Махамайя — Великая Иллюзия

МахамайяСильна, спокойна в мыслях, как Земля,

Чиста по духу, словно водный лотос,

Определить ее - никак нельзя,

Ее же имя, имя-образ -

Майя.

(«Буддхачарита» Творения Востока. Жизнь Будды)

…Однажды в полнолуние царица Махамайя, супруга царя Шакьев из рода Гаутамов, обитающего на границе современного Непала и Индии, увидела необычный сон. Снилось ей, будто прекрасный белый слон вошел в ее правый бок. Придворные брахманы расценили это как предзнаменование скорого рождения великого мужа, а небесные знаки — землетрясение и явление безграничного света — не замедлили подтвердить эту догадку. И в самом деле, через положенное время царица родила сына; случилось это в садовой роще в местечке Лумбини. Не оставалось никаких сомнений в том, что чудесным образом появившийся на свет младенец необычен: едва родившись, он издал «львиный рык»…

Имя того младенца было Сиддхартха Гаутама, который через три десятка лет после своего воплощения в этом теле, обрел Просветление и стал почитаем и известен во всех мирах как Великий Учитель – Будда Шакьямуни.

О матери Будды – царице Махамайе (другие имена - Майя Деви или Махадева) известно не так много, как о ее Великом сыне, но в этой статье мы попробуем раскрыть тайну ее имени и проследить значение самого понятия «Маха Майя», что в переводе с санскрита означает «Великая Иллюзия».

Махамайя родилась принцессой в царстве колиев. В текстах раннего буддизма «Махавасту» («Великая история») упоминаются также имена её сестёр — Маха-Праджапати, Атимайя, Анантамайя, Чулия и Колисова. Отец Махамайи выдал ее замуж за своего племянника – раджу Шуддходану, главу племени Шакьев - небольшого княжества со столицей Капилавасту. Гаутама — это аналог современной фамилии.

Хотя буддийская традиция и называет его «раджой», но, судя по ряду различных источников, правление в стране Шакьев строилось по республиканскому типу. Поэтому, скорее всего, он был членом правящего собрания кшатриев (сабхи), состоявшего из представителей воинской аристократии, что объясняет стремление будущего отца Будды сделать из сына великого Чакравартина – Великого Владыку Мира.

У Махамайи и Шуддходаны более 20 лет не было детей, что очень печалило супругов. И, наконец, на 44 году жизни Махамайя после пророческого сна почувствовала, что скоро у них родится долгожданный ребенок. По прошествии девяти месяцев и двадцати трех дней, на рассвете седьмого дня, растущей половины месяца Вайшакха, в год железной обезьяны (961 год до н.э.) родился принц Сиддхартха, будущий Учитель, обладающий способностью вывести разумные существа из круговорота рождений и смертей - Будда Шакьямуни.

Канонический вариант этой истории изложен в «Рассуждении о дивных и замечательных событиях», где любимый ученик Ананда рассказывает о Будде, о его зачатии и рождении. Ананда, как полагали, запомнил и изложил все рассуждения, ведь правда о замечательных событиях могла исходить только от Будды.

Ниже представлена сокращенная версия истории Ананды:

«Лицом к лицу, о, уважаемый, слышал я от Господина, лицом к лицу я вместил:

«Родился в памяти и в сознании, Ананда, родился Бодхисаттва в теле Тушита. Когда Бодхисаттва, сойдя из тела Тушита, вошел во чрево своей матери, в мире с его богами, марами и брахмами, среди созданий, включая отшельников и брахманов, богов и людей, появляется великое безграничное сияние, превосходящее дивную славу богов. И в пространствах между мирами, мрачных, открытых, темных, во тьме и мгле, где и луна с солнцем не могут светить так мощно и величественно, даже там возникает великое безграничное сияние, превосходящее дивную славу богов. И существа, возродившиеся там, различают друг друга при этом сиянии и думают: конечно, господа, есть и другие существа, возродившиеся здесь. И эта вселенная десяти тысяч миров сотрясается, и дрожит, и колеблется, и появляется в мире великое безграничное сияние, превосходящее дивную славу богов.

Когда Бодхисаттва вмещается в свою мать, четыре бога приближаются к ней, чтобы защитить четыре четверти, говоря: «Пусть ничто человеческое, или сверхчеловеческое, или что-либо еще не повредит Бодхисаттве или матери Бодхисаттвы».

Когда Бодхисаттва вмещается в свою мать, мать Бодхисаттвы обладает надлежащими моральными качествами – воздерживается от убийства, от воровства, от вредного потакания чувственным желаниям, ото лжи и легкомысленного употребления опьяняющих напитков.

Когда Бодхисаттва вселяется в свою мать, в ней не возникает чувственных мыслей о мужчинах, мать Бодхисаттвы не может поддаться страсти никакого мужчины.

Когда Бодхисаттва вселяется в свою мать, мать Бодхисаттвы владеет пятью чувствами, она защищена и наделена пятью чувствами.

Когда Бодхисаттва вселяется в свою мать, она не заболевает, она блаженна, поскольку ее тело неутомимо. И мать Бодхисаттвы видит в своем теле Бодхисаттву со всеми его конечностями и всеми органами чувств. Он подобен драгоценному бериллу, чистому, благородному, восьмигранному, прекрасно обработанному, пронизанному синей, желтой, красной, белой или желтоватой нитью: тот, кто мог бы его увидеть, взял бы его в руку и, глядя на него, сказал бы: «Этот драгоценный берилл, чистый, благородный, восьмигранный, прекрасно обработанный, пронизан синей, желтой, красной, белой или желтоватой нитью». Именно таков Бодхисаттва…

Другие женщины рожают детей через девять или десять (лунных) месяцев после зачатия. Не так рожает мать Бодхисаттвы. Мать Бодхисаттвы рожает Бодхисаттву через десять месяцев после зачатия. Другие женщины рожают детей сидя или лежа. Не так рожает мать Бодхисаттвы. Мать Бодхисаттвы рожает Бодхисаттву стоя.

Когда Бодхисаттва родится, сначала принимают его боги, а потом люди.

Когда Бодхисаттва родится, он не падает на землю. Четыре бога подхватывают его и показывают матери со словами: «Радуйся, госпожа. Могучий сын родился у тебя».

Когда Бодхисаттва родится, он родится чистым, не запачканным жидкостью, не запачканным слизью, не запачканным кровью, не запачканным никакой грязью, но незапятнанным и чистым.

Когда Бодхисаттва рождается, с неба стекают две струи воды, одна холодная, другая горячая, и ими омываются Бодхисаттва и его мать.

Родившись, Бодхисаттва сразу же, твердо упираясь ногами, делает семь больших шагов на север, причем над ним (боги) держат белый зонтик. Он осматривает все вокруг, и благородным голосом заявляет: «Я – глава мира. Я – лучший в мире. Я – первый в мире. Это – мое последнее рождение. После этого не будет других жизней».

А вот как описывается царица Махамайя и события, предшествующие рождению Будды, в «Ниданакатхе» - неканоническом палийском тексте Тхеравады, представлявшем собой «буддографическое» вступление к собранию джатак, рассказов о прежних перерождениях Будды, созданным в V в. н.э. комментатором палийского канона Буддагхошей:

«В то время в городе Капилавасту объявили о торжестве в честь полнолуния месяца асалха (июнь–июль), и многие праздновали его. Царица Майя с седьмого дня перед полнолунием праздновала торжество. Она не пила опьяняющих напитков, но украсила себя гирляндами и умастилась благовониями. Поднявшись на седьмой день поутру, она искупалась в ароматной воде и раздала в милостыню четыреста тысяч монет – великий дар. В полном уборе она поела отборных кушаний и приняла обеты упосатхи. Она вошла в свою украшенную княжескую спальню, легла на кровать и, уснув, видела сон: четыре великих царя, казалось ей, подняли ее вместе с кроватью. Принесши ее в Гималаи, они опустили ее на плоскогорье Маносила, простирающееся на шестьдесят лиг, под большим деревом сал в семь лиг высотой и встали сбоку. Тогда явились их царицы и отвели ее к озеру Анотатта, искупали, чтобы смыть людскую грязь, облачили в небесные одежды, помазали ее ароматами и украсили дивными цветами. Невдалеке находилась серебряная гора, а на ней золотой терем. Там они приготовили чудесное ложе, изголовье которого смотрело на восток, и положили ее туда. Тогда Бодхисаттва стал белым слоном. Недалеко оттуда была золотая гора. Он сошел с нее и опустился на серебряную гору, приблизившись к ней с севера. В своем хоботе, который был похож на серебряный канат, он нес белый лотос; трубя, он вошел в золотой терем, описал три правильных круга вокруг ложа своей матери, ударил ее в правый бок и оказался внутри ее чрева. Так, когда луна была в лунном доме Уттарасалха, он обрел новую жизнь. На следующий день царица проснулась и рассказала о своем сне царю. Царь позвал 64 знаменитых брахмана, оказал им почести, ублажил их прекрасной едой и другими дарами. Когда они насладились этими удовольствиями, он велел царице рассказать сон и спросил, что должно случиться. Брахманы сказали: «Не тревожься, о, царь, царица понесла младенца мужского, а не женского пола, и у тебя будет сын; если он будет жить дома, он станет царем, властелином мира; если он оставит дом и уйдет от мира, он станет Буддой, тем, кто снимет с мира покров (неведения)».

Затем повествуется о тридцати двух знамениях вместе с землетрясением и великим безграничным светом: «будто жаждая созерцать его славу, слепые прозревают, глухие слышат, немые говорят, у калек выпрямляются члены, хромые идут, огонь во всех адах потухает».

Незадолго до родов, царица Махамайя пожелала отправиться домой к своим родственникам и обратилась к царю Шуддходане: «Я хочу, о Царь, пойти в Дэвадаху, город моей семьи». Царь согласился и велел, чтобы дорогу от Капилавасту к Дэвадахе разровняли и украсили сосудами, наполненными бананами, флагами и знаменами. И, усадив в позолоченный паланкин, который несла тысяча придворных, отослал ее с большой свитой. Между городами есть прелестная роща деревьев сал, принадлежащая обитателям обоих городов; она называется рощей Лумбини. В то время от корней до кончиков ветвей она представляла собой сплошную массу цветов, и среди ветвей и цветов порхали рои пятицветных пчел и стаи разных мелодично щебетавших птиц. Когда царица увидела это, ей захотелось развлечься в роще. Придворные внесли царицу в рощу. Она подошла к подножию большого салового дерева и захотела ухватиться за ветку. Ветка, как гибкий тростник, согнулась и оказалась недалеко от ее руки. Протянув руку, она схватила ветку. Вслед за тем у нее начались схватки. Тогда свита, установив перед ней ширму, удалилась. Сжимая ветку и стоя, она разрешилась. В этот момент четыре Махабрахмы, обладающие чистым сознанием, явились с золотой сетью и, приняв у нее Бодхисаттву, показали его матери со словами: «Радуйся, о Царица, могучего сына ты родила». Другие создания, рождаясь, запятнаны грязью, но не Бодхисаттва. Бодхисаттва, как проповедник Учения, нисходящий с места учения, как человек сходит по лестнице, распрямил руки и ноги и, не замаранный и не запятнанный никакой грязью, сияя, как жемчужина на ткани Бенареса, родился у своей матери. Однако чтобы почтить Бодхисаттву и его мать, два потока воды пролились с неба, осуществив положенную церемонию над телами Бодхисаттвы и его матери. Тогда из рук Брахм, которые стояли, принимая его в золотую сеть, четыре великих царя получили его, поместив на торжественный покров из мягкой антилопьей кожи, а из их рук получили его люди, поместив на шелковую подушку. Когда он освободился из рук людей, он ступил на землю и посмотрел на восточную четверть земли. Тогда боги и люди воздали ему честь, украсив ароматными гирляндами, и сказали: «О, Великий, нет никого, кто был бы подобен тебе, и тем более нигде нет превосходящего тебя». Итак, изучив четыре четверти мира, промежуточные четверти надир, зенит и десять четвертей и не видя никого, подобного ему, он сказал: «Это северная четверть»– и сделал семь шагов. Когда Махабрахма держал над ним белый зонтик, суяма – веер, а остальные божества следовали за ним с другими символами царского величия в руках, на седьмом шагу он остановился и, возвысив свой благородный голос, прорычал львиным рыком: «Я главный в мире».

Этот день ознаменовался также появлением семи важных созданий на Пути Будды, таких как Дерево просветления, мать Рахулы (его будущая жена), четыре вазы с сокровищами, его слон, его конь Кантака, его возница Чанна и Калудайин – сын министра. Все они вновь появляются в легенде немного позднее. Обитатели обоих городов в тот же день проводили Бодхисаттву обратно в Капилавасту, восхваляя и отдавая почести будущему Просветленному Учителю.

Безусловно, в различных текстах раннего буддизма существуют незначительные различия в трактовке событий, предшествующих появлению на свет Сиддхартхи Гаутамы. Например, в «Лалитавистаре» (пер. «Подробное описание игр Будды» - одна из наиболее популярных в буддийской литературе биографий Будды, ценится в традиции махаяны, написана в прозе, резюмируемая стихами-гатхами), Майя не упоминает о своем намерении пойти перед родами в Дэвадаху, она просто желает погулять в роще Лумбини. Она выражает свое желание царю в стихах, где говорится о деревьях сал, но в дальнейшем прозаическом повествовании она, рожая, хватает не ветку салового дерева, а ветку плакши. И «Лалитавистара», и «Махавасту» говорят, что Бодхисатта вышел из ее правого бока, и специально добавляют, что ее правый бок оказался неповрежденным. В конце концов, Бодхисаттву приносят обратно не в тот же день, а на седьмой день после рождения.

Самые старые повествования о родословной Будды, видимо, не предполагают, что его рождение было в чем-то необычным. Там просто говорится, что и со стороны матери, и со стороны отца семь поколений его предков были благородными. По более позднему преданию, он родился не так, как другие люди, напротив, как и властелин мира (чакравартин), он сошел с небес Тушита по своему выбору, причем его отец не имел к этому никакого отношения. Это не непорочное зачатие в полном смысле слова, но мы можем говорить о партеногенезе в том смысле, что Шуддходана не был его родителем. Согласно «Лалитавистаре», во время праздника середины лета Майя подошла к царю и попросила его о благодеянии, сказав, что она приняла восьмеричные обеты упосатхи. «О властелин людей, не желай меня… Да не покажется тебе недостойным, о царь; позволь мне долгое время соблюдать нравственные обеты». Это также подразумевается в «Ниданакатхе» не только по ходу повествования, но и потому, что там сказано, будто царица на определенный период приняла обеты упосатхи.

Через семь дней после рождения принца Сиддхартхи (Будды), царица Махамайя уходит на небеса, как и все матери Татхагат. В силу своей благой кармы она сразу возрождается на небе Тушита среди богов Дэвалока. Любопытно то, что семантически имя царицы совпадает с понятием Майи, иллюзорности бытия, а также Махамайи - основополагающей силы в Индуизме, которая, очаровывая, отвлекает сознание от видения своей истинной природы. Это совпадение, а также уход матери Будды вскоре после его рождения, может символизировать то, что, будучи рожденным из иллюзии, Будда, тем не менее, найдет способ от нее освободиться.

В жизнеописаниях Будды говорится, что когда он отрекся от жизни мирянина и покинул дворец в поисках Просветления, то шесть лет занимался аскетическими практиками. И под конец так изнурил себя, что чуть не умер от голода и истощения. Тогда ему явилась его мать Махамайя. Она напомнила ему, что на протяжении множества жизней он шел к этому моменту, и теперь, когда цель так близка, он практически погубил свое драгоценное человеческое тело, и приблизился к смерти. Она просила его не изнурять себя, а набраться решимости и восстановить силы. Ободренный матерью, Сиддхартха впервые за шесть лет тогда позволил себе утолить жажду и поесть.

Он осознал, что крайности не ведут к Просветлению, и что Истина лежит посредине. Тогда он восстановил силы и принял решение достичь Просветления, медитируя в Бодхагае под знаменитым деревом Боддхи. Там ему понадобилось несколько суток, чтобы окончательно пробудиться от сна неведения. Сиддхартха Гаутама достиг Просветления в возрасте 35 лет. Через 6 лет, в возрасте 41 года, он отправился в мир богов Дэвалока, где воплотилась Махамайя, чтобы посвятить свою мать в учение Абхидхармы и освободить ее от замкнутого круга смертей и рождений сансары. Говорится, что Махамайя достигла освобождения благодаря учению своего Сына.

На месте рождения Будды в Лумбини был создан храм в память матери Будды - Майядэви. Современные археологи исчисляют его возраст в 2500 тысячи лет. Посещавшие Лумбини в V и VII веках китайские паломники Фа Хьян и Хьен Цзянь описали детально буддийские памятники и сооружение того времени. Есть материальные свидетельства того, что вплоть до XIV века паломничество в Лумбини носило регулярный характер. При раскопках храма Майядэви в XX веке был обнаружен каменный барельеф, на котором изображены мать и младенец Гаутама, стоящий на пьедестале из лотоса, созданный в XI-XIV вв.

Когда Будда уходил из земной жизни в вечную Нирвану, его мать Махамайя явилась к сыну и в этот знаменательный момент.

5 интересных фактов:

1. В ведической культуре каждый человек имел семь матерей. Первая мать это та, которая дала рождение. Вторая, – которая воспитала и выкормила. Третья, - жена священника. Четвертая, - жена царя. Пятая - жена духовного учителя. Шестая – мать - священная корова. Седьмая - мать Земля. Этот принцип на санскрите звучит как «маттришика», и русское слово «матрешка» берет начало именно отсюда. Мать Будды Махамайя - одна из этих семи матерей – мать, которая дала рождение, которая прожила на этой плане семь дней после рождения Будды, оставив этому миру Великого Сына, Учителя и Освободителя всех живых существ.

2. В индуизме термин «Махамайя» имеет синоним Бахиранга, что является одной из трех основных шакти. Это внешняя, материальная энергия, проявляющая материальный космос — место обитания обусловленных джив (душ). Она также известна как майя – «иллюзия» или авидья-шакти.

3. Махамайя – йога сновидения в тибетском буддизме. Материнская тантра из ануттара йога-тантры, является одной из четырех главных тантр в Тибете. Махамайя-тантра была передана во второй передаче Кагью и лежит в основе йоги сновидения, одной из 6-ти йог Наропы. Считается коренной тантрой в школе Шангпа Кагью. Сиддхи, которые обретаются в результате практики Махамайя-тантры, включают в себя способность летать, принимать форму птицы и перемещаться в любое место на земле, а также способность замечать ямы в земле.

4. Мантра Махамайи: (санскр) "Ом намо махамайя махабхогдайяни хум сваха".

5. Мантра ХРИМ — это биджа-мантра Махамайи, великой иллюзорной энергии, или Бхуванешвари, космической Матери. Семенная мантра сердца, про­странства и праны; она проецирует силу Сол­нца. Эта мантра может использоваться для раскрытия, очищения и усиления любого слова. Она наполняет силой здоровья, жиз­ненной активностью и просветлением. Бхуванешвари-биджа, или майя-биджа, наделяет лидерскими способностями и реализует стремление к власти. X — Шива, Р — пракрити (материальная энергия); И —махамайя; нада — мать вселенной, бинду — рассеивающий печаль. Мантра, способная очистить ум и тело от всевозможных загряз­нений, нейтрализует интоксикации. Прино­сит чувство радости, силы, счастья, ликова­ния.

Заключение.

Итак, Махамайя – великая иллюзорная энергия, одна из форм Богини-Матери, сила вуалирования, которая приводит к инволюции души из более тонких в более грубые планы бытия. В проявленном мире эта энергия воплотилась матерью принца Сиддхартхи Гаутамы, и привела его душу в наш физический мир в теле своего сына для того, чтобы он помог бесконечным миллионам живых существ освободиться от оков ума и осознать, что в каждом из нас скрыта природы Будды, а все вокруг есть лишь «Великая Иллюзия» - Маха Майя.