Джатака об Aссаке

буддизм, БуддаСловами «С великим Ассакой-царем...» Учитель, что жил в ту пору в роще Джеты, начал свой рассказ о вожделении монаха к оставленной в миру жене.

Ибо монах тот на вопрос Учителя: «Правду ли говорят, монах, что ты охвачен тоскою?» – отвечал: «Да, это правда!» А на вопрос: «По ком же тоскуешь ты?» – отвечал: «По жене своей, что осталась в миру!» – О монах! – молвил тогда Учитель. – Не только ныне ведь испытываешь ты любовное томление из-за этой женщины, но и прежде ввергался ты из-за нее в великое страдание! И он поведал собравшимся о прошлом.

В стародавние времена в городе Летали, что в стране Каши, восседал на троне царь по имени Ассака. А старшую из жен его звали Уббари, и она, обаятельная, превосходно сложенная, ласкающая взор красотою, превосходящею всё видимое у людей, уступавшая прелестью разве лишь богам, была царем любима. И вот она скончалась. С её смертью погрузился царь в пучину горя и страдания и немного помрачился в уме. Приказал он набальзамирозать тело покойной жены сезамовым жмыхом и в деревянном корыте поставить его под свое царское ложе. Сам же возлег на ложе и лежал так, беспрестанно рыдая и причитая и отказываясь от пищи. Отец с матерью, прочие родичи, друзья и приближенные, брахманы, домовладельцы и иные подданные толпились вкруг него, говоря ему: «Не горюй так, о великий царь! Непостоянно ведь все созданное!» – и пытались они так или иначе утешить царя, но переубедить его не смогли. И так в тоске провел он семь дней.

Бодхисаттва же в ту пору жил в предгорьях Гималаев и был отшельником, одолевшим пять сверхзнаний и восемь ступеней сосредоточения. Заостривши внутренний и внешний взор свой, он обозревал своим божественным оком всю Джамбудвипу. Увидев того царя Ассаку, столь сокрушавшегося, он решил: «Я должен оказать ему помощь!» Своей чудотворной силой он поднялся в воздух и, опустившись в царском саду, уселся на священный камень, уподобясь золотому истукану.

А в это самое время пришел в сад некий юный брахман, живший в городе Потопи. Увидев Бодхисаттву, он почтительно приветствовал его и сел неподалеку. Бодхисаттва отнесся к юноше дружелюбно и вопросил: – Скажи-ка, юноша, предан ли дхарме ваш царь? – Да, почтенный, – отвечал ему юноша, – царь предан дхарме. Только вот жена у него умерла, и он распорядился поместить её тело в деревянное корыто, а сам лежит лежнем и рыдает – нынче уже седьмой день пошел! Почему бы тебе не избавить царя от такого страдания?! Столь благочестивому и многознающему, как ты, вполне пристало приходить на помощь царям в подобных несчастьях! – Но ведь я, юноша, – возразил Бодхисаттва, – с царем и незнаком. Вот если б он сам пришел ко мне и спросил, я бы показал ему место нового рождения его усопшей супруги и побудил бы ее заговорить с ним! – Тогда, почтенный, посиди тут, покуда я не приведу к тебе царя! – попросил юноша. И, заручившись согласием Бодхисаттвы, юноша направился к царю. Поведав ему обо всем, он сказал: «Надо тебе поехать к тому отшельнику, обладающему даром божественного всевидения!»

Радуясь мысли, что он сможет увидеться со своей Уббари, царь взошел на колесницу и направился к указанному месту. Почтительно приветствовал он отшельника, сел рядом с ним и спросил: – Правду ли говорят, что ты знаешь место нового рождения госпожи моей? – Да, это так, великий царь, – отвечал отшельник. – Где ж возродилась она? – Из-за того, что в прошлом рождении, о великий царь, опьяненная красотою своею, жена твоя всем прочим пренебрегала и не совершала благостных дел, она обрела новое существование в лоне самки навозного жука и теперь находится здесь – в этом саду. – Не верю я в это! – воскликнул царь Ассака. – Ну, тогда, – сказал отшельник, – я тебе её покажу и заставлю заговорить с тобой! – Будь посему! – согласился царь.

Тогда Бодхисаттва произнес: «Эй вы, те двое, что скатываете шарик из навоза, явитесь к царю!» – и своею божественной силой заставил жуков приблизиться, и те тотчас подползли к царю. Указав на одного, Бодхисаттва промолвил: – Вот, о великий царь, госпожа твоя Уббари. Оставив свой навозный шарик, она ползет следом за супругом-жуком. Узри же ее! – Нет, я по-прежнему не верю, почтенный, что моя Уббари обрела новое рождение в лоне самки навозного жука! – воскликнул царь. – Что ж, я заставлю ее заговорить! – сказал отшельник. – Заставь, почтенный! – согласился царь.

Бодхисаттва, своею божественной силой побуждая самку жука начать разговор, воззвал: – Эй, Уббари! – Чего тебе, почтенный? – отвечала та человеческим голосом. – Как звали тебя в твоем прежнем рождении? – Я была старшей женой царя Ассаки, почтенный, а звали меня Уббари. – А теперь кто тебе мил: царь Ассака или жук навозный? – То, почтенный, – ответствовала Уббари, – было мое прежнее рождение! Тогда я с супругом моим гуляла по этому самому саду и наслаждалась всем тем, что имеет форму, звук, запах, вкус или что можно осязать. Но теперь, после того как с кончиною своею я отторглась от прежнего существования, что мне в этом царе?! Нынче я могла бы убить царя Ассаку и кровью из горла его умастить ноги супругу моему, навозному жуку! И, говоря так в присутствии всей царской свиты, она человеческим голосом спела:

– С великим Ассакой-царем,
Любимым, мужем дорогим,
Взаимной страсти полные,
Гуляли некогда мы тут!
Но боль и радость прежних дней
Затмилась новым бытием,
Вот почему навозный жук
Милей мне Ассаки – царя!

Услыхав её речи, царь Ассака понял, что скорбел напрасно. Там же, в саду, он распорядился, чтобы мертвое тело вынесли вон из опочивальни. Потом омыл себе голову, почтительно простился с Бодхисаттвой и воротился в город. Избрав другую царицу старшей женою, он продолжал править царством в соответствии с дхармой. Бодхисаттва же, наставив так царя и освободив его от тоски по умершей, удалился назад в Гималаи.

И, завершая свое наставление в дхарме, Учитель явил слушателям Четыре Благородные Истины и истолковал джатаку, связывая перерождения (с усвоением Благородных Истин страдавший от тоски монах, утвердившись в Потоке, обрел свой первый плод): «Уббари в ту пору – это оставшаяся в миру супруга монаха. Царем Ассакой был тоскующий монах, отшельником же – я сам».

вернуться в ОГЛАВЛЕНИЕ