Джатака о тщетности печали

"Она уже среди мёртвых..." Эту историю Учитель, находясь в Джетаване, рассказал об одном мирянине. У этого мирянина умерла жена. Говорят, после её смерти он не ел, не умывался и забросил все свои дела. Охваченный печалью, он приходил на то место, где был её погребальный костёр, и там причитал по ней. А вокруг его головы, словно как свет над светильником, поднималось сияние – знак вступления его на Первый Путь. Учитель, оглядев на рассвете мир и увидев этого человека, подумал: "Кто, кроме меня, отвратит от него печаль и дарует ему силу вступить на Первый Путь.

 Я буду ему спасением". В послеобеденное время, обойдя округу и собрав подаяния, Учитель взял с собой бхикшу, который обычно его сопровождал, и отправился к дому мирянина. Услыхав, что к нему идёт Учитель, мирянин вышел ему навстречу и, выказав все должные знаки почтения, усадил на подобающее место. А когда мирянин, поклонившись Учителю, сел возле него, Учитель спросил: – Отчего ты всё время молчишь, мирянин? – Почтенный, – отвечал тот, – у меня умерла жена, и я с печалью думаю о ней. – Закон разрушения разрушает, – сказал Учитель. – Раз она погибла, не следует о ней думать. Мудрые люди говорили о смерти жены: "Закон разрушения разрушил", – и больше о ней не думали. И он рассказал историю о прошлом. 

Давным-давно, когда в Варанаси царствовал Брахмадатта, бодхисаттва возродился в семье брахмана. Достигнув зрелого возраста, он изучил в Таксиле все искусства. А когда вернулся домой, родители ему объявили: – Мы найдём тебе жену. – Семейная жизнь – не мой удел, – отвечал бодхисаттва, – после вашей смерти я уйду в отшельники. Но родители стали уговаривать его жениться. Тогда он сделал золотую статую и сказал: – Если вы найдёте мне девушку, такую же, как эта статуя, я возьму её в жёны. Родители приказали своим людям: "Поставьте эту статую на крытую повозку и обыщите всю Джамбудвину. Как только увидите дочь брахмана, похожую на статую, то девушку возьмите, а золотую статую взамен оставьте". 

В это время одно благочестивое существо покинуло мир Брахмы и в стране Каши в деревне, расположенной недалеко от города, возродилось в образе шестнадцатилетней девушки, дочери брахмана, у которого было состояние в восемьдесят коти. Звали её Саммиллабхасини. Эта девушка была необычайно красива и стройна, словно небесная апсара, и наделена всеми благоприятными признаками. К тому же она отличалась редким благочестием, и мысли её были далеки от греховных желаний. Разъезжая по стране с золотой статуей, посланные люди заехали в эту деревню. Увидав статую, деревенские жители стали спрашивать: – Почему вы возите здесь дочь такого-то брахмана? Услыхав это, посланные явились в дом брахмана и стали сватать Саммиллабхасини. 

Но она сказала родителям: – После вашей смерти я стану отшельницей, семейная жизнь – не мой удел. – Что ты говоришь, дочка! – сказали родители, взяли золотую статую и отправили Саммиллабхасини с большой свитой. Против их воли, и бодхисаттвы и Саммиллабхасини, была устроена свадьба. Но даже находясь в одной комнате, лёжа на одной постели, они не смотрели друг на друга с греховными желаниями. Словно два бхикшу или два брахмана, жили они вместе. Через некоторое время родители бодхисаттвы умерли. Тогда, совершив погребальные обряды, он сказал Саммиллабхасини: – Милая, у меня есть восемьдесят коти и у тебя-столько же. Возьми себе все эти деньги и займись хозяйством, а я уйду в отшельники. – Почтенный, – отвечала Саммиллабхасини, – если ты уйдёшь в отшельники, я тоже стану отшельницей. Не могу я тебя покинуть. – Пусть будет так, – сказал бодхисаттва. Они раздали всё имущество, оставили, как сор, своё благополучие и ушли в Гималаи. Там они сделались отшельниками и стали жить, питаясь кореньями и плодами. 

Однажды, спустившись с Гималаев за солью и уксусом, пришли они в Варанаси и поселились в царском саду. Когда они жили там, хрупкая отшельница съела разной непосолённой пищи и заболела кровавым поносом. А оттого, что у них не было лекарств, она совсем ослабела. Направляясь в соседнюю деревню за подаяниями, бодхисаттва довёл Саммиллабхасини до городских ворот и оставил её в одном доме на лавке. Когда он ушёл, Саммиллабхасини умерла. Люди обступили тело красивой отшельницы и стали плакать и причитать. Собрав милостыню, бодхисаттва вернулся в этот дом и, узнав, что отшельница умерла, сказал: – Закон разрушения разрушает, таковы все смертные существа. И он сел на лавку рядом с лежащей отшельницей, поел и омыл себе рот. Люди обступили его и стали спрашивать: – Скажи, милый, кто тебе эта отшельница? – Когда я был мирянином. – отвечал бодхисаттва, – она была мне женой. – Милый, мы и то не можем сдержать себя, плачем и причитаем, почему же ты не плачешь? – Пока она была жива, – сказал бодхисаттва, – она для меня что-то значила, а теперь, принятая в другой мир, она для меня ничто. Ведь она перешла в другое рожденье, о ком же я буду горевать? И, объясняя людям дхарму, бодхисаттва произнёс четыре гатхи:

Она уже среди мёртвых,
Но какое до них мне дело,
Поэтому я не печалюсь
О милой Саммиллабхасини.

Зачем о ней горевать,
Ведь её уж нет в этом мире.
О своей печалься душе,
С каждым часом всё ближе смерть.

Стоишь ты, или сидишь,
Или по миру странствуешь,
Не успеешь глазом моргнуть,
Смерти пора пришла.

В исполнении долга жизнь,
В пресеченье сомнений жизнь.
Всё живое надо жалеть,
О погибшем напрасна скорбь.

Так Великое Существо четырьмя гатхами показало закон непостоянства. Люди совершили погребальные обряды над юной отшельницей. А бодхисаттва, отправившись в Гималаи, прошёл все ступени на пути к Высшему Существу и был удостоен мира Брахмы. Приведя этот рассказ для разъяснения дхармы и показав Благородные Истины, Учитель отождествил перерождения (после этого мирянин, обрёл плод Первого Пути): – Тогда мать Рахулы была Саммиллабхасини, а отшельником был я.

вернуться в ОГЛАВЛЕНИЕ