то, практически сразу после зачатия, для родителей он — полноценный человек. Хотя малыш ещё не родился, с ним разговаривают, уже придумано имя, готовы одёжки и игрушки. Если же нет — то это кусок плоти сродни аппендиксу, часть тела матери, которую она имеет право исторгнуть. Желанного малыша, рождённого на 21 неделе, будут спасать, «поставив на уши» весь роддом. Нежеланного и абортированного на том же сроке — просто выбросят в мусорное ведро. Так работает популярная ложь, порождённая невежеством и лицемерием, но опровергаемая наукой.

2. «„Плод“ не является личностью, а значит аборт — это не убийство».
Внутриутробный младенчик ещё не является личностью. И это действительно так, разумеется, «плод» ещё не стал общественным существом. Следует, однако, задаться вопросом, а когда же формируется личность? В шестимесячном возрасте? В годик? В пять лет? Кто-то не становится полноценной личностью и к 25 годам. Следуя этой логике, вполне можно убивать всех, кто по каким-то причинам не смог успешно социализироваться. Из нескольких клеток, которые представляет собой зародыш в первые моменты развития, сформируется полноценный человек, с его личными особенностями, предпочтениями и даже проблемами. Это хорошо понимают матери, наблюдающие насколько уникальными растут их дети: «Мне было 19. Осень, грипп гулял по городу и я с десятинедельной беременностью улеглась в больницу с „осложнениями“ после болезни. — Беременная? — нахмурилась молоденькая врач,— Завтра дадим тебе направление, пойдёшь в соседнее здание, сделаешь аборт, ты ведь гриппом болела, всё равно урод будет. Вечером пришёл муж. Он не сказал твёрдое „Нет!“, он сказал: „Раз надо, значит…“. Всю ночь я плакала, боясь наступления утра. А утром на обход пришла другая врач, зав. отделением: — Ну что же ты ревёшь-то? Ну и мамашки пошли! Мало ли кто и что сказал! И тебя вылечим и ребёнка родим! Оттуда я не уходила, я почти бежала. Мне хотелось спрятать моё сокровище — мой живот, которое могут захотеть отнять. Теперь, глядя на сына, я вспоминаю те дни. Ведь это его жизнь висела тогда на волоске. Его, моего родного сыночка, именно моего десятилетнего мальчика, вредного, получающего тройки по математике, спорящего с бабушкой, выклянчивающего деньги на сладости. Который не знает, кем ему стать — музыкантом или спецназовцем. Это о его жизни шла тогда речь! А вовсе не о бессмысленном бытии эмбриона. Если бы этот эмбрион тогда уничтожили— кто бы сейчас пересказывал мне фильм и жаловался на несправедливость „англичанки“? Да, возможно это был бы кто-то. Только младше, с другим характером. Иной внешностью. Иной душой. Другой ребёнок. А этот умер бы. Он был бы убит».

3. «„Плод“ не является живым существом».
Трудно ответить на вопрос, когда же именно начинается человеческая жизнь. С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женской половых клеток, и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал. При таком понимании аборт на любом сроке беременности является намеренным прекращением жизни человека. Врачи, делающие аборты, или сопровождающие беременность, прекрасно знают, что с самого зачатия малыш уже представляет собой живое существо. Очень интересно описание операции, сделанной врачом Паулем Роквеллом (Нью-Йорк, США): «При внематочной беременности я делал пациентке операцию по жизненным показаниям. Зародышу было два месяца. Я взял в руки плаценту и увидел человеческое существо мужского пола. Оно было 1,5 дюйма длиной. Этот человек был полностью сформирован. Кожа его была почти прозрачна, а на кончиках пальцев легко различались тонкие артерии и вены. Младенец выказывал активность. Он плавал со скоростью один круг в секунду, как настоящий пловец. Когда плацента разорвалась, малыш лишился жизни. Мне казалось, что я видел перед собой мёртвым зрелого человека». Врачи абортариев ежедневно видят этих детей, менее дюйма длиной, с руками, ногами и глазами, закрытыми, как у новорождённых щенков, ежедневно видят маленькие растерзанные человеческие тельца: «Они (плоды) были рядом с мусорными баками в картонных коробках, как цыплята. Я заглянула в коробку перед собой.
Там был маленький голый человечек, плавающий в кровавой жиже»
(Работница клиники Susan Lindstrom, M.S.W.). 
«Мы все хотели бы, чтобы плод был бесформенным, но это не так. И это больно. В этом много душевной боли» (один из работников абортария). 

При современном уровне развития техники на своего малыша могут посмотреть и сами женщины, и зачастую после этого их решение (рожать или нет) меняется: «Даже не думайте никогда о том, чтобы сделать аборт. Это самое страшное, что может сделать человек. Мне, когда я забеременела, было 17. Парень испарился сразу, как узнал. С родителями были проблемы, я работала, училась, жила на съёмной квартире. Друзья, знакомые, родственники в один голос твердили — аборт. Я долго плакала, протестовала, а потом сдалась. Пришла в клинику. Мне сделали УЗИ — я увидела ребёнка… и заплакала. Сбежала оттуда сразу. Пошла к врачу, встала на учёт. Сыну сейчас 6 месяцев. Он — самое большое счастье для меня. Но иногда я смотрю на него и плачу, когда думаю, что я чуть не сделала». «Я вот сейчас сижу и думаю, что моего малыша могло и не быть. Эта красивая нежная улыбка, голубые хитрые глазки. Он, так любит меня, какая бы я ни была. Где-то 2.5 года тому назад мама меня повела на аборт. Я даже не отказывалась от аборта, потому что я не знала, что это такое, но когда на УЗИ устанавливали срок беременности, и я увидела моего малыша, я просто не выдержала и заревела. Я видела, как он сосёт пальчик, как он почесал за ушко себя, и что самое главное, мне сказали, что у меня срок большой для аборта, 18 недель». 

«Четвёртый ребёнок не был запланирован, и про беременность я узнала в 13–14 недель. Когда врач делала УЗИ, она сказала, что ребёнок уже дышит и всё чувствует. И моё сердце дрогнуло. Если бы почаще встречались такие врачи, я думаю, что на аборт женщины бы шли меньше!» Многое зависит от слов врача, от того, какая информация будет предоставлена, тем, кто этой информацией владеет. Но, вместо того, чтобы ещё до аборта дать возможность женщине познакомиться с её ребёнком, показать, какой он, врачи предпочитают лгать. И уже после операции на вопрос, который задаёт почти каждая женщина: «Это ребёнок?» — уверять,— «Нет, это продукт развития зародыша (или сгусток крови, или кусок ткани)». Сами они отлично знают, что это не так. «Сколько женщин решилось бы на аборт, если бы им сказали правду?» (Кэролл Эверетт, бывшая владелица двух клиник по производству абортов и директор четырёх). До недавнего времени вопрос о том, является ли эмбрион человеческим существом, единственной в своём роде личностью, был вопросом веры. Отношение к нерождённому ребёнку изменилось в 70-е годы. В это время, появление новейших технологий, таких как УЗИ, радиационная иммунохимия способствовало проведению множества исследований, посвящённых развитию плода. Ультразвуковой прибор работает настолько точно, что позволяет различить даже крошечные, открывающиеся и закрывающиеся во время сердечных сокращений сердечные клапаны. Изучение разных стадий внутриутробного развития позволяет сделать вывод, что нерождённый ребёнок ничем не отличается от нас. 
Дабы не быть голословными, опишем, как формируется жизнь, как она проявляется на различных этапах внутриутробного развития. По современным медицинским стандартам, аборт проводится, как правило, при сроке до 20 недель беременности или, если срок беременности неизвестен, при весе плода до 400 г. В первом триместре беременности (до 12 недель) основным показанием к аборту является желание женщины. Во втором триместре (до 22 недель) аборт может быть проведён, если беременность наступила в результате изнасилования или по медицинским показаниям (на этом сроке аборты по желанию женщины уже крайне редки). Рассмотрим развитие ребёнка с 1-й по 20-ую неделю, благо, сайты для счастливых мамочек предоставляют эту информацию в изобилии.

1–я неделя. Первым днём беременности считается день, оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом (В акушерстве начинают отсчёт срока беременности от первого дня последней менструации, а не от зачатия. Соответственно, при таком подсчёте первая неделя приблизительно соответствует третьей). Развитие плода на первой неделе беременности происходит буквально по часам. Новый, образовавшийся одноклеточный организм называется «зиготой». На четвёртые сутки зародыш, постепенно двигаясь по маточной трубе, достигает матки. С каждым днём деление клеток зародыша происходит всё больше и быстрее, и к седьмым суткам зародыш состоит уже из нескольких сотен клеток.
2 я неделя. Начинается формирование таких анатомических образований и систем, как пуповина, плацента, нервная трубка. Из последней вскоре начнётся формирование нервной системы у плода. 
3–я неделя. В это время начинают закладываться важные органы и системы плода: появляются зачатки дыхательной, пищеварительной, кровеносной, нервной и выделительной систем. На месте, где вскоре появится головка плода, формируется широкая пластинка, которая даст начало головному мозгу. На 21 день у ребёнка начинает биться сердце. 
4-я неделя. На этой неделе продолжается закладка органов плода. Уже присутствуют зачатки кишечника, печени, почек и лёгких. Сердце начинает работать более интенсивно и прокачивает через кровеносную систему всё больше крови. С начала четвёртой недели у зародыша появляются складки туловища, и появляется зачаток позвоночника (хорда). К концу недели (примерно 27–28 дни) формируются мышечная система, позвоночник, который разделяет эмбрион на две симметричные половины. Закладываются зачатки конечностей. В этот период начинается формирование ямок на головке, которые впоследствии станут глазами плода. 
5-я неделя. Начинается формирование следующих органов и систем: 
Пищеварительная система: печень и поджелудочная железа; 
Дыхательная система: гортань, трахея, лёгкие; 
Кровеносная система; 
Половая система: формируются предшественники половых клеток; 
Органы чувств: продолжается формирование глаз и внутреннего уха;  
Нервная система: начинается формирование отделов мозга. 
Продолжается формирование конечностей, отростков пальчиков, появляются первые зачатки ногтей. На лице сформированы верхняя губа и носовые полости. 
6-я неделя. Продолжается формирование головного мозга и его отделов. На шестой неделе при выполнении энцефалограммы уже можно зафиксировать сигналы от мозга плода. Начинается формирование мышц лица. Глаза плода уже более выражены, но ещё неприкрыты веками, которые только начинают обозначаться. В этом периоде изменяются верхние конечности: они удлиняются. Нижние конечности пока остаются в зачаточном состоянии. Формируются лёгкие, нос, челюсти. Длина эмбриона на этом сроке составляет около 1 см. 
7-я неделя. Развитие плода характеризуется формированием всех жизненно важных органов. Почти полностью сформировались кишечник, печень, лёгкие, почки. У малыша уже появился орган чувств — вестибулярный аппарат. Головка у зародыша крупная и её длина на этой неделе уже соотносится с длиной туловища. На этом этапе развития, тельце плода почти полностью сформировалось. Длина эмбриона — до 12 мм. Растёт туловище, локти и пальчики приобретают более отчётливые очертания. Продолжается развитие верхних конечностей. Пальцы видны достаточно отчётливо, но их разделение между собой ещё не произошло. Ребёнок начинает выполнять спонтанные движения руками на воздействие раздражителей. Хорошо сформированы глазки, уже прикрытые веками, которые защищают их от пересыхания. Происходит закладка носовой складки и носа, образуются по бокам от головы два парных возвышения, из которых начнут развиваться ушные раковины. На лице уже можно отличить рот и нос. 
8-я неделя. Продолжается формирование важных органов и систем: пищеварительная система, сердце, лёгкие, мозг, мочевыделительная система, половая система (у мальчиков развиваются яички). Развиваются органы слуха. К концу восьмой недели лицо ребёнка становится привычным для человека: хорошо выражены глаза, прикрытые веками, нос, ушные раковины, заканчивается формирование губ. Малыш много двигается. 

Далее перейдём к отсчёту по месяцам. 

Третий месяц. Идёт развитие головного и спинного мозга, сердца, органов чувств, формируются вкусовые рецепторы. Развиваются половые органы, но пол ребёнка установить ещё тяжело. Плод приобретает человеческие черты. Кожа малыша прозрачна, ручки растут быстрее, чем ножки. Выпрямляются голова и шея плода, уже сформировалось личико. Мышцы и кости проглядываются под кожей, не имеющей жирового слоя. У малыша формируется хрящевой скелет, плод начинает активно шевелиться. Прослушивается частое сердцебиение. К концу 12-й недели длина ребёнка составляет 8–9 см, а вес около 30 гр. 
Четвёртый месяц. Малыш выглядит миниатюрной копией человека. Все жизненно важные органы уже сформированы, но ещё не функционируют в полном объёме. На тринадцатой неделе беременности закладываются первые молочные зубки, спрятанные в ткани челюстей. На голове и теле плода появляются первые волосы. На 14 неделе происходит активный рост мозга малыша, вследствие чего замедляется рост тела. На 15 неделе в организме будущего ребёнка вырабатывается гормон тестостерон, женские гормоны начинают производиться чуть позже. В этот период у плода меняется цвет кожи. На 16 неделе меняются пропорции тела, голова становится меньше по отношению к туловищу. Начинают работать почки, потовые и сальные железы. Печень активно развивается и уже способна накапливать жёлчь и вырабатывать гликоген. Длина четырехмесячного плода составляет 16 см, размер кисти — 1,4 см, а его вес примерно 120 грамм. 
Пятый месяц. Полностью сформированы органы дыхания, пищеварительная, нервная и кровеносная системы. На 17–20 неделе на всём теле малыша за исключением лица формируется слой подкожного жира. Личико очень морщинистое, на голове растут волосики. На пальчиках начинают расти ногти, появляется сосательный рефлекс. Замедляется рост головки, и она уже составляет треть длины тела. Рост малыша к концу пятого месяца составляет примерно 25 см, а весит он 300–400 грамм. 

Так выглядит развитие ребёнка. Малыш уже в утробе является живым существом, не только «физиологически», но и «психологически». С самого начала это любящее и остро чувствующее существо. Ребёнок взаимодействует с миром, а тем более с собственной матерью. Он может сказать то, что способна услышать только она: «Мама, мамочка! Ты ещё не видишь меня, но я уже есть, я здесь, внутри тебя. И пусть я ещё такой маленький, но уже так на тебя похож. У меня такой же курносый нос и голубые глазки. Я слышу стук твоего сердца. Я радуюсь, когда радуешься ты, и грущу, когда ты грустишь. И хоть ты ещё не знаешь, мальчик я или девочка, я уже очень люблю тебя. Я всегда буду любить тебя. Когда ты будешь одинока, всеми покинута и несчастна, я тебя найду, позабочусь о тебе, прижму к сердцу. Я знаю: ты меня не запланировала. Но именно ты мне была дана, я тебя полюбил, потому что человек имеет только одну единственную маму. Позволь мне жить… и ты никогда не будешь об этом жалеть! Не убивай меня, мама! Твой малыш». 

Доказано, что после рождения, малыши узнают по голосу тех людей, которые взаимодействовали с их мамами в течение беременности. Если отец регулярно разговаривает с малышом во время беременности жены, то почти сразу же после рождения ребёнок будет узнавать его голос. Часто родители отмечают, что дети распознают музыку или песни, услышанные в перинатальном периоде. Причём они действуют на малышей как прекрасное успокоительное средство и могут быть успешно использованы при снятии сильного эмоционального напряжения. Психологи и педиатры проводили эксперименты, исследующие восприятие детьми младшего возраста голоса матерей. Воздействие этого голоса настолько велико, что помогает докторам снять напряжение у детей и взрослых и возвращать их в состояние душевного равновесия путём прослушивания его записи, сделанной через жидкую среду. В этом случае пациенты воспринимают голос так, как  воспринимали его, находясь в утробе матери и плавая в амниотической жидкости. Малыш всё слышит, чувствует и воспринимает информацию, поступающую к нему извне. 

Доктор Урбеч проводила многочисленные регрессии, позволявшие её пациентам вспоминать своё состояние в утробе матери. Восемьдесят шесть процентов опрошенных ею людей утверждали, что «до рождения знали о чувствах, эмоциях и даже мыслях матери». Они также были в курсе её взаимоотношений с отцом, воспринимали самые разные её эмоции — от страха и гнева до ощущения мира и благополучия. Когда мать сердилась или расстраивалась, это отягощало и ребёнка. Та- кие свидетельства, полученные из первых рук, без сомнения, говорят: дитя в утробе знает свою маму, слышит её слова и может испугаться, либо успокоиться, в зависимости от того, что слышит или чувствует. Многие события перинатального периода отражаются на психике ребёнка, здоровье и жизни в целом. Малыш ощущает чувства и мысли матери. Если она хочет сделать аборт, он понимает, что почему-то не должен жить на этом свете: «Я не должна была родиться. Я должна была быть тайно абортированным плодом. До меня такая участь постигла моего нерождённого брата. Он мог бы сейчас быть, любить, созидать, проживать свой личный Путь, но его нет… ему не дали шанса. За факт моего существования дома шла война. Родители разрешили мне „остаться“, и по итогу они меня очень любят и ценят. Но все свои годы я упорно доказываю, что достойна жить, и что я уместна в мире». 

Большая часть сил малыша, родившегося, несмотря на желание его родителей сделать аборт, будет уходить на попытку доказать себе и другим, что он имеет право жить, на преодоление чувства собственной ненужности в этом мире. Это и становится основной чертой симптома: человек ощущает себя не заслуживающим жизни. Размышляя о возможном аборте, мать мучает своего ребёнка и обрекает на жизнь в постоянном страхе, после того как он родится: «На глубинном уровне каждый свой шаг я совершаю через страх. С детства меня преследует фобия — что я одна в пустом огромном пространстве и издалека на меня надвигается огромная темнота. Бездоказательно, но я уверена, что эта фобия — и есть отголосок того предабортного настроя моей мамы. И даже сейчас, спустя 30 лет жизни, осознавая эти „нюансы“ внутри своей психики, я не могу избавиться от страхов, продолжаю постоянно с чем-то бороться и искать своё место в мире… и не нахожу».
Даже перед самим абортом малыш в утробе понимает, что происходит. Он понимает, что его хотят убить, и пытается избежать этого. Американский доктор Бернард Натансон снял фильм, включающий в себя ультразвуковое изображение происходящего в матке женщины с 12-недельным ребёнком во время проведения аборта методом «вакуум-аспирации». На экране отчётливо видно, как ребёнок раз за разом пытается увернуться от вакуум-отсоса, быстро и тревожно двигается. Частота его сердцебиения при этом удваивается. Наконец, когда тело пойманного ребёночка расчленяется, его рот широко раскрывается в беззвучном крике — отсюда название фильма: «Безмолвный крик». 

Зафиксированы случаи, когда выжившие после «неудачного» аборта дети, рассказывали или передавали с помощью рисунков, воспоминания о том, как их пытались убить в утробе: «Мишель — умная четырехлетняя девочка, от которой мать отказалась при рождении. Она была удочерена в два года. Однажды она протянула своей приёмной матери рисунок с такими словами: „Это мамочка. У неё в животике ребёночек. Он обливается кровью. Мама плохая. Она бьёт ребёнка, пинает его и плюёт на него. Но ребёночек хороший“. После этого она начала бить изображение матери и кричать: „Она плохая, плохая“. Мать спросила её: „Ты бьёшь и ребёнка тоже?“ Мишель ответила: „Нет, ребёночек хороший“. Она стала защищать ребёнка, прикрывая его ладошкой. Мать сказала, что ей нравятся её рисунки и что она хотела бы видеть ещё другие. Мишель не знала о том, что её зачатие произошло в результате изнасилования, и что её настоящая мать пыталась абортировать её (при помощи вязальных спиц). Её родители узнали об этом, когда удочеряли Мишель, но никогда не рассказывали ребёнку. Мишель знала только о том, что её удочерили. Несколько дней спустя Мишель показала матери похожий рисунок. На этот раз, однако, рядом с головой ребёнка был изображён чёрный изогнутый предмет. Ребёнок объяснил, что это крючок. Через восемь дней она снова нарисовала картинку такого же типа в третий раз. Её приёмная мать спросила: „Как ты думаешь, ребёнок может простить свою мать за то, что она сделала ему больно?“,— на что ребёнок немедленно ответил: „Нет, потому что она убила МЕНЯ“. Тут впервые Мишель заговорила о ребёнке в первом лице». 
В этом «дневнике» передаётся мироощущение ребёнка, уже приговорённого к аборту. 
«Дневник нерождённого ребёнка
5 октября. Сегодня началась моя жизнь, хотя мои родители об этом пока не знают. Я девочка, у меня будут светлые волосы и голубые глаза. Всё уже определено, даже то, что я буду любить цветы. 
19 октября. Некоторые считают, что я ещё не человек. Но я — настоящий человек, так же как маленькая крошка хлеба всё же настоящий хлеб. Моя мама есть, и я тоже есть. 
23 октября. Я уже умею открывать рот. Подумать только, через год я научусь смеяться, а потом и говорить. Я знаю, что моим первым словом будет „мама“. 
25 октября. Сегодня начало биться моё сердце. 
2 ноября. Я каждый день понемножку расту. Мои руки и ноги начинают принимать форму. 
12 ноября. У меня формируются пальчики — смешно, какие они маленькие. Я смогу гладить ими мамины волосы. 
20 ноября. Только сегодня доктор сказал моей маме, что я живу здесь, под её сердцем. Как она, наверное, счастлива! 
23 ноября. Мои папа и мама, должно быть, думают, как меня назвать. 
10 декабря. У меня растут волосы, они гладкие, светлые и блестящие. 
13 декабря. Я уже немного вижу. Когда мама принесёт меня в мир, он будет полон солнечного света и цветов. 
24 декабря. Интересно, слышит ли мама тихий стук моего сердца? Оно бьётся так ровно. У тебя будет здоровая маленькая дочка, мама! 
28 декабря. Сегодня моя мама меня убила». 

 Как же происходит сам процесс? Опишем самые распространённые виды абортов. На ранних стадиях беременности обычно прибегают к так называемой «вакуум-аспирации» — в полость матки вводится шприц с гибкой пластиковой трубкой (канюлей) на конце. Через эту трубку высасывается плодное яйцо с находящимся внутри него плодом. При электрической вакуумной аспирации плодное яйцо высасывается при помощи электрического вакуумного отсоса. Что на доступном нам, не медицинском языке, значит, что так же как пылесосом, высасывают мусор из ковра — младенца высасывают из материнского лона. В матку женщины вводится пластмассовая трубка с острыми краями. Она отрывает части тела развивающегося плода и его плаценту, отсасывая «продукты беременности» в банку. Маленькие части тела на этом сроке очень хорошо узнаваемы. 

Вот так вспоминает о вакуумном аборте Сьюзен Стенфорд: «Врач приветствовал меня как хорошую знакомую. „Сначала я вам объясню, из чего состоит хирургическое вмешательство,— сказал он.— Всё это будет длиться примерно 20 минут“. Я кивнула головой. Не могла от страха говорить, даже заплакать, как за четверть часа до того. Он объяснил мне, что введёт тонкий шланг во влагалище и через шейку матки в матку. Шланг соединён с машиной, при помощи которой скопление клеток будет полностью высосано из матки. „Вы будете при этом ощущать боли,— добавил он,— скажете мне, когда они будут нестерпимые“. После аборта врач сказал: „Уже всё позади“. Но для меня это было не так. Сразу после операции я почувствовала, что произошло что-то непоправимо-ужасное. В моём присутствии медсестра спросила врача о продолжительности моей беременности. Врач ответил: „Около 6–7 недель“. Эти слова привели меня в чувство окончательно. Я в конце концов осознала, что из меня убрали не скопление клеток, не сгусток крови, а ребёнка. Моего ребёнка. Я спохватилась: „6–7 недель?!.. Почему я так долго думала о своём ребёнке как о скоплении клеток? А теперь, после этого краткого разговора, я моментально прозрела? Зачем я услышала этот разговор? Почему я так поздно услышала его? Моя консультантка предупреждала меня, что после аборта я почувствую потерю, но это было что-то большее. Я почувствовала пустоту, безнадёжность. И ещё что-то худшее, чему вообще нет названия. Я была прежде индивидуальностью, у меня была жизнь, была душа. А теперь я только тело, и вдобавок раненое. Это было ощущение расстройства, от которого я не могла избавиться“». 

Если беременность более поздняя, применяется дилатация и кюретаж. В матку вводится кюретка — острый нож в форме петли. Этим ножом выскабливается полость матки; им же при этом разрезается ребёнок. Гинеколог иссекает маленькое тельце на куски и отслаивает плаценту от стенки матки. 
После 12 недель беременности становится необходим ещё один инструмент, подобный щипцам, так как у ребёнка уже есть ручки, ножки и начали кальцинироваться кости. Этим инструментом врач захватывает ручку, ножку или другую часть тела ребёнка и скручивающим движением отрывает её. Это повторяется снова и снова до тех пор, пока весь ребёнок не будет расчленён таким образом на части. Позвоночник должен быть сломан, а череп раздроблен, чтобы их можно было удалить. Это расчленение живого плода длится до тех пор, пока все части тельца не будут удалены. Одна из женщин вспоминает о таком аборте: «Когда я зашла в операционную, я увидела женщину. Она ещё не отошла от наркоза. Её рот был открыт, зрачки глаз закатились к верху. А между ног кровавое месиво. Кровь была везде вокруг неё. Помню эти измазанные ступеньки, ведущие на кресло… Когда пришла в себя, было ощущение, что часть души вырвана. И ещё, я больше не смогла есть мясо. Через не- сколько дней узнала, что внутри меня была не капля крови, а уже сформированный ребёночек». 

Ужас происходящего усугубляется ещё тем фактом, что нерождённый ребёнок чувствует боль так же, как и рождённый. Это сегодня уже также общепризнано и научно установлено. Уже 7-недельный малыш отдёргивает или отворачивает голову от болевого стимула так же, как и на всех других стадиях жизни. В 11 недель не только лицо, но и все части ручек и ножек младенца становятся чувствительными к прикосновению. Никакого обезболивания для плода при аборте не предусмотрено. Болевые ощущения достигают кульминации, когда в качестве метода для аборта выбирается «солевой аминоцентез», иначе этот процесс называется «искусственные роды». За этим гладким выражением скрывается следующее: через брюшную стенку матери в околоплодные воды ребёнка вводится большая игла. Через неё подаётся концентрированный раствор соли. Ребёнок глотает этот раствор, дышит им, обжигается им и начинает биться в конвульсиях, испытывая нестерпимую боль. Для нежной кожицы малыша это то же самое, что погружение в ванну с раствором соляной кислоты, которая медленно, в течение часа будет сжигать кожу. Если не происходит осложнений, на следующий день мать рожает мёртвого ребёнка. «Часто ребёнок появляется на свет с закрытым руками личиком. Однажды одна ручка закрывала личико, а другая сжимала область сердца. Такие виды равноценны фотографиям Освенцима или Чечни» — комментирует врач-гинеколог Татьяна Трофанова. Детей, абортируемых этим способом, иногда называют «леденцовыми детьми». Дело в том, что соль, как известно, имеет разъедающее действие. Нежная кожица ребёнка в результате такого действия на неё соли отслаивается, и под ней обнаруживается рыхлая красная блестящая подкожная ткань, похожая на глазурь — отсюда и название. 

О солевом аборте вспоминает Нэнси Джоу Мэн: «Моя трагедия началась 30 октября 1974 г., в тот злополучный день, когда я убила своего ребёнка, девочку, сделав так называемый поздний аборт. Я была беременна уже пять с половиной месяцев. Обратилась к врачу, так как моя семья настаивала на аборте. Я постоянно слышала от них: „Нэнси, может, ты ещё передумаешь?“ Аборт — это была с самого начала только их идея. Мой муж покинул меня. Взять на себя ответственность за троих детей он не решился. Тогда я пошла к врачу и спросила: „Что мне делать?“ Он посмотрел на мой живот и сказал: „Я уберу немного жидкости и немножко введу. У вас начнутся сильные схватки, которые вытолкнут зародыш“. Я спросила: „И это всё?“ То, что я услышала, звучало неплохо. В больнице мне откачали немного околоплодной жидкости и ввели гипертонический раствор соли. Как только игла проникла в нижнюю часть живота, я возненавидела себя. Что было силы хотела закричать: „Перестаньте, пожалуйста, не делайте этого!“ Но я не промолвила ни слова. Было уже слишком поздно что-либо изменить. Следующие полтора часа мой ребёнок бурно и резко ворочался во мне, травясь и задыхаясь. Но обо всём этом я не имела тогда ни малейшего понятия. Припоминаю, как я с ним говорила, сказала, что этого не хотела, желала, чтобы он жил. Но он умирал. Вспоминаю его последний резкий толчок в левом боку. После этого силы покинули его. Потом мне сделали внутривенную инъекцию для стимуляции схваток. Двенадцать часов меня мучили сильные боли. 31 октября в 5:30 утра я родила мёртвого ребёнка. У него уже были волосы на голове, его глаза были расплющены. Я сама родила свою девочку и держала её на руках. Это я виновата в том, что её бросили в судно. После этого медсестра привела в палату беременную женщину. Она родила здорового мальчика. Это был нож в моё сердце. Только теперь, после аборта, появились стыд, раскаяние и чувство вины». 

Иногда в результате солевого аборта рождаются живые дети, тогда врачи отдают их «матерям» — «добивать»… иное слово подобрать для этого процесса сложно: «… ребёнок, с таким огромным желанием жить, увидеть мир, любить — что никакой раствор ему нипочём, родился,— кричит от боли, т.к. всё его крошечное тельце в ожогах, местами потемневшая, сожжённая кожа. Врачи отдают этих деток „мамам“, потому что сами убивать не хотят. А „мамы“ — кто во что горазд: кто просто на окне оставит замерзать, кто в туалете пытается утопить, кто подушку на лицо положит, а кто и руками задушит… А они кричат во всю силу своих крошечных лёгких, ведь они не могут себя защитить, они беспомощны, самый близкий и родной человек, который должен защищать и оберегать, — лишает их права на жизнь! Вот и боятся ходить в туалет — придёшь, а там на окне лежит ребёнок и кричит, долго кричит, и замерзает, и никому до него нет дела… А когда они умрут — „мамы“ относят их врачам, которые их оформляют как мертворождённых (хотя это убийство матерью новорождённого и за это есть статья)» (Мария Дворцова). 

Известны поразительные случаи, когда младенцы — жертвы аборта — выживали, спасённые мимо проходящей сердобольной санитаркой, поступившей вопреки указаниям врача, или другой роженицей. Оставленные замерзать или умирать от голода, были обогреты и накормлены. Они выросли, и, глядя на них, не скажешь, что их могло и не быть среди нас. Их спасённые жизни — красноречивый ответ огрубевшим душам, не чувствующим в зачатом плоде уникального человеческого существа: «Ещё ужаснее были искусственные роды от 4 до 7 месяцев беременности. Ребёнок часто рождался жизнеспособным, кричал, дёргал ножками… Чтобы смерть наступила быстрее, младенца клали на пол, в коробку и открывали окна и двери, чтобы устроить сквозняк. О том, что я чувствовала, видя всё это, писать не буду. Приходя утром на смену, я бежала в абортарий, зная, что там должен лежать ребёнок после искусственных родов, крошка, оставленный умирать. Если младенец был жив, я заворачивала его в махровое полотенце, включала сухожаровой шкаф и укладывала ребёнка на него, чтобы согреть, потом разводила глюкозу и из пипетки кормила малыша. Часто дети выживали, я получала за это выговор, а за ребёнком приезжала „Скорая помощь“ и увозила его в детскую больницу. Спустя некоторое время я звонила в больницу, чтобы узнать, что с ребёнком, иногда дети оставались живыми и даже здоровыми». 

Аборт с помощью кесарева сечения (гистеротомия). Этот метод достаточно стандартен до момента отсечения пуповины. При кесаревом сечении отсасывается слизь ребёнка, и ему оказывается интенсивная терапия в инкубаторе для новорождённых, где делается всё для его выживания. При аборте данным способом отсечённый от пуповины ребёнок кладётся в ведро и оставляется умирать, а после просто выбрасывается в печь. 

В наше время всё большее распространение получает медикаментозный аборт. Существует ошибочное мнение, что медикаментозное или лекарственное прерывание беременности является альтернативой аборту. Но это неправда. Медикаментозное прерывание — это самый настоящий аборт, в результате которого умерщвляется человеческая жизнь. Лекарственный аборт (который начинается с приёма обычной таблетки) рассчитан на то, чтобы снизить чувство вины, которое неизбежно и естественно возникает у каждой женщины после аборта. Медицинские центры, практикующие лекарственный аборт, вводят женщин в заблуждение, рассказывая о ложной простоте этого типа аборта. На самом деле он не менее катастрофичен. Приём одной из таблеток, которую прописывает беременной врач, перекрывает её малышу доступ крови, а вместе с ней и кислорода, а приём второй — вызывает искусственный выкидыш. Обычно она принимается уже дома… У того, кто решится на этот метод, будет возможность подержать в руках совсем крошечное тельце своего малыша, что скорее всего оставит незабываемые впечатления. Вот воспоминания об одном из таких абортов, оно написано от третьего лица: «Девушка провела большую часть утра в туалете. Боясь пользоваться подкладкой для кровотечения, она почти всё время провела на туалетном сидении. Схватки становились сильнее с каждым разом, но потом они резко прекратились. Она ждала, когда боли начнутся снова, но они не появлялись. Алёна собралась пойти на кухню за стаканом воды, но вдруг что-то привлекло её внимание. Это был прозрачный мешочек, внутри которого находился её очень маленький малыш. Она протянула руку к ручке туалета и быстро спустила воду. Девушка стояла в полной тишине, в то время как вода уносила её ребёнка к его могиле. Алёна сразу пожалела о том, что сделала, но было уже поздно. Могла ли она подержать его в своих руках? Алёна опёрлась на стенку и медленно опустилась на пол. Её маленькая сказочная мечта превратилась в кошмар длиною в жизнь». 

Добавим, что очень часто аборт не заканчивается так быстро, как хотелось бы. Вероятно, что в ходе процесса произойдёт неполное извлечение плодного яйца. Для предупреждения этого осложнения проводят ультразвуковое исследование, а в случае обнаружения остатков плодного яйца — повторное выскабливание. То есть всю процедуру, возможно в её усложнённом варианте, придётся пройти второй раз: «Меня привезли на скорой после медикаментозного аборта на 4 день, с кровотечением и температурой 38°С. От страха и волнения поднялось давление, поэтому о нар- козе не могло быть и речи, так сказала врач. Чистили „наживую“. Даже обезболивающего укола не делали. Как я это вытерпела — не представляю». 

Виды абортов, которые мы описали выше, официально признаны в современной медицине. Но, на самом деле, этот список нужно расширить, поскольку применение некоторых средств контрацепции, также, по сути, является абортом. В первую очередь сюда относится использование методов экстренной контрацепции — посткоитальных таблеток (то есть, фармацевтических препаратов, принимаемых после «незащищённого» секса). «Я забеременела, когда мне было 15 лет. Я не знала, что делать, и была в панике. Позвонила подруге, и она посоветовала выпить „Постинор“. Сказала, что это не аборт, что ребёнка ещё нет, что это всего лишь комок клеток, и что от этих таблеток последствий не будет. Я пошла и купила их. Нужно было сначала выпить первую таблетку, а через 12 часов вторую. Выпив первую таблетку, я почувствовала, как будто во мне что-то разорвалось, но не в прямом смысле. Морально мне было страшно, больно и пусто. После того, как выпила вторую, стало ещё хуже. Кровотечение, тошнота, невыносимая боль в низу живота, плохое самочувствие, голова кружилась. Позже я узнала, что „Постинор“ провоцирует мини-выкидыш, но тогда-то я этого не знала, не знала и в последующие два „залёта“». «Я со школы знала, что на аборт не пойду! Но в той же самой школе нам сказали, что ещё бывают таблетки в случае, если всё-таки презерватив порвался. Я не задумывалась о том, что такая таблетка — это такое же убийство. Я не знала этого. Я знала, что такая таблетка отсрочит появление детей, „если вдруг что-то случится“. Ну почему, зачем мне ещё в школе спокойно посоветовали ими пользоваться?!… В общем, через полтора года отношений с любимым человеком презерватив всё-таки порвался, и притом в самые „неподходящие“ дни. Я, не задумываясь, пошла за таблеткой… Все последующие симптомы были как у женщины, сделавшей аборт, с одной только поправкой, что я не понимала, за какие грехи я переживаю такие ужасы. Я честно думала, что у меня какие-то испытания, и что скоро всё встанет на свои места. Я не знала, что сделала аборт,— что может быть хуже? Ты убил человека и пытаешься строить жизнь дальше со спокойной совестью — разве получится?» 

Препараты «следующего утра» обладают двояким механизмом действия. Во-первых, они задерживают или останавливают овуляцию (т.е. выход яйцеклетки из яичника в маточную трубу), что предотвращает зачатие. Однако, если зачатие всё же произошло, препарат вызывает аборт за счёт изменения нормальной структуры внутренней выстилки матки (эндометрия) и невозможности имплантации оплодотворённой яйцеклетки. В принципе, производители подобных препаратов при- знают, что они «…препятствуют имплантации оплодотворённой яйцеклетки во внутреннюю выстилку (оболочку) матки». На самом деле, это тот же самый аборт, сделанный на доимплантационной стадии развития зародыша, когда он не внедряется в матку. Эта таблетка точно также уничтожает уже зародившуюся человеческую жизнь. 

По этому же принципу действуют и внутриматочные спирали (ВМС). Спираль делает ничтожно мало или совсем ничего для того, чтобы предотвратить передвижение спермы или оплодотворение (зачатие). Эффект избегания беременности достигается главным образом за счёт того, что спираль мешает вновь зародившейся человеческой жизни внедриться (имплантироваться) в слизистую оболочку матки (эндометрий) и, следовательно, действует как абортивное средство. Доктор Роберт Эдвардс отметил: «Большинство учёных согласны, что действие внутриматочных спиралей проявляется при имплантации». В исчерпывающем обзоре более 400 статей по этой теме доктор Томас В. Хилгерс заключил: «В свете нынешних общепринятых медицинских определений контрацепции, абортивных средств, беременности, оплодотворения и абортов, мы пришли к выводу, что основное действие ВМС должно расцениваться как абортивное». Доктор Хилгерс привёл несколько возможных объяснений механизмов достижения эффекта предупреждения беременности при помощи внутриматочных спиралей. В числе этих механизмов были маточное сокращение, хроническая инфекция и выработка антител, которые могут буквально уничтожить новую жизнь, когда она попадает в матку. «От 12 до 44% циклов у женщин, носящих внутри- маточную спираль, случается недиагностированная беременность»,— таков результат исследования, проведённого доктором Марком Сеппала Университетской стационарной больницы города Хельсинки. В результате 18 исследований пациенток с ВМС было обнаружено, что в 28.6% случаев беременности у пациенток с ВМС происходил самопроизвольный выкидыш, а ещё 8.4% беременно-стей были внематочными или трубными, требующими хирургического вмешательства. 

Таким образом, на вежливом корректном языке медицины ВМС внесли тридцатисемипроцентный вклад в общее число «потерь эмбрионов» (выкидышей). «Я не знаю, как это случилось,— однако это произошло! „Маленькое вмешательство — и всё будет в порядке“,— эта перспектива ободрила меня. „Маленькое вмешательство, и всё прошло. Заплати за это, и ты снова на высоте!“ Так говорили все: друзья, врачи, советчики, коллеги, и никто не возразил против этого! Я не знала, что случилось!» — вспоминает одна из женщин. «Маленькое вмешательство», «удаление скопления клеток», «решение вашей проблемы…» — как только не называют врачи аборт при разговоре с пациентками. Они поступают так, чтобы скрыть правду. Женщины, приходящие в кабинет с мыслью об аборте, вряд ли способны согласиться на предложение, утопить щенка или котёнка, им станет жалко. Но они соглашаются убить своего ребёнка, потому что на аборт принято смотреть сквозь пелену обтекаемых слов, абсолютно искажающих суть происходящего. Но на самом деле, согласиться на звучащее в женской консультации вежливое предложение «восстановить менструальный цикл», удалить «кусок органической ткани», значит, на самом деле, убить родного сыночка или дочку, убить практически собственноручно. Чтобы понять, что же собственно будет происходить, просто представьте себе такую картину. 

Женщина ведёт уже родившегося ребёнка, пусть даже не своего, к чужим людям, которые поступят с ним так, как гинекологи расправляются с младенцами во чреве. Насколько адекватным кажется такой сюжет? Врачи, будьте честны, расскажите своим пациенткам обо всём, что их ожидает во время аборта и после него. Много ли найдётся женщин, которые согласятся на эту процедуру? Только называйте вещи своими именами: ребёнка — ребёнком, а не «продуктом беременности»; убийство — убийством, а не «восстановлением менструального цикла». Опросы, проведённые в абортариях, показывают, что по крайней мере 70% женщин, идущих на аборт, считают его безнравственным или, по меньшей мере, ненормальным явлением. То есть вместо того, чтобы делать выбор в соответствии со своими моральными устоями, женщины поступают против своих систем ценностей. Все социальные опросы показывают, что большинство женщин, идущих на аборт, на самом деле хотят оставить ребёнка, но при этом чувствуют, что их принуждают к аборту родные и близкие, социальные обстоятельства. Даже находясь на пороге абортария, многие продолжают мысленно искать альтернативу. Можно сказать, что беременные женщины скорее «покорились», чем «выбрали» аборт, потому что ни одна мать не может захотеть убить своего ребёнка. Философские споры о том, когда человек становится «личностью», превращаются в ничто, на фоне искалеченных судеб, кошмарных снов и бесконечного раскаяния. Потому что за лирикой отговорок каждая женщина знает, что жизнь начинается при зачатии. Это человеческая жизнь. Остаётся единственный вопрос: насколько счастливо она сможет жить с такой правдой, убив ребёнка… или как дол- го она сможет от неё скрываться? Аборт — это в лучшем случае — безобразный опыт, в худшем — разрывающий сердце кошмар. Когда последствия аборта исследуются критично и личностно, всегда получается неутешительная картина. В том, что выявляется, всегда больше горя, чем радости и больше вины, чем облегчения.