Дэлог: Путешествие за пределы смерти

…..Я продолжала спускаться в ужасающее место. Там не было освещения и было так темно, что я могла видеть перед собой только на расстоянии руки. Сверху лился огненный дождь. Земля там была из раскалённого железа. Расплавленный металл струился во все стороны, и повсюду было разбросано оружие. Чернильно-чёрные тела тамошних существ были около сотни саженей в высоту. Словно блеянье сотни овец, встретившихся с сотней своих ягнят, их крики сливались в непрерывный гул: «Увы! Беда, беда! О горе! А-а-а! Отец! Мать! Помогите! Ой, как жжёт!»

Наконец это сумбурное и жуткое видение будто бы рассеялось.

Посреди другой широкой равнины стоял чёрный железный трон размером с трёхэтажный дом. На нём сидел Дхармараджа, владыка смерти. Его тёмно-багровый лик был яростен, ужасен и свиреп. Его глаза, сияющие как солнце и луна, были налиты кровью и сверкали словно молнии. На щеках и в других местах на лице выступали бородавки. На верхнюю часть тела накинута свежая шкура слона, вокруг пояса обвязана содранная человеческая кожа, а нижнюю часть тела закрывала юбка из тигровой шкуры. Ещё на нем был шёлковый наряд и множество украшений из кости и самоцветов. На голове – корона из пяти сухих человеческих черепов. В правой руке у него была клетчатая доска судьбы, в левой – зеркало кармы. Он сидел, скрестив ноги. На сияние, исходившие от тела, было невозможно смотреть.

Перед Ямой стоял его подручный Змееголовый Злобный и держал зеркало. Справа от Ямы стоял Львиноголовый Гордый и держал судебный барабан. За Ямой стоял Обезьяноголовый Рок и держал весы. Слева от Ямы стоял Бычеголовый Ава и держал свитки. Их окружали бесчисленные миллионы прислужников владыки смерти, проявлявшиеся в обликах с головами всевозможных животных.

Белая Тара и я, девушка, выполнили три простирания и поднесли следующую хвалебную песнь:

Если есть узнавание – есть лишь одно: твой собственный ум;

если нет узнавания – есть лишь великий гневный владыка смерти.

В действительности – это Победоносный, дхармакайя Самантабхарда.

Мы подносим своё почтение и молитвы к стопам Дхармараджи.

Если есть узнавание – это беда Ваджрасаттва, Если нет – это Змееголовый Злобный.

В действительности – это просветлённые ум, полностью очистившийся от гнева.

Мы подносим своё почтение и молитвы великому прислужнику, держащему зеркало. Если есть узнавание, это будда Ратнасамбхава;

если нет - это Львиноголовый Гордый.

В действительности – это просветлённый ум, полностью очистившийся от гордости. Мы подносим почтение и молитвы великому прислужнику, держащему судебный барабан.

Если есть узнавание – это будда Амитабха;

если нет – это Обезьяноголовый Рок.

В действительности – это просветлённый ум, полностью очистившийся от желания и привязанности.

Мы подносим почтение и молитвы великому прислужнику, держащему весы.

Если есть узнавание – это будда Амогхасиддхи; если нет – это Бычеголовый Ава.

В действительности –это просветлённый ум, полностью очистившийся от зависти. Мы подносим почитание и молитвы великому прислужнику, держащему свитки.

Эти гневные прислужники смерти не знают добра или зла. пусть те живые существа, которые ничего не сотворили и не накопили дурной кармы, не попадут на путь, с которого не возможно вынести, ошибок и без страха.

Дхармараджа слегка улыбнулся и ответил: - Ну-ну, складно говоришь, дочь человеческая, а какую хорошую, благую карму ты накопила? Какую неблагую, плохую карму ты накопила? Отвечай честно, ложь не спасет!

Белая тара встала, сделала три простирания перед Дхармараджей и произнесла:

- Я должна кое- что сказать в её пользу.

- Очень хорошо, - ответил он.

- Эта девушка – дочь семейства ламы Тромге, - сказала Белая Тара.

– Что касается её заслуг, она делает всевозможные подношения Трём Драгоценностям, почитая их как превосходящих её. У неё великое сострадание, и она не презирает несчастных, странствующих монахов и нищих как стоящих ниже её. Она очень щедра, владыка. Хотя сама она не очень много практиковала Дхарму Будды, она побуждала других к практике и подталкивала их к добродетели. Она всегда обладала великой верой, преданностью и бодхичиттой. Она никогда не совершала ни единого вредоносного или неблагого деяния, мой повелитель.

Когда она произнесла это, Яма сказал: - Ну что ж! Змееголовый посмотрит в своё зеркало, чтобы определить, правда ли это.

Змееголовый посмотрел в зеркало и сказал: - Вижу, будто солнце вышло из-за облаков.

Львиноголовый ударил в судебный барабан и произнёс: - Звук приятный. Обезьяноголовый всё взвесил и объявил: - Её добродетели безусловно перевешивают, а вредных поступков едва ли один-два.

Наконец Бычеголовый страж поглядел в свитки и сказал: - Минуточку! Разве ты не совершала вредных поступков, скажем, не разбивала ли оземь птичьи яйца или проявляла излишнее упрямство?

На это Дхармараджа усмехнулся и сказал: - Хо-хо! Ну, дочь моя, хотя ты и сострадательна, ошибки злых людей тяжелы. Если бы я, судья недобрых поступков, одних наказывал, а других – нет, то мне, несомненно, пришлось бы испытать последствия пренебрежения своими обязанностями. Так что пока я верну тебя в твой мир, но ты должна покаяться в своих вредных поступках и постараться быть как можно более добродетельной. Запомни, адские видения, послание от тех, кто умер, - вот слова совета Дхармараджи. Передай их также и другим, воодушевив практиковать добродетель.

Затем я увидела старую женщину из области Тро по имени Анаг. Когда в рот ей вливали кипящий расплавленный металл, её тело разрывалось на части с головы до ног. Я видела, как она подвергается такому страданию снова и снова. Это, как мне сказали, было следствием того, что она отравила ламу.

Дингла из области Асо, и Каргья, и другие – большинство было из той области – скитались в бардо. Ринчен Даргье также скитался там. Нима Холеб переродился в аде Оживание. Там ещё были десять человек из Аджи. Некоторые переродились в мирах ада, некоторые в мирах прет.

У одного из них, по имени Або, была огромная голова – с большой глиняный горшок – и тело страшно искажённых пропорций. Рот у него был мал, как игольное ушко, пищевод – толщиной с конский волос, зато желудок – размером с целый город. Его ногти трижды пронзали сжатые кулаки. Он не мог найти еды, языки пламени вырывались из его рта. Он испытывал невообразимое мучение. Я спросила: «Что сделал этот человек, отчего он так страдает?» Мне сказали, что он никогда не совершал подношений Трём Драгоценностям как превосходящим его и был не очень щедр с существами худших уделов, как с теми, кто ниже его. Его подношения всегда были очень скудны, и притом его мучили жадность и опасение, что его припасы иссякнут.

Там был мой знакомый, некто Атар из семьи Танпа, что в Тромтоге. Он передал своей матери и близким родственникам: «Не прекращайте практики добродетели, чтения мани-мантр и ритуала Акшобхья, а также подношений большим собраниям монахов».

Таши Дондруб из семьи Наг тоже переродился там и испытывал неимоверные муки. Я спросила свою спутницу Тару: «Какие же деяния этого человека привели к такому результату?» Она ответила: «Он не хранил обязательств-самайи и в своих дейсвтиях был заносчив и себялюбив, рассчитывая получить что-то взамен». Он передал мне следующее сообщение для своей родни: «Пожалуйста, ради меня прочтите семьдесят миллионов мани-мантр и «Сутру освобождения», покайтесь в ваших вредоносных деяниях и поднесите молитвы посвящения на больших собраниях».

Полубоги испытывали сильные страдания из-за соперничества с богами, обитающими на склонах горы Сумеру. С невыносимой завистью они смотрели на пышность и богатство мира богов и на кокетливую игривость поющих и танцующих богинь, но получали лишь невообразимые страдания, терпя поражение от богов. Боги метали боевые диски с острыми шипами, а также стрелы и трезубцы; они использовали против врагов одурманенных слонов со смертоносными колёсами, прикреплёнными к концу хобота. Полубоги терпели непостижимые муки, когда их убивали и калечили. Кроме того, они сражались между собой, издавая оглушительные крики: «Убей! Убей!» и «Рази! Рази!», которые раздавались как рёв тысячи драконов.

Даже меня очень напугало увиденное в том мире. За то, что я бросила на землю птичье яйцо, мне нужно было пройти под всеми видами оружия; но я сосредоточенно молила бодхисаттву наивысшего сострадания и досточтимую богиню и трижды спела шестислоговую мантру, вследствие чего мне показалось, что звуки постепенно стали мягче.

Я продолжила путь и в мире ада встретила Кардо из города Геце. Внутри большого железного дома огромных размеров он собирал землю, камни, траву и дрова (хотя мне было непонятно, зачем он это делает), но притом там были и бирюза, коралл, хрусталь, золото, серебро. Затем полчища слуг Ямы громоздили и драгоценности, и землю, и камни на его тело. Он кричал от боли. Всякий раз, когда он пытался бежать, его ловили. А затем он должен был наблюдать, как драгоценные камни и металлы разлетались, словно перья на ветру, а его душевные страдания ещё больше усиливались. Затем он опять собирал драгоценности и пищу, и снова всё это его раздавливало, и так, не зная ни мига передышки, он испытывал то одно, то другое страдание. Я спросила: «Что он такого сделал, из-за чего так страдает?» Тара сказала мне: «Это следствие того, что он жаждал заполучить всё, что попадалось ему на глаза, что был недоброжелателен к каждому, кого слышал, и имел только ложные взгляды на всё, о чём думал. Это плод отсутствия практики добродетели и совершения неблагих и вредных действий, в том числе и того, что, нося разукрашенную малу, он отвлекался на сплетни и пустословие».

Появился одетый в лохмотья паломник, который нёс молитвенные флажки на палке. И тут представлял взору Яма Дхармараджа со своей свитой и, выказывая радость, произнёс: «Какие великие блага и преимущества для Дхармы Будды! Нет ничего выше, чем святая Дхарма молитвенного флага. Молитвенные флажки – это корень Дхармы. Сиддхи-мантра дарует освобождение из теснины бардо. Ритуал поста ньюнгнэ – это учитель, который показывает путь к освобождению. Сто тысяч камней мани – это ожерелье Дхармы. Деяние спасения жизней – это колесница, движущаяся по пути. Изготовление саца – это победа над худшими уделами перерождения. Паломничества – это метла, выметающая последствия вредоносных действий. Выражение почтения с помощью простираний искореняет ошибки. Тара – это внешний источник прибежища. Собрание накопления заслуг и изначальности мудрости – это запас на будущие жизни. Сострадание – это главный стержень Дхармы. Потому, дитя моё, отправляйся счастливо к Потале». Пилигрим прошёл дальше, ведя за собой примерно тысячу существ, связанных с ним через речь и прикосновение…

Ом мани падмэ хум хри.

Скачать книгу