Священная сутра золотистого света. Главы 12-21

IV раздел священной махаянской Сутры «Золотистого света», царицы сутр
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
НАСТАВЛЕНИЕ ЦАРЯМ
«ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ПЕРЕД ВЛАДЫКАМИ БОГОВ»

Поклоняюсь Бхагавану-Татхагате-Архату-Истинно-Совершеному-Будде РАТНАКУСУМА-ГУНАСАГАРА-ВАЙДУРЬЯКАНАКАГИРИ-СУВАРНАКАНЧАНАПРАБХАСАШРИ. Поклоняюсь Бхагавану-Татхагате-Архату-Истинно-Совершеному-Будде ШАКЬЯМУНИ, чье тело украшено бесчисленными достоинствами и который зажег светоч Дхармы. Поклоняюсь великой богине ШРИ, чьи зерна достоинств и безмерное счастье совершенны.

Поклоняюсь великой богине САРАСВАТИ, полной безмерных достоинств мудрости. В то время царь Балендракету сказал своему сыну, царю Ручиракету, недавно возведенному [на трон], только что обретшему царскую власть:

– Сын, есть наставление царям, называемое «Обязательствами перед владыками богов», которое я раньше, когда был только что возведен [на трон], получил от своего отца Варендракету. Следуя наставлению царям «Обязательства перед владыками богов», я управлял царством 20000 лет. И не помню, чтобы хоть на одно мгновение мысли когда- нибудь я стал на сторону неблагочестивых. Каково же, сын, это наставление царям, называемое «Обязательствами перед владыками богов»?

И тогда, благородная богиня, царь Балендракету подробно, правильно высказал стихами своему сыну, царю Ручиракету, наставление царям, называемое «Обязательствами перед владыками богов»:

– Изложу наставление царям.
Оно дарует благо существам всем,
отсекает все сомнения
и устраняет всевозможные проступки.
Пусть всякий царь
возрадуется и, соединив ладони,
слушает [почтительно]
все «Обязательства перед владыками богов».
Некогда в собрании владык богов
на сей горе великой Ваджракаре
стражи мира встали [с мест своих],
чтоб задать вопросы владыке Брахме:
– О, владыка Брахма, главный бог,
ты – властелин богов.
Так разреши сомненья наши,
устрани недоумение.

Почему же царь, рожденный средь людей,
«божественным» зовется?
И почему же [людского] царя
зовут «сыном богов»?
Разве может бог,
родившись в мире людей
и став людским владыкой,
царствовать над людьми?
Когда стражи мира задали
владыке Брахме те вопросы,
Брахма, вождь богов,
ответил стражам мира так:
– Поскольку стражи мира
сейчас мне задали вопросы,
то я для блага всех существ
изложу возвышенное наставление.

Расскажу я о происхождении
царей, рождающихся в сфере
людской, и по какой причине
они становятся царями своих стран.
Владыками богов благословленный,
[царь] входит в чрево [матери] людской.
Сперва его благословляют боги,
и лишь затем в утробу входит он.
Родившись в этом мире,
он становится царем людей.
Но поскольку он переродился из небесной сферы,
то «сыном богов» зовется.
«Ты – сын всех богов», – [благословив],
тридцать три владыки богов
царской судьбой его наделили,
и он воплотился как владыка людей.
Чтобы прекратились злодеяния,
безнравственность исчезла,
чтобы существа приобщались к добродетели
и в божественные сферы отправлялись,
людской владыка [должен]
предотвращать злодейства
людей, богов, гандхарв,
ракшасов и [всяких] нечестивцев.

Цари богов его благословили, чтобы
людской владыка был для добродетельных
[словно] отец и мать – чтоб им показывал,
как [хороши] плоды [их добрых дел].
Он был благословлен владыками богов,
чтобы показывал воочию плоды
благих и злых деяний,
совершенных в этой жизни.
А когда пренебрегает царь
злодеяньями, что совершаются в стране,
и не наказывает
негодяев по заслугам,
внимания не уделяя преступлениям,
то зло в том царстве процветает,
конфликты вспыхивают
и волнения.

Владыки богов возмущаются
в своих домах [в раю] Тридцати трёх,
когда царь пренебрегает
преступленьями в своей стране.
Тогда страну разрушают
жестокие, страшные смуты;
иноземные войска, нападая,
уничтожают то царство, а также
там гибнут богатства и семьи;
а те, кто добра накопил,
отнимают его друг у друга
разным коварством.

Если царь не исполняет
своих царских обязанностей,
он разрушает свое царство,
как слон-владыка – маленький пруд.
Там бушуют свирепые смерчи,
льют страшные ливни;
солнце и луна, звезды и планеты
становятся зловещими.
Там, где царь пренебрежителен,
не созревают хорошо плоды,
семена и урожаи, и не расцветают
цветки; там возникает голод.
Когда пренебрегает царь
злодеяниями, совершаемыми в царстве,
то унывают боги
в своих жилищах.

«Этот царь не верит в Дхарму, ибо
поддерживает сторону беспутных», –
друг другу жалуются
все цари богов.
Немного времени пройдет, и этот царь
вызовет негодование богов,
а когда они придут в негодование,
то царство будет гибнуть:
беззаконье будет ту страну терзать,
она будет разрушаться и оружием,
раздираться распрями и смутами, страдать
повсеместно от болезней.

Из-за ярости владык небесных
и пренебрежения богов,
царство то придет в упадок, и
станет царь безмерно горевать.
Ему придется
расстаться с близкими своими –
с братом или сыном,
иль женой любимой,
или его дочь умрет.

Там будут падать метеоры,
появляться иллюзии солнц,
не будет отбоя от вражеских армий,
и голод придется часто терпеть.
Умрет любимый министр
и любимый слон того [царя],
а затем умрут
и любимые верблюдицы.
[Его подданные] будут друг у друга
отнимать дома, имущество, богатства,
а также убивать друг друга
оружием в каждом краю.

Конфликты, распри и волнения
охватят земли все в том царстве,
и появятся в нем злые духи
и страшные болезни.
Затем там почитаемые [люди]
утратят веру в Дхарму;
свита [царя] и министры
также станут неверующими.
Потом там начнут почитать
безнравственных людей,
а следующие Дхарме
будут постоянно притесняться.
Вследствие почитания негодяев
и притеснения духовных личностей
там начнется суматоха трех «стихий»:
воды, звезд и ветра.

Из-за благосклонности к безнравственным
там пропадут три вещи:
сущность «вкуса» святой Дхармы – ее «блеск»,
здоровье существ и соки земли.
Оттого, что беспутные там будут почитаться,
а благородные люди унижаться,
[царство] будут изводить три [беды]:
смерть, удары молний и голод.
Затем там исчезнут
вкус и хороший вид плодов и зерна;
в краях [той страны]
появится много больных.

Плоды в тех краях,
[прежде] большие и сладкие,
станут горькими, острого вкуса
и маленькими.
Игры, веселье и радости,
и прежде приятные вещи
станут неприятными, безрадостными
и погрязнут в суматохе сотен омрачений.
У зерен и плодов
пропадет питательный сок,
поэтому они не будут питать
тело, его элементы и органы чувств.
Существа станут плохо выглядеть,
сильно ослабнут и похудеют.
Хотя они будут есть много пищи,
но насытиться не смогут.
Затем они утратят
силы и усердие,
и в тех краях
появится [много] ленивых.
Существа станут много болеть,
мучиться от разных болезней.
Из-за влияния разных демонов-ракшасов
появятся [зловещие сочетания] планет и созвездий.
Поддерживая сторону неблагочестивых,
царь отходит от Дхармы, и тем самим
становится [причастным] к разрушению
Трех Сфер в Мандале Трикосмия.

Когда царь, будучи пристрастным,
пренебрегает злодеяниями [в своем царстве],
то множество таких зол
появляется в его владениях.
Царь не исполняет
обязанностей, для которых
его благословили владыки богов,
если он не обращает внимания на злодеяния.
Творя добро, живые существа
перерождаются богами в небесных сферах,
а совершая зло, они рождаются претами,
в Аду или животными.

Если царь пренебрегает злом,
совершаемым в его владениях,
то из-за этого проступка он утрачивает
[возможность возвратиться] в сферу Тридцати трех богов.
Если он не царствует [как следует],
то не является и [достойным] «сыном»:
он виновен перед [своими]
«отцами» – царями богов.
Когда страна разрушается
страшным беззаконием,
то [ведь] владыки богов
и благословили людского царя,
чтобы он подавлял злодеяния,
приобщал людей к добру,
чтобы дал им изведать в этой жизни
плоды [их деяний; для этого] есть царь.
Тот называется «царем», кто действует так,
чтобы показать [воочию] разные плоды,
созревающие от
хороших и дурных деяний.

Он благословлен богами
для блага его же и других,
а также ради блага Дхармы в его стране,
и радуются боги,
[когда он это благо исполняет].
Чтобы укротить злодеев и обманщиков
в своих владениях, а также
для блага Дхармы в своей стране,
он должен быть готов пожертвовать
жизнью и царской властью.
Нет страшнее опасности
для его страны,
чем терпимость к беззаконию
и сознательное пренебрежение им.

Если в случаях беспутности
бессовестные не наказываются,
то впредь в стране появляется
много страшных зол.
И царство разрушается,
как водоем слонами; также
сердятся небесные владыки
и рушатся обители богов.
В той стране все вещи
становятся негодными. Поэтому
[царь] должен усмирять злодеев
в соответствии с их преступленьями.
Должен царство защищать согласно с Дхармой,
не совершать безнравственных поступков
и не быть пристрастным, даже если
для этого придется жизнь отдать.

Царь должен беспристрастным быть
к сородичам своим и прочим людям –
ко всем жителям своей страны,
иначе несомненно он в предвзятости погрязнет.
Слава царя, следующего Дхарме,
охватывает три мира,
и в сфере Тридцати трех
радуются владыки богов:
«Вот это наш сын, благочестивый царь,
[царствует] в Джамбудвипе!

Он управляет страной согласно Дхарме
и приобщает людей к добру.
Через посредство их добрых деяний
этот царь «посылает» людей сюда
и заполняет небесную обитель
богами и детьми богов».
Когда он управляет страной согласно Дхарме,
цари [богов] ликуют;
с великой радостью небесные владыки
стерегут того царя людей;
солнце и луна, а также звезды
движутся благоприятно;
и ветры дуют вовремя,
и своевременно идут дожди;
небесным сферам и стране [людской]
каждый год приносит изобилие;
богами и детьми богов
заполняются небесные обители.
Поэтому царю уж лучше
жертвовать своею жизнью дорогой,
нежели оставить драгоценность – Дхарму,
благодаря которой может быть даровано
счастье миру;
ему следует достойным образом общаться
с теми, кто украшен [всевозможными]
достоинствами; постоянно радуя людей
и избегая зла всегда, ему
нужно Дхармой защищать свою страну
и Дхарме истинно учить;
приобщать существ к добру
и отвращать от злодеяний.

Когда он справедливо
злодеев усмиряет,
то царство благоденствует, и царь
сияет блеском славы.
Славу ж обретя, легко он
защищает подданных своих.

Такова двенадцатая глава – наставление царям «Обязательства перед владыками богов» – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
О СУСАМБХАВЕ

– Когда я был царем вселенским (чакраварти-раджей), я отказался от всей Земли вместе с океанами и прошлым Буддам-Победителям поднес четыре континента, заполненные драгоценностями. И нет таких вещей любимых и приятных, от которых в прошлом я не отказался, стремясь усердно к Дхармакае (Телу Истины); я даже жизнью жертвовал для этого многие Эпохи.

Бесчисленные кальпы тому назад, после ухода Сугаты Ратнашикхина в блаженство нирваны, [во времена распространения] его Учения, появился царь, по имени Сусамбхава («Во Благе Рожденный»).

Владенья чакравартина сего – владыки четырех континентов простирались до побережья океана. Однажды тот прекрасный царь спал во дворце своем «Глас Победителей-владык». Во сне он слушал [речь] о достоинствах Будды, видя проповедника Ратноччаю («Собирателя драгоценностей»), который, блистая на солнечном диске, проповедовал эту владычицу сутр. Когда царь пробудился ото сна, он ощущал блаженство во всем теле и, выйдя радостно из своего дворца, пришел к местопребыванию прекрасной Сангхи слушателей (шравак). Почести воздав Слушателям Победителя, он всех спросил о проповеднике Ратноччае: – Где в этой святой Сангхе можно найти достойного монаха Ратноччаю? В это время Ратноччая сидел счастливый в некой пещере, размышляя об этой царице сутр и читая её вслух.

Тогда они (шраваки) указали царю пещеру ту, в которой и сидел монах-проповедник Дхармы Ратноччая, блистая счастьем, славой и величием. Здесь монах-проповедник Ратноччая поддерживал глубокое поле активности Победителей: постоянно проповедовал «Священную сутру золотистого света», царицу сутр. Поклонившись Ратноччае в ноги, царь Сусамбхава рёк: – Прошу тебя, чье лицо подобно полной луне, изложить мне «Священную сутру золотистого света», царицу сутр.

Ратноччая согласился исполнить просьбу царя Сусамбхавы, и возликовали все боги во всех мирах Трикосмия. Тогда людской владыка окропил драгоценной благовонной водой прекрасное, чистое место, рассыпал там цветы и приготовил трон. Затем царь изящно украсил его зонтами, стягами победы и тысячами шелковых лент, а также посыпал этот трон разными [порошками] прекрасного сандала. Боги, наги, асуры и киннары, владыки якшей, гаруды и махораги послали на тот трон дождь цветков небесного [же древа] мандаравы.

Непостижимые мириады жаждущих Дхармы богов, собравшись, обсыпали вышедшего [из пещеры] Ратноччаю цветками [дерева] шореи мощной (сал). Проповедник Ратноччая, омыв свое тело и чисто одевшись, подошел к трону [Дхармы], сложил ладони и поклонился.

Владыки богов, боги и богини, пребывая в небе, пролили дождь цветков мандаравы и заиграли в бесчисленные сотни тысяч инструментов. Монах-проповедник Ратноччая, помня о непостижимых миллиардах Будд десяти сторон [света], взошел на [трон Дхармы] и уселся. Пробудив в себе любовь ко всем существам и породив сострадательные мысли, он изложил эту сутру царю Сусамбхаве.

Царь, стоявший со сложенными ладонями, испустил вместе [со всеми] возглас радости; слезы струились у него из глаз силой Дхармы, и тело было охвачено восторгом. Чтобы почтить эту сутру, царь Сусамбхава взял тогда драгоценный камень исполнения желаний – владыку драгоценностей и, ради блага [всех] существ, произнес такое пожелание: – Пусть сейчас прольется в Джамбудвипе дождь украшений семи видов и больших богатств; да принесут они жителям сей Джамбудвипы счастье! И тогда посыпались на четыре континента семь видов драгоценностей, браслеты, ожерелья и прекрасные серьги, а также пища, питье и одежда. Увидев дождь драгоценностей, пролившийся в Джамбудвипе, царь Сусамбхава поднес четыре континента, заполненные драгоценностями, Учению Ратнашикхина.

Это я, Татхагата Шакьямуни, был царем, по имени Сусамбхава. Я отказался тогда от этой земли – четырех континентов, заполненных драгоценностями. А тот монах-проповедник Дхармы Ратноччая, который тогда изложил эту сутру царю Сусамбхаве, стал Татхагатой Акшобхьей.

Благодаря тому, что я в то время слушал эту сутру и возглас радости со всеми испустил, – благодаря тому хорошему деянью и восторгу, что ощущал от слушания Дхармы, я постоянно обретал тело золотистое, [украшенное] знаками сотен заслуг, красивое, весьма приятное для глаз, вызывающее радость у миллиардов богов и радующее взгляд людей; девяносто девять триллионов кальп я становился чакраварти-раджей и многие сотни тысяч кальп пребывал царем [одной] страны.

Непостижимое [множество] эпох я становился Шакрой, а также владыкой Брахмой, исполняющим желания. Я порадовал несметных [Обладателей] Десяти Сил, число которых неизмеримо. Безмерно множество заслуг, которые стяжал я, эту сутру слушая и радуясь; желание мое исполнилось: достиг я Пробуждения и Дхармакаю – Тело Истины обрел.

Такова тринадцатая глава – о Сусамбхаве – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
О ЗАЩИТЕ:
«ОБИТЕЛЬ ЯКШЕЙ»

– Славная богиня [Шри], те верующие сыны или дочери благородной семьи, которые желают совершить великое, пространное, неохватное мыслью подношение всевозможных благ прошлым, будущим и настоящим Буддам-Бхагаванам и хотят познать глубокое поле активности прошлых, будущих и настоящих Будд-Бхагаванов, несомненно должны сосредоточенно, внимательно слушать эту «Священную сутру золотистого света», царицу сутр, в том монастыре или уединенном месте, где она подробно, правильно проповедуется.

Затем Бхагаван, желая подробнее раскрыть кругу [слушателей] смысл сказанного, произнес стихи:

– Кто желает Буддам всем
оказать непостижимое почтение
и глубокое поле активности
всех Будд познать,
тот пусть приходит в монастырь иль дом –
в место то, где проповедуется эта
«Священная сутра
золотистого света».
Непостижима эта сутра –
бескрайний океан достоинств!
Она спасает всех существ
из множества морей страданий.
[Я] вижу начало, середину
и конец этой сутры:
сия владычица сутр весьма глубока,
несравнима ни с чем!

Ни в Ганге, ни в земле,
ни в океане, ни в пространстве
содержащиеся пылинки
не могут служить примером
[его безмерности].
Тогда [тот человек] пусть входит
в Сферу Реальности – Дхармадхату,
где стоит ступа сущности Дхармы,
очень глубокая и твердая.
В центре этой ступы он увидит
Победителя Шакьямуни,
приятным голосом
проповедующего эту сутру.

Впоследствии он бесчисленные,
непостижимые миллионы кальп
будет испытывать удовольствия
богов и людей.
И тогда он, слушавший эту сутру,
будет знать: «Вот какое бесконечное число заслуг
я таким образом обрел».
Кто способен слушать эту сутру,
проходя [ради этого даже] сто йоджан
[по земле], полной огненных ям,
и терпя сильную боль,
тот избавится от всех зол,
как только возвратится
в [свой] монастырь или дом, –
пропадут все его дурные сны и знаки;
как только он войдет туда,
от него отстранятся
все дурные влияния планет и звезд,
враги и злые духи.

Ему следует приготовить там сидение,
подобное лотосу,
который показывают во сне
цари наг.
Пусть он, сев на это сидение,
проповедует эту сутру [другим],
читает записи [о ней]
и тщательно [в нее] вникает.
Тогда – даже когда он,
встав со своего сидения,
уйдет в другое место,
на том сидении будут видны
чудесные явления.
Иногда там появится
облик проповедника Дхармы,
иногда – облик Будды,
а иногда – бодхисаттвы.

Иногда на том сидении будут видеть
образ Самантабхадры
или Манджушри,
о иногда – образ Майтреи.
Иногда там вспыхнет лишь сияние,
а иногда видение богов
появится там на мгновение,
затем исчезнет.
Будды, видя, будут хвалить [такого человека]
и способствовать [ему] во всем;
[так что он будет собирать] обильные [урожаи] зерна
и [иметь] совершенное счастье.
[А те] знаки (видения) – проявления Будд.
[Они] будут даровать [ему] победы, благополучие и славу,
отвращать [от него] противников,
производить разгром иноземных вражеских войск,
помогать разбивать врагов в бою,
будут унимать все [его] дурные сны,
все зло уничтожать,
подавлять все грехи
и приводить к победе на поле боя.
Во всей Джамбудвипе
распространится [его] слава,
и всем [его] врагам
придет конец.

[Он] будет всегда побеждать врагов,
отходить от всякого зла;
победивший во всех битвах,
свободный от врагов, [он] будет испытывать
высшую радость.
Владыка Брахма, владыка тридцати трех
[богов Индра],
а также стражи мира,
владыка якшей Ваджрапани,
победоносный вождь Самджняя,
владыки наг Анаватапта
и Сагара,
владыки киннар, владыки асур,
а также владыки гаруд
и прочие,
и все боги
постоянно почитают
беспредельную ступу Дхармы.
Они будут весьма рады видеть
достойных почтения существ;
все высшие владыки богов
будут думать так,
и все боги будут
говорить друг другу:

«Посмотри на всех этих [существ],
накопивших [много] заслуг,
[обретших] славу и величие!
Сюда пришли люди,
укоренившие [много] добродетелей;
они здесь собрались слушать
эту глубокую сутру;
они почитают ступу Дхармы
с непостижимой верой,
проявляют сострадание к миру,
помогают существам.
Они – сосуды для нектара
глубоких учений, святой Дхармы;
они проникают в Сферу Реальности,
поэтому [их ум] весьма проникновенен.
Те, кто слушает эту совершенно благую
«Священную сутру золотистого света»,
в прошлом почитали
сотни тысяч Будд.

Благодаря сим «корням» добродетели
они и слушают эту сутру.»
Все те цари богов
и Сарасвати,
а также Шри и Вайшравана,
четыре махараджи
и сотни тысяч якшей,
мощных, обладающих магическими силами,
будут бдительно охранять тех [людей]
со всех четырех сторон.
Индра, Сома, Яма,
Ваю и Варуна,
Сканда, Вишну, Сарасвати,
Хуташана и Праджапати –
все эти могучие и мужественные
стражи мира будут
денно и нощно, все время
их охранять.

Два могущественных владыки якшей,
Нараяна и Махешвара,
Самджняя и прочие,
а также двадцать восемь [генералов]
с сотнями тысяч якшей,
мощных, обладающих магическими силами,
будут их стеречь
от всех опасностей и страхов.
Владыка якшей Ваджрапани
с пятьюстами подданных
и все бодхисаттвы
также будут их охранять.
Владыка якшей Манибхадра,
а также Пурнабхадра,
Кумбхира, Атавака,
Пингала и Капила,
каждый владыка якшей
с пятьюстами подданных
будут охранять
тех, кто слушает эту сутру.
Гандхарва Читрасена,
вождь победителей Джинашабха,
Маникантха, Никантха,
и Варшадхипати,
Махаграса, Махакала,
а также Суварнакеша,
Панчика, Чагалапада
и Махабхага,
Праналин, Дхармапала,
Марката, Вали,
Сучирома, Сурьямитра
и Ратнакеша,
Махапраналин, Накула,
Камашрештха, Чандана,
Нагаяна и Хаймавата,
а также Сатагири –
все эти могучие и мужественные [гандхарвы],
обладающие магическими силами,
будут охранять тех,
кому дорога эта сутра.
Владыки наг Анаватапта
и Сагара,
Елапатра, Мучилинда,
Нанда и Упананда
с сотнями тысяч наг,
мощных, обладающих
магическими силами,
будут их стеречь
от всех опасностей и страхов.
Бали, Раху, Намучи,
Вемачитра, Самвара,
Прахлада, Кхараскандха
и прочие владыки асур
с сотнями тысяч подданных,
мощных, обладающих
магическими силами,
будут тех [людей] остерегать
от любых опасностей и страхов.
Прародительница духов-бхут Харити
с пятьюстами сыновей
будут охранять их и в сидячем,
и лежачем положениях,
и в состоянии опьянения.
Чанда, Чандалика,
а также якшини Чандика,
Кунти и Катаданти –
все эти грабительницы здоровья существ,
могучие и мужественные,
обладающие магическими силами,
будут охранять тех [людей]
со [всех] четырех сторон.
Сарасвати с непостижимым множеством
[сопровождающих] богинь,
а также Шри со всеми
[сопровождающими ее] богинями,
богиня земли,
боги урожаев, плодов и лесов,
[боги], живущие в парках,
деревьях и ступах, и боги ветров –
все эти боги
с радостью великой
будут охранять тех,
кому дорога эта сутра.
Они одарят тех существ
долголетием, крепким здоровьем и силой,
будут постоянно украшать их совершенными
славой, добродетелями и величием,
уймут все дурное
влияние планет и звезд,
устранят всякий упадок,
все пороки и дурные сны.
Также таинственная и могучая
богиня земли
будет удовлетворена «вкусом» этой
«Священной сутры золотистого света»,
царицы сутр,
[и] увеличатся
соки 6800000 йоджан земли
вплоть до алмазного основания.
Земля пропитается соками
вниз на всю сотню йоджан,
а [их остаток], возвратившись,
увлажнит поверхность земли.

Силой слушания этой сутры
все боги тоже насладятся «вкусом»
«Священной сутры золотистого света»,
царицы сутр.
Они обретут яркий блеск,
а также великую силу, блаженство
и будут удовлетворены.
Во всей этой Джамбудвипе
боги плодов, урожаев и лесов
насытятся разными вкусами
и будут весьма довольны.
Насладившись «вкусом» этой сутры,
они будут всеми силами способствовать
росту плодов, урожаев,
разных цветов
и разных плодовых деревьев.
Все плодовые деревья,
парки и леса
расцветут прекрасно и будут
распространять разные ароматы.
Все травы и деревья на земле
станут расти
с разными цветками
и разными плодами.
Во всей этой Джамбудвипе
непостижимое множество дочерей наг,
с великой радостью
приблизившись к прудам,
посадят во всех прудах
водяные лилии, [синие] лотосы,
меконопсисы, а также
разные [виды] белых лотосов.
Небо станет чистым, не окутанным
дымом и сетями облаков;
горизонты совершенно прояснятся,
избавившись от тьмы и пыли.
И солнце радостно взойдет,
тысячью лучей блистая,
украсившись лучистой сеткой,
и свет глубокий излучая.

Владыка Солнце, сын богов,
живущий во дворце, [построенном]
из золота [реки] Джамбу,
весьма доволен будет этой сутрой.
Владыка Солнце с радостью великой
взойдет над Джамбудвипой,
весь светясь, блистая
мириадами лучей.
Как только он, взойдя, пошлет [на мир]
бесчисленные сети света, – лотосы,
что заполняют разные пруды,
раскроют лепестки свои.
Во всем материке Джамбу
станут созревать прекрасно
плоды, расти цветы и травы
целебные, и будет
всей земле доставлено
удовлетворение.

Тогда луна и солнце превосходно
всё будут освещать, и звезды
появятся благоприятные,
и будут вовремя дуть ветры.
Во всей Джамбудвипе
годы будут урожайны,
особенно же – в той стране,
где пребудет эта сутра.

Такова четырнадцатая глава – о защите, так называемая «Обитель якшей» – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
ПРЕДРЕЧЕНИЕ ДЛЯ ДЕСЯТИ ТЫСЯЧ СЫНОВЕЙ БОГОВ

После таких слов Бхагавана обратилась к нему благородная богиня Бодхисаттвасамуччая:

– Досточтимый Бхагаван, по какой причине, по какому поводу, благодаря каким корням добродетели и накопленным деяниям, услышав предречение о Пробуждении трех великих людей, из [небесной] сферы Тридцати трёх прибыли сюда десять тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе, чтобы послушать Дхарму Бхагавана? [А предречение было] таково:

«Этот бодхисаттва, великий человек Ручиракету в будущем, по прошествии бесчисленных, бессчетных мириад кальп, достигнет высшего, истинно совершенного Пробуждения в сфере вселенной Суварнапрабхасита (Золотистое Сияние) – появится в мире как Татхагата, Архат, Истинно Совершенный Будда, обладатель знания и нравственности, пришедший к счастью, знаток мира, главный укротитель существ, учитель богов и людей, пробужденный победоносец Суварнаратнакараччхатракута (Источник Золотых Драгоценностей – Навершье Зонтов). Когда, после ухода Татхагаты, Архата, Истинно Совершенного Будды Суварнаратнакараччхатракуты в нирвану, его Святая Дхарма придет в упадок, когда его Учение совершенно исчезнет, вслед за сим Татхагатой этот юноша Рупьякету [достигнет Пробуждения] в сфере вселенной Вираджадхваджа (Незапятнанный Стяг Победы) – появится в мире как Татхагата, Архат, Истинно Совершенный Будда Суварнаджамбудхваджаканчанабха (Золотой Стяг Победы Джамбу, Сияющий Золотом). А когда, после ухода Татхагаты, Архата, Истинно Совершенного Будды Суварнаджамбудхваджаканчанабхи, его Учение совершенно исчезнет, вслед за сим Татхагатой этот юноша Рупьяпрабха достигнет высшего, истинно совершенного Пробуждения в той самой сфере вселенной Вираджадхваджа – появится в мире как Татхагата, Архат, Истинно Совершенный Будда, обладатель знания и нравственности, пришедший к счастью, знаток мира, главный укротитель существ, учитель богов и людей, пробужденный победоносец Суварнашатарашмипрабхасагарбха (Сердце Блеска Сотен Золотистых Лучей).»

Так предрек Бхагаван о высшем, истинно совершенном Пробуждении тех [людей].

Но, досточтимый Бхагаван, эти десять тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе не совершали до сих пор великих деяний бодхисаттв. Не слышано о том, что раньше они практиковали шесть парамит. Никто не говорил, что они когда-либо отдавали другим свои руки, ноги, глаза, голову, любимых сыновей, жен и дочерей. Не было слухов о том, что они отдавали свое богатство, зерно, раковины каури, золото, драгоценные камни, жемчуг, берилл, морские раковины, хрусталь, кораллы, серебро, самородки и [прочие] драгоценности. Никто не слыхал, чтобы они раньше отдавали свою пищу, питье, средства передвижения, одежду, постельные принадлежности, дома, дворцы, парки, пруды и источники. Также не было разговоров о том, что они когда-либо дарили другим своих слонов, скот, лошадей, слуг и служанок. А ведь бесчисленные мириады бодхисаттв неисчислимое множество кальп до тех пор, пока не получают от Будд Бхагаванов предречение о своем [будущем] имени Татхагаты, совершают подношения разных неохватных мыслью даров и всевозможных вещей бесчисленным миллионам, миллиардам Татхагат. Они совершают даяние всех своих вещей. Отдают другим свои руки, ноги, глаза, голову, любимых сыновей, жен и дочерей. Дарят все свое богатство, зерно, раковины каури, золото, драгоценные камни, жемчуг, берилл, морские раковины, хрусталь, кораллы, серебро и самородки. Они отдают другим свои пищу, питье, колесницы, одежду, постельные принадлежности, сидения, дома, дворцы, парки, рощи, пруды, источники, своих слонов, скот, лошадей, слуг и служанок. И постепенно совершенствуют все шесть парамит. Усовершенствовав постепенно шесть парамит, они испытывают многие сотни тысяч видов счастья. Но, досточтимый Бхагаван, по какой причине, по какому поводу, благодаря каким корням добродетели прибыли сюда эти десять тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе, чтобы послушать Дхарму Бхагавана? Почему же Бхагаван [сейчас] предрек об их высшем, истинно совершенном Пробуждении: «В будущем, после бесчисленных мириад кальп, они один за другим достигнут высшего, истинно совершенного Пробуждения в сфере вселенной Салендрадхваджагравати (Стяг Победы Высокого Владыки [деревьев] Сал), в том самом племени, в том самом роду и с одинаковым именем: появятся в мире как десять тысяч Будд, по имени Прасаннаваданотпалагандхакута (Светлейшее Лицо – Средоточие Ароматов Меконопсиса), станут Обладателями Знания и Нравственности, Пришедшими к Счастью, Знатоками мира, Главными укротителями существ, Учителями богов и людей, Пробужденными Победоносцами.»?

Бхагаван ответил благородной богине Бодхисаттвасамуччае:

– Благородная богиня, имеются корни добродетели, есть на то причина, повод и накопленные [достойные] деяния у этих десяти тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе, что сейчас они прибыли сюда из [небесной] сферы Тридцать три послушать Дхарму. Благородная богиня, как только они услышали предречение о Пробуждении тех трех великих людей, у них зародилось великое почтение и радостная вера в эту «Священную сутру золотистого света», царицу сутр. Их ум стал совершенно чистым, как берилл без всякой примеси. Их ум стал глубоким и светлым, как безоблачное, бескрайнее небо. Они обрели бесчисленные заслуги. Благородная богиня, как только эти десять тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе услышали эту «Священную сутру золотистого света», царицу сутр, у них зародилась настолько великое почтение и вера в нее, и их ум стал таким бериллово-чистым, что они достигли уровня предречения. Благородная богиня, силой этих корней добродетели слушания Дхармы и прежнего пожелания эти десяти тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе достигли уровня, [позволившего им получить у меня] сейчас предречение о высшем, истинно совершенном Пробуждении.

Такова пятнадцатая глава – о предречении для десяти тысяч сыновей богов – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
ВЕЛИКОЕ ИЗЛЕЧЕНИЕ

Благородная богиня, в давние времена, неисчислимые, бессчетные, непостижимые, неизмеримые кальпы тому назад появился в мире Татхагата, Архат, Истинно Совершенный Будда, Обладатель Знания и Нравственности, Пришедший к Счастью, Знаток мира, Главный укротитель существ, Учитель богов и людей, Пробужденный Победоносец, по имени Ратнашикхин (С Драгоценным Пучком Волос). Благородная богиня, в то время после ухода Татхагаты, Архата, Истинно Совершенного Будды Ратнашикхина в нирвану, когда святая Дхарма пришла в упадок и существовало лишь ее подобие, жил царь, по имени Сурешварапрабха (Свет Владыки Богов). Этот благочестивый дхармараджа царствовал в согласии с Дхармой, а не с беззаконием. Всем существам, живущим в его царстве, он был как отец и мать.

В то время, благородная богиня, в стране царя Сурешварапрабхи жил купец Джатимдхара (Кудрявый) – медик, врач, прекрасный знаток элементов34, сведущий в восьми разделах медицинской науки. О, благородная богиня, купец Джатимдхара имел сына, по имени Джалавахана (Несущий воду): хорошо сложенного, красивого, миловидного, с удивительно прекрасным цветом лица; сведущего в разных трактатах, знатока всех трактатов, искусного каллиграфа, математика, хироманта и астролога. Благородная богиня, то было время, когда в стране царя Сурешварапрабхи многие сотни тысяч существ болели разными болезнями. Мучимые ими [существа] испытывали сильную, острую, страшную, невыносимую боль. Тогда, благородная богиня, у купеческого сына Джалаваханы зародилось великое сострадание к тем многим сотням тысяч живых существ, охваченных и мучимых разными болезнями. Он подумал: «Эти многие сотни тысяч существ, охваченные и мучимые разными болезнями, испытывают сильную, острую, страшную, невыносимую боль. А мой отец купец Джатимдхара – медик, врач, прекрасный знаток элементов [тела], сведущий в восьми разделах медицинской науки, состарился, стал немощным, пришел к концу пути [жизни], достиг преклонного возраста, опирается на палку и трясется. Он не может ходить по деревням, городам, поселкам, областям, странам и дворцам... Поэтому, ради полного излечения тех многих сотен тысяч существ, охваченных и мучимых разными болезнями, я пойду к отцу Джатимдхаре и попрошу [передать мне] знания об элементах, связанных с болезнями. Став знатоком элементов, я буду ходить по деревням, городам, областям, странам, дворцам и излечу те многие сотни тысяч существ, охваченных и мучимых разными болезнями.»

Вот, благородная богиня, купецкий сын Джалавахана и пошел к отцу Джатимдхаре, а придя, поклонился ему в ноги, соединил почтительно ладони и стал в стороне. Затем купецкий сын Джалавахана начал задавать стихами вопросы своему отцу Джатимдхаре, чтобы познать элементы:

– Что происходит с чувствами
и как изменяются элементы?
Когда у обладателей тел
возникают болезни?
Как сохраняется здоровье
у поглощающих пищу вовремя и не вовремя?
В каком случае не наносится вред
внутреннему «огню» тела?
Как производится лечение,
позволяющее устранить болезни,
возникшие от ветра, желчи
или слизи и от их смешения?
Когда происходит вредное
для [здоровья] человека
расстройство ветра,
когда – расстройство желчи
и когда – расстройство слизи?
Тогда купец Джатимдхара изложил стихами своему сыну Джалавахане то, что следует
знать об элементах [тела]:
– Известно, что три месяца [длится] лето,
три месяца – осень,
три – зима и три – весна.
Эта череда месяцев [подразделяется]
на шесть периодов.

Год считается [состоящим]
из двенадцати месяцев.
По три [месяца] приходятся временам года,
а два месяца составляют каждый период.
Соответственно происходит переваривание
пищи и питья,
соответственно излагаются и [знания,
относящиеся] к врачу, элементам и времени.
Чувственные способности и элементы [тела]
меняются в зависимости от времен и периодов года.
При изменении чувств [и элементов]
у обладателей тела возникают разные болезни.
В таком [случае] врач должен быть хорошо знаком
с делением [года] на четыре трехмесячных времена
и шесть периодов, а также с шестью элементами [тела].
С этим же [делением должно быть] согласовано
питание, питье [и принятие] лекарств.
Болезни из-за преобладания ветра возникают летом;
осенью происходит расстройство желчи;
зима –время смешанных [болезней];
болезни из-за преобладания слизи возникают весной.
Летом [для пищи и питья характерны] «маслянистый»,
«теплый», соленый и кислый вкусы;
осенью – сладкий, «маслянистый» и «прохладный»;
зимой – сладкий, «маслянистый» и кислый;
в весеннее время – «грубый», «теплый» и острый.
Слизь возобладает сразу после еды;
желчь – во время переваривания [пищи];
ветер – сразу после переваривания.
Таким образом нарушается равновесие трех элементов.
У кого [преобладает] ветер, того лечи «соками»35;
слабительным устраняй [излишек] желчи;
против смешанных [болезней используй средства],
обладающие троичным [противодействием];
в период [преобладания] слизи давай рвотное.
Нужно знать периоды преобладания ветра, желчи,
смешанного и слизи.
Лекарства, пища и питье
должны соответствовать времени, элементам
и [особенностям] тела [больного].

[Получив ответы] на подобные вопросы о подлежащих познанию элементах, купеческий сын Джалавахана постиг все восемь разделов медицинской науки. И тогда, благородная богиня, он стал странствовать по стране царя Сурешварапрабхи – по всем ее деревням, городам, областям, краям и дворцам, провозглашая о себе тем многим сотням тысяч существ, охваченных, мучимых разными болезнями: «Я врач, я врач», – и успокаивая их: «Я избавлю вас от всех болезней».

Благородная богиня, услышав такие слова купеческого сына Джалаваханы, все те многие сотни тысяч существ возликовали. Они успокоились, были охвачены непостижимой радостью, блаженством и обрели счастливое настроение духа. В это самое время многие сотни тысяч существ, охваченных, мучимых разными болезнями, избавились от них, излечились. Выздоровев, они восстановили свои прежние силы и усердие.

А тяжелые больные из множества сотен тысяч существ, которые были охвачены, мучимы разными болезнями, тогда же пришли все к купеческому сыну Джалавахане. Благодаря лечению, которое купеческий сын Джалавахана применил к тем многим сотням тысяч существ, охваченных, мучимых разными болезнями, все они избавились от всех болезней. Выздоровев, или [еще] немного болея, они восстановили свои прежние силы и усердие.

Итак, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана избавил от всех болезней все те многие сотни тысяч существ, которые в то время были охвачены и мучимы разными болезнями во всех деревнях, городах, селах, областях, краях и дворцах страны царя Сурешварапрабхи.

Такова шестнадцатая глава – о великом излечении – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

34 Здесь термин дхату (khams) подразумевает основные компоненты тела, которых насчитывается шесть или семь: питательный сок, кровь, мясо, жир, кости, костный мозг, сперма.

35 Т. е. питательными, укрепляющими средствами.

V – последний – раздел священной махаянской Сутры «Золотистого света», царицы сутр
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
ДЖАЛАВАХАНА ОБРАЩАЕТ [В ВЕРУ] РЫБ

Также, благородная богиня, когда все существа страны царя Сурешварапрабхи были полностью или почти излечены купеческим сыном Джалаваханой, их тело обрело свою прежнюю энергичность и силу. В царстве Сурешварапрабхи все существа стали радоваться, играть, веселиться, а также раздавать милостыню и совершать добродетели. И они славили купеческого сына Джалавахану: «Успехов купеческому сыну Джалавахане! Успехов! Очевидно, что этот царь врачей, излечивший всех существ, [является] бодхисаттвой! Он познал все восемь разделов медицинской науки!»

Благородная богиня, у Джалаваханы была жена, по имени Джаламбугарбха, которая родила ему два сына. Имя одного из них было Джаламбара, а другого – Джалагарбха. Благородная богиня, купеческий сын Джалавахана вместе со своими двумя сыновьями обходил деревни, города, села, области, края и дворцы...

Однажды, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана пришел в одну пустынную местность и увидел, что обитающие там плотоядные [дикие] собаки, волки, лисы, вороны и [прочие] птицы спешат к некому пруду, лежащему вдалеке. Он подумал: «Почему же плотоядные [дикие] собаки, волки и прочие мчатся туда? Пойду и я в том направлении, куда спешат эти собаки, волки, лисы, вороны и [прочие] птицы. И вот, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана пришел наконец к пруду в отдаленной местности.

В том большом пруду жили десять тысяч рыб. Увидев, что многие из них лишены воды, он почувствовал сильное сострадание. И увидел некую богиню, которая высунулась наполовину из дерева. Богиня сказала купеческому сыну Джалавахане:

– Прекрасно, благородный сын, прекрасно! Поскольку ты зовешься Джалаваханой (Несущим воду), снабди этих рыб водой. Имя Джалавахана дается тому, кто несет и дает воду. Поэтому поступай согласно своему имени. – Сколько рыб, богиня, здесь обитает? – спросил Джалавахана. Богиня ответила: – Целый десяток тысяч. Тогда еще большее сострадание охватило купеческого сына Джалавахану. Благородная богиня, к тому времени вода в том большом пруду, Находящемся в пустынной местности (Атависамбхаве), совсем иссякла – осталось ее лишь чуть-чуть. Десять тысяч рыб были близки к смерти и, лишившись воды, кувыркались [в жиже]. Тогда купеческий сын Джалавахана стал метаться в четыре стороны, а те десять тысяч рыб лишь смотрели с жалостным взглядом на него, когда он бежал в какую-либо сторону. Затем, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана, бегая во все четыре стороны, ища и не находя воды, неподалеку увидел группу больших деревьев. Влезая в те деревья, он нарезал ветвей и, принеся пруду, сделал из них прохладное укрытие для десятка тысяч рыб.

Потом купеческий сын Джалавахана стал искать источник воды, питавший тот пруд. Задаваясь вопросом: «Откуда же притекала вода?», – он быстро шел по [иссохшей] канаве... Действительно, благородная богиня, тот пруд некогда питала большая река Джалагама. Но в это время некое злое существо, возжелав тех десяти тысяч рыб, заставило ту реку течь в тамошнюю пропасть, чтобы вода перестала притекать к тем рыбам. Это увидев, [Джалавахана] подумал: «Даже тысяча человек не смогли бы вернуть эту реку в прежнее русло, а уж тем более я один», – и вернулся.

Затем, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана быстро, быстро пришел к царю Сурешварапрабхе, поклонился ему в ноги и, сев в стороне, оповестил: – Я прекратил болезни людей во всех подвластных Вашему Величеству деревнях, городах и селах. Но в некой местности есть пруд под названием Атависамбхава. Обитающие в нем десять тысяч рыб, лишившись воды, страдают от жаркого солнца. Прошу Вашего Величества дать мне двадцать слонов, чтобы я мог спасти жизнь и животным, как спас ее людям.

Царь Сурешварапрабха приказал министрам: – Дайте двадцать слонов этому великому царю врачей. Министры сказали: – Великий человек, иди в загон и выведи двадцать слонов. Пусть они послужат для блага и счастья существ! Затем, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана со своими сыновьями Джаламбарой и Джалагарбхой вывел из загона двадцать слонов, взял у их надсмотрщиков сто кожаных мешков и вернулся к большой реке Джалагаме. Наполнив мешки водой и загрузив их на спины слонов, они быстро, быстро пришли пруду Атависамбхаве. Сняв воду со слонов, они с четырех сторон заполнили пруд водой. Но когда купеческий сын Джалавахана обходил его, те десять тысяч рыб неотступно плыли около него. Тогда, благородная богиня, купеческий сын Джалавахана подумал: «Почему же эти десять тысяч рыб следуют за мной?» И ему пришла в голову мысль: «Наверное, их жжет мучительный огонь голода, и они просят у меня пищу. Накормлю их». Он сказал своему сыну Джаламбаре: – Сын, сядь верхом на самого быстрого из всех этих слонов и спеши домой. Примчавшись, скажи своему деду купцу: «Дед! Джалавахана велел быстро собрать всю пищу, приготовленную в этом доме для родителей, братьев, сестер, слуг, служанок и рабочих, и вручить [мне], Джаламбаре, сидящему на слоне».

Вот юноша Джаламбара сел на слона и быстро, быстро поскакал. Примчавшись домой, передал весть... Затем он навьючил на слона [мешки] со всей пищей, которую было велено собрать, и, сев верхом, помчался обратно к пруду Атависамбхаве... Джалавахана, увидев Джаламбару, очень обрадовался. Взяв у сына пищу и высыпав ее в пруд, он накормил те десять тысяч рыб. Тогда он подумал: «Однажды я слышал от монаха, [сидевшего] в уединении и читавшего [тексты] Великой Колесницы, что тот, кто перед смертью услышит имя Татхагаты Ратнашикхина, возродится в счастливой небесной сфере. Поэтому я изложу этим рыбам глубокий закон зависимого происхождения, а также провозглашу им имя Татхагаты, Архата, Истинно Совершеного Будды Ратнашикхина». В то время существа в Джамбудвипе придерживались двоякого воззрения. Одни из них верили в Великую Колесницу, а другие презирали ее.

Тогда купеческий сын Джалавахана, войдя до колен в воду пруда, торжественно произнес: – Склоняюсь пред Бхагаваном, Татхагатой, Архатом, Истинно Совершенным Буддой Ратнашикхином! Раньше, когда Татхагата Ратнашикхин совершал деяния бодхисаттвы, он изрек такое пожелание: «Кто бы в десяти сторонах [света] ни услышал, умирая, мое имя, тот после смерти пусть переродится в одного из богов в [раю] Тридцати трёх!» Затем купеческий сын Джалавахана стал проповедовать тем существам из удела животных такую Дхарму:

– Поскольку есть то, возникает это. Вследствие возникновения этого возникает то. Так от условия неведения возникают движущие силы; от условия движущих сил возникает сознание; от условия сознания – психо-физическое («имя-и-форма»); от условия психо- физического – шесть органов чувств; от условия шести органов чувств – контакт; от условия контакта – ощущение; от условия ощущения – жажда; от условия жажды – привязанность; от условия привязанности – становление; от условия становления – рождение; от условия рождения возникают старение-и-смерть, а также горе, рыдание, страдание, уныние и замешательство. Таким образом возникает это великое скопище страданий. С прекращением же неведения прекращаются движущие силы. И так далее... Таким образом прекращается это великое скопище страданий. Благородная богиня, после такой проповеди существам из удела животных купеческий сын Джалавахана со своими сыновьями Джаламбарой и Джалагарбхой вернулся домой.

Позже, когда купеческий сын Джалавахана спал на своей кровати, опьянев от вина после большого праздничного пира, появилось ясное знамение. Когда оно исчезло, те десять тысяч рыб умерли и переродились в небожителей [сферы] Тридцати трёх. Как только это случилось, они задумались: «Благодаря какому благому поступку мы переродились здесь, в раю Тридцать три?» И их осенила мысль: «Когда мы пребывали в уделе животных, будучи десятью тысячами рыб в Джамбудвипе, купеческий сын Джалавахана, удовлетворив нас множеством воды и прекрасной пищей, проповедал нам глубокое учение о зависимом происхождении и провозгласил имя Татхагаты, Архата, Истинно Совершенного Будды Ратнашикхина. Благодаря тому, что [услышали] эту благую Дхарму, мы и переродились здесь в богов. Поэтому нам следует пойти к купеческому сыну Джалавахане и воздать ему почести.» Затем те десять тысяч сыновей богов исчезли из небесной сферы Тридцати трёх и прибыли в дом купеческого сына Джалаваханы.

В это время Джалавахана спал на своей кровати... Те сыновья богов положили десять тысяч жемчужных ожерелий у его изголовья, по десять тысяч их положили у его ступней, у правого и левого боков. Они послали ливень цветков [небесного древа] мандаравы, которые [закрыли пол] вплоть до колен. Заиграли небесными цимбалами – так, что разбудили всех людей Джамбудвипы. Проснулся и купеческий сын Джалавахана. Тогда те десять тысяч сыновей богов взмыли к небу и, посылая дождь цветков мандаравы на разные места страны царя Сурешварапрабхи, прилетели к великому пруду Атависамбхаве. Высыпав на его «ливень» цветков мандаравы, они тут же исчезли и возвратились в обитель богов, где наслаждались пятью приятными объектами чувств, играли, веселились, радовались благополучию и счастью.

С восходом [солнца] в Джамбудвипе царь Сурешварапрабха, наблюдавший те [чудесные] знаки, спросил своих астрологов и главных министров: – Почему же прошлой ночью появлялись такие знамения? Они ответили: – К Вашему сведению, Божественный, в доме купеческого сына Джалаваханы пронесся ливень сорока тысяч жемчужных ожерелий и цветков мандаравы. – Позовите учтивыми словами купеческого сына Джалавахану, – велел царь министрам. Астрологи и главные министры, придя в дом купеческого сына Джалаваханы, сообщили ему: – Тебя зовет царь Сурешварапрабха. Когда купеческий сын Джалавахана с главными министрами пришел к царю Сурешварапрабхе, тот спросил: – Сын Джалавахана, знаешь ли ты, о чем вещали те знаки, появлявшиеся прошлой ночью? Купеческий сын Джалавахана ответил царю Сурешварапрабхе: – Знаю, Божественный. Наверняка, [они показывали], что те десять тысяч рыб умерли. – Откуда знаешь? – Ваше Величество, пусть Джаламбара пойдет к пруду и посмотрит – умерли они или нет. – Пусть, – согласился царь. Затем Джалавахана попросил своего сына Джаламбару: – Сын, иди и посмотри, умерли или нет те десять тысяч рыб в пруду Атависамбхаве. Вот, юноша Джаламбара быстро, быстро придя к тому пруду, увидел, что те десять тысяч рыб умерли и что там выпал ливень цветов мандаравы. Затем Джаламбара возвратился и сказал отцу: – Они умерли. Услышав эти слова сына, Джалавахана пришел к царю и оповестил его: – Божественный, извольте знать, что все те десять тысяч рыб скончались и возродились среди богов в [раю] Тридцати трёх. Благодаря им и мне вчера появлялись те благоприятные знаки, а также в моем доме пронесся ливень сорока тысяч жемчужных ожерелий и цветков мандаравы.

Царь был рад весьма и доволен. Затем Бхагаван сказал богине Бодхисаттвасамуччае: – Благородная богиня, если ты думаешь, что тогда царем Сурешварапрабхой был некто чужой, то так не думай. Почему же? В то время Дандапани [из рода] Шакьев был царем Сурешварапрабхой. Благородная богиня, если ты думаешь, что купцом Джатимдхарой тогда был некто чужой, то так не думай. Почему? В то время царь Шуддходана был купцом Джатимдхарой. Благородная богиня, если ты думаешь, что некто чужой был тогда купеческим сыном Джалаваханой, то не думай так. Почему же? Купеческим сыном Джалаваханой в то время был я. Если ты, благородная богиня, полагаешь, что его женой Джаламбугарбхой тогда была некая чужая [женщина], то так не думай. Почему? Именно Гопа, дочь [рода] Шакьев, в то время была Джаламбугарбхой – женой купеческого сына Джалаваханы. А Рахула в то время был его сыном Джаламбарой. Ананда же тогда был его сыном Джалагарбхой. Благородная богиня, если ты думаешь, что теми десятью тысячами рыб тогда были некие чужие [люди], то не думай так. Почему же? Именно эти десять тысяч сыновей богов с Джваланантаратеджораджей во главе были в то время десятью тысячами рыб, которых я удовлетворил водой и прекрасной пищей и которым проповедовал глубокий закон зависимого происхождения, а также провозгласил имя Татхагаты, Архата, Истинно Совершенного Будды Ратнашикхина. Благодаря той добродетели [слушания Дхармы] они пришли здесь ко мне и сейчас [от меня получили] предречение о высшем, истинно совершенном Пробуждении. Поскольку они с радостью, искренней верой, восторгом и почтением слушали Дхарму, то все также получили имя Предреченный. Благородная богиня, если ты полагаешь, что богиней дерева тогда была какая-то другая [богиня], то так не думай. Почему же? Именно ты, благородная богиня, была в то время богиней дерева. Благородная богиня, из этого рассказа ясно, что когда я вращался в сансаре, то [помогал] многим существам зреть для Пробуждения, и все они достигнут уровня предреченных для Пробуждения.

Такова семнадцатая глава «Священной сутры золотистого света», царицы сутр, – о том, как Джалавахана обратил [в веру] рыб.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
О ДАРЕ ТЕЛА ТИГРИЦЕ

Благородная богиня, ради блага других бодхисаттвы жертвуют даже своим телом. Как это? Блистая лучами сотен разных чистых и великих достоинств, освещающих Землю и небесные сферы, [обладающий] беспрепятственным осознанием, ясновидением и духовной мощью Бхагаван, окруженный тысячью монахов, странствуя по провинции Панчал, пришел в большой лес. Там он увидел поляну с мягкой, темно-зеленой травой, которую украшали разные пахучие цветы. И сказал Бхагаван почтенному Ананде: – Красиво здесь, Ананда... Благоприятное место для проповеди, поэтому приготовь для Татхагаты сидение.

Исполнив наказ Бхагавана, приготовив сиденье, [Ананда] произнес:
– Сиденье приготовлено. Прошу садиться,
о Бхагаван, владыка главный,
святой даритель людям высшего,
свободный от оков сансары, и пусть льется
ради излечения людей
из уст Твоих целительный нектар
учения, дарующий Свободу.

Сев на приготовленное для него сиденье, Бхагаван спросил монахов: – Хотите ли вы, монахи, увидеть мощи бодхисаттвы, исполнившего трудное дело? После такого вопроса монахи обратились к Бхагавану с просьбой:

– Святой мудрец, о, высший из людей, покажи их!
Время уж пришло
для нас увидеть мощи
того, кто был так терпелив, весьма усерден,
спокоен и смирен,
кто бдительностью и несметными
достоинствами обладал.

Тогда Бхагаван хлопнул по земле ладонью – помеченной знаком колеса с тысячью спиц – своей нежной руки, подобной распустившемуся свежему цветку лотоса. Как только хлопнул, земля задрожала семью способами, и из нее появилась ступа, изготовленная из драгоценных камней, золота и серебра. Затем Бхагаван велел почтенному Ананде: – Ананда, открой эту ступу.

Когда почтенный Ананда, послушавшись Бхагавана, открыл ступу, то увидел золотые урны, сплошь покрытые инкрустированными драгоценными камнями и жемчугами. Увидев их, он сказал Бхагавану: – Здесь некие золотые урны. – Открой все семь урн, – велел Бхагаван. Открыв их всех, [Ананда] увидел кости, цвет которых напоминал снег и [белую] водяную лилию, и сказал: – Бхагаван, здесь кости. – Неси сюда, Ананда, эти мощи великого человека, – велел Бхагаван.

Вынув мощи, почтенный Ананда поднес их Будде Бхагавану. Бхагаван их взял и, показывая Общине, сказал: – Эти кости – того, кто имел множество высших достоинств и прекрасный ум; он был воздержан и усерден в созерцании, смиренен и обладал великой славой; он постоянно и всё больше помышлял о Пробуждении, обладал устойчивым энтузиазмом и стремлением, и все время с радостью практиковал даяние. Затем Бхагаван воззвал к монахам:

– Монахи, поклонитесь мощам Бодхисаттвы, пропитанным запахом нравственности и достоинств; их чрезвычайно трудно увидеть и они являются полем [собрания] духовных заслуг. Монахи сложили почтительно ладони и с порывом души поклонились мощам. Тогда Ананда, сложив ладони, спросил Бхагавана: – Бхагаван-Татхагата возвысился над всем миром, и Его почитают все существа. Почему же Татхагата почитает эти кости? Бхагаван ответил почтенному Ананде: – Ананда, эти же кости [помогли] мне скоро достичь высшего, истинно совершенного Пробуждения. В давние времена, Ананда, жил царь, по имени Махаратха, обладавший множеством колесниц, великой властью и могуществом, перед которым не были способны устоять никакие враги. Он имел трех сыновей, подобных божественным принцам: Махапранаду, Махадеву и Махасаттву.

Однажды царь прибыл в рощу, чтобы развлечься... Молодые царевичи, бегая туда- сюда, радуясь красотами рощи и желая найти цветов, очутились в большом, густом Лесу двенадцати массивов (Двадашаванагулма). Когда сыновья царя удалились [от отца], то отпустили слуг восвояси. И вот [они одни] вошли в Двадашаванагулму, в большую рощу [того леса] – Отовсюду защищенную. Тогда Махапранада сказал своим братьям: – Мое сердце сжимается от страха. Здесь нас могут растерзать хищники. Идите сюда! – Я не чувствую страха. Лишь скучаю по близким, всё думаю о них, – ответил Махадева.

А Махасаттва произнес:
– В этом лесу удаленном, стяжавшем
у отшельников славу,
не чувствую страха и грусти;
при мысли, что здесь я найду
великое, высшее благо,
восторгается сердце мое.

Затем молодые царевичи, блуждая в том лесу Двадашаванагулме, увидели тигрицу, которую окружали рожденные ею пять детенышей недельного возраста. Она изнемогала, совершенно ослабела от голода и жажды. Увидев ее, Махапранада сказал: – Ох, эта бедняжка шесть или семь дней тому назад принесла детенышей. Если она сейчас же не найдет пищу, то съест свое потомство или подохнет с голоду. – Какая пища подошла бы для этой бедняжки? – спросил Махасаттва. – Говорят, что тигры, медведи и львы питаются свежим мясом и теплой кровью, – ответил Махапранада.

Махадева сказал: – Тело этой бедняжки изнемогло от голода и жажды... Жизнь едва теплится в ней. Она совсем ослабела и неспособна искать пищу и питье. Кто решился бы пожертвовать собой ради спасения ее жизни? – Эх, трудно пожертвовать своей жизнью, – заметил Махапранада. Махасаттва уточнил: – Это совершить трудно для таких, как мы, малоразумных и привязанных к жизни и телу. Но нетрудно для благородных людей, посвятивших свою жизнь другим, усердствующих для их блага. К тому же:

Любовью, состраданием движимые
святые существа,
обретая в небесах и на Земле тела,
сотней способов и беспрестанно трудятся
с радостью во имя жизни остальных.

Молодым царевичам стало очень грустно. Проводили они тигрицу долгим взглядом немигающих глаз и удалились. Но Махасаттва задумался: «Настало для меня время пожертвовать собой. Почему? Это нечистое тело, которому свойственно разложение и которого ждет жалкий конец распада, я долго пестовал дорогими пищей, питьем, постелями и колесницами. Но всё впустую – оно так и не избавилось от своей природы. И пользы нет от него, поскольку оно полно нечистот. Использую-ка я его для хорошего дела! Так оно послужит мне кораблем, переплавляющим через океан рождений и смертей. К тому же: Это тело не содержит сути, подобно пене,
кишит микробами и тратится впустую.
Оно – словно плод сотен существований;
полно мочи и кала. Им пожертвовав,
я Дхармакаи – Тела Истины достигну:
оно не знает горя, неизменно,
неразрушимо, чисто, полно сотен таких достоинств,
как медитация, и свободно от недостатков.»

Приняв сердцем, охваченным великим состраданием, такое мужественное решение, он отпустил своих двух [братьев]: – Вы оба идите, а у меня еще есть дело в лесу Двадашаванагулме. Вот юный царевич Махасаттва вернулся в то место, где [лежала] тигрица, повесил свою одежду на ветвь дерева и произнес такое пожелание:

Я, желая достичь ради блага существ
Пробуждения спокойного и несравненного,
движимый непоколебимым состраданьем, совершаю дар
тела, для других такой трудный.
Пусть я достигну беспорочного, бесценного
Пробуждения, к которому стремятся Дети Победителей!
Пусть я освобожу три мира из ужасного
океана обусловленного бытия.

И вот Махасаттва лег перед тигрицей. Но тигрица не трогала его, сострадательного Бодхисаттву. Тогда Бодхисаттва, подумав: «Увы, она слишком слаба...», – встал и, исполненный сострадания, начал искать нож. Не найдя его, он взял твердую столетнюю ветвь бамбука и, перерезав ею себе горло, упал у пасти тигрицы. Как только Бодхисаттва упал, земля затряслась шестью способами – словно корабль, швыряемый ветром посреди океана. Солнце совсем поблекло – будто схваченное Раху. И пролился дождь цветов вперемешку с небесным благовонием и ароматным порошком. А некое божество, охваченное изумлением, вознесло хвалу Бодхисаттве:

– Сострадание Твое, о мудрый, охватило всех существ, и Ты, людской герой, здесь с радостью приносишь в жертву свое тело; такой спокойный, чистый, Ты достигнешь незадолго, без усилий состоянья высшего покоя, свободного от смерти и рождения. Тогда тигрица, нализавшись крови, текущей из тела Бодхисаттвы, в одно мгновение [проглотила] его мясо и кровь, оставив лишь кости...

Махапранада, озадаченный землетрясением, сказал Махадеве: – Вот земля со всеми морями трясется во всех сторонах вплоть до Океана... И солнце потускнело, и с неба падают цветы. Моя душа охвачена волнением...

Наверное, наш младший брат сейчас приносит в жертву свое тело. Махадева ответил: – Судя по тому, как сострадательно он говорил, увидев [ту тигрицу], измученную голодом, подавленную скопищем страданий, изнеможенную, готовую сожрать своих детенышей, – я тоже опасаюсь [за него].

Тогда оба молодых царевича, подавленные горем, с полными слез глазами, вернулись тем же путем к тигрице и увидели, что одежда [брата] висит на ветви бамбука, его кости разбросаны, кровью обрызгана земля, а волосы разметены повсюду. При таком зрелище они упали в обморок на кости [брата]. После долгого времени очнувшись и встав, они подняли руки к небу и стали причитать: – Ох, бедный наш брат! Горе царю и матери, так любящей сына! Мать ведь спросит нас о младшем [брате]: «Где своего лотосоглазого [брата] оставили вы?» Эх, уж лучше нам обоим умереть на этом самом месте, а не жить! Как могут дальше нас родители кормить, если Махасаттву мы утратили?!

Испустив много жалобных стонов и порыдав, два юных царевича удалились... Слуги младшего царевича, бегая во все стороны и ища его, всё спрашивали друг друга, когда встречались: «Где царевич, где царевич...» В то время царице, лежавшей на своей кровати, приснился сон, [вещающий] о расставании с любимым [сыном]. Ей снилось, что ее груди отрезаны, зубы вырваны и что она нашла трех напуганных птенцов голубя, но одного из них унес сокол. Затем, когда сердце царицы сжал страх из-за случившегося землетрясения, она вмиг проснулась и задумалась:

«Почему же трясется эта опора существ, опоясанная океанами? Вот и солнце потускнело, будто о беде вещая сердцу моему. Тело мое сжалось и глаза дрожат, еще и снилось, что отрезаны мои груди... Всё хорошо ли с сыновьями, что в лес отправились играть?»

Пока она так думала, вошла служанка, чье сердце тоже было обеспокоено, и сообщила царице: – Госпожа, слуги младшего царевича ищут его. Пошел слух, что ваш любимый сын погиб... Сердце вздрогнуло у царицы, как только она услышала эти слова, и слезы покатились по лицу. Придя к царю, она сказала: – Господин, идет слух, что мой любимый сын погиб. Задрожало и сердце царя. Весьма обеспокоенный он крикнул: – Вот горе! Неужто я утратил своего любимого сына! Но затем царь стал утешать царицу: – Не горюй, прекрасная. Мы приложим все усилия к поиску царевича. Искать царевича было послано множество людей, но они потеряли надежду его найти. Через некоторое время царь издалека увидел возвращающихся двух [старших] царевичей. И сказал:

– Возвращаются не все царевичи. Горе мне! Наверное, я утратил своего сына! Сколько горюют при утрате ребенка, столько не радуются люди при его обретении... Разве не счастлив тот в этом мире, кто умирает бездетным, иль у кого дети живы и здравы?! Тогда царица, поверженная горем, словно верблюдица с проколотым сердцем, испустила отчаянный вопль: – Из трех моих сыновей, что отправились со слугами в лес, полный цветов, мой добрый младший сын не возвратился! Где же мой младший, дорогой мне как сердце?! Когда два царевича подошли, царь их спросил: – А где мой младший сын? Те, весьма опечаленные, с полными слез глазами, с пересохшими нёбом, губами, ртом и зубами, не могли вымолвить ни слова.

Царица велела: – Сейчас же говорите, где мой любимый младший сын?! От предчувствия дурного 80 сердце разрывается мое, тело страшно ноет, и тускнеет ум...

Тогда два царевича подробно рассказали о том, что случилось. Услышав рассказ, царь и царица лишились чувств. Как только очнулись, они, жалобно рыдая, отправились на место [гибели сына]... Увидев его голые кости и разбросанные повсюду волосы, царь и царица упали в обморок, словно [сухие] деревья, поваленные ветром. Когда слуги и министры увидели это, они принялись охлаждать тела царя и царицы водой и мазью из малабарского сандала... После долгого времени придя в себя, царь встал и завопил жалобным голосом:

– Ох, любимый сын, милый и прекрасный, почему так скоро ты ушел в царствие Владыки смерти?! Почему же смерть ко мне сначала не пришла?! Для меня не может быть горя большего, чем это! Царица же, очнувшись, с растрепанными волосами, стала бить кулаками себя по груди, валяться по земле, как рыба, выброшенная на берег, и горестно стенать, словно потерявшая детеныша буйволица или верблюдица: – Эх, кто же моего любимого и милого сына – [словно] лотос разорвал и разбросал здесь по земле? Какой же враг мой здесь сегодня погубил сына моего, чьи глаза прекрасны были, а лицо луне подобно? Эх, как могу я быть еще жива, видя здесь убитого сына своего любимого? В самом деле, сердце мое – кусок железа, если не разорвалось при виде такого несчастья! Сегодня снилось мне, что кто-то мои груди отрубил мечом и зубы вырвал; вот вскоре после этого скончался мой любимый сын. [Снился также] сокол, унесший одного из трех голубиных птенцов, найденных мной, и вот Владыка смерти похитил одного из трех сыновей, окружавших меня. Ох, горестно исполнился тот зловещий сон!

После того, как царь и царица произнесли жалобным голосом много разных причитаний, они, снявши с себя все украшения и сопровождаемые большой толпой народа, воздали почести праху своего сына и отнесли мощи царевича на это место. Ананда, если ты думаешь, что некто чужой был тогда юным царевичем, по имени Махасаттва, то не думай так. Почему же? Именно я был в то время царевичем Махасаттвой. Ананда, даже в те времена, когда я еще не был свободен полностью от страстной привязанности, неприязни и заблуждения, я помогал всем существам [спасаться] от адских и прочих страданий. Тем более сейчас, когда свободен от всех пороков и пробужден совершенно, я готов целые кальпы пребывать в адах ради каждого существа и освободить всех от сансары. Множеством разных подвигов, на которые весьма трудно решиться сердцу существа, я помогал всем.

Затем Бхагаван изложил [свой рассказ] стихами:
– К Пробужденью высшему стремясь,
я многие Эпохи жертвовал собой;
когда бы я царем или царевичем ни стал,
другим я свое тело отдавал.
Помню вот царя из прошлых жизней;
его звали Махаратхой.
У него был щедрый сын –
прекрасный Махасаттва.
Он имел двух старших братьев –
Махапранаду и Махадеву.
Придя все вместе в лес густой,
они увидели измученную голодом тигрицу.
Тот благородный человек, охваченный
состраданием, [подумал]:
«Тигрица эта голодом и жаждой
измучена, поэтому
может съесть своих детенышей.
Отдам ей свое тело.»
И вот Махасаттва – сын Махаратхи, видя
голодную тигрицу и желая
спасти ее детенышей, движимый
состраданием,
спрыгнул с кручи около нее...
Затряслась земля со всеми горами,
вспорхнули, улетели стаи разных птиц,
страх охватил зверей,
и погрузился этот мир во мрак.
Старшие братья –
Махапранада и Махадева br/> искали и не находили Махасаттвы
в том красивом и большом лесу.
Со страдающим, болящим сердцем
они бродили по лесу
почти в беспамятстве,
с покрытыми слезами лицами
искали в дебрях брата младшего.
И вот когда Махапранада
и Махадева – юные царевичи
пришли в то место, где лежала
ослабшая тигрица
с детенышами, то увидели,
что пасть тигрицы окровавлена,
а на земле –
несколько костей и пучков волос.
Узрели два царевича
на земле и кровь, поскольку
на нее упало несколько
капель крови [их брата].
Потеряв сознание, они
на землю повалились,
и их тела [лежали долго],
испачканные грязью,
без памяти, без чувств...
[Нашедшие] их слуги
жалобно заплакали, подавленные горем,
их обрызгали водой,
и те, очнувшись наконец,
к небу руки подняли, рыдая...
Как только [Махасаттва] упал [с обрыва],
его родная мать – главная царица,
пребывавшая счастливо во дворце
с пятьюстами женщин,
[почувствовала] во всем теле острую
боль, как будто от иголок,
и из ее грудей изверглось
смешанное с кровью молоко.
С сердцем, переполненным печалью
и пронзенным
стрелой боли от утраты сына,
она приблизилась к царю,
измученная горем и унынием,
жалобно рыдая,
и сказала Махаратхе:
«О царь, людской владыка, выслушай меня!
Мое тело жжет огонь печали
и из моих грудей изверглось
смешанное с кровью молоко;
меня как будто колют [сотнями] иголок,
и сердце разрывается...
Похоже, это знак, что не увижу больше
я своих любимых сыновей.
Помоги мне пережить – будь добр –
расставанье с ними!
Сегодня во сне я нашла
трех голубиных птенцов.
Одного из них, что для меня
был особо мил,
похитил сокол.
Этот сон пронзил
печалью мое сердце,
и весьма болит моя душа;
скоро я умру...

Милосердный, помоги мне пережить
расставанье с сыновьями!»
После этих слов
прекрасная царица
без чувств упала на пол,
потеряв сознание...
И все [женщины] гарема
зарыдали жалобными голосами.
Увидев, что царица
упала в обморок,
царь был совершенно
подавлен горем расставанья с сыном...
Министры же со свитой
отправились искать царевичей...
Когда те шли по городу, все жители
вышли из своих домов и стояли [у дверей]...
Плача, с лицами, мокрыми от слез,
[ищущие] спрашивали везде о Махасаттве:
«Жив он или мертв?
Где же он сейчас?
Увидим ли еще мы Махасаттву,
что так мил и радостен для взора каждого?»
Понемножку в том краю стал подниматься
неприятный слышать, страшный ветер горя –
бесшумный [поначалу], коварный бесконечно
[и наконец] бушующий ужасно...
Царь Махаратха,
опечаленный и плачущий, поднялся
и стал обрызгивать водой
свою любимую супругу,
упавшую [без чувств] на пол.
Ее обрызгивал он до тех пор,
пока она очнулась и, весьма
обеспокоенная, задала вопрос:
«Живы сыновья мои или мертвы?»
Царь Махаратха молвил
своей супруге главной:
«Министры и сопровождающие
отправились искать царевичей.
Не беспокойся так
и не горюй всё время.»
Так царицу главную утешив,
царь Махаратха,
вышел из дворца
в сопровождении министров –
опечаленный и плачущий,
обеспокоенный весьма, ослабший.
За ним бежали сотни многие людей,
плачущих, облившихся слезами,
когда, отправившись царевичей искать,
он покидал прекрасный город;
увидев, что его покинул царь,
они за ним последовали неотступно.
Как только город позади остался,
царь Махаратха начал во все стороны глядеть
своими беспокойными глазами,
чтобы увидеть сыновей любимых.
Увидел он, что приближается
некий человек с побритой головой,
испачканными кровью
конечностями, грязным телом
и лицом, от слез промокшим.
Сердце Махаратхи
пронизала скорбь жестокая,
слезы брызнули из глаз,
и он, подняв
руки к небу, разразился плачем.
Тогда другой министр,
издалека пришедший быстро,
подошел к царю
Махаратхе и сказал:
«Людской владыка, не горюй.
Живы сыновья милые твои.
Скоро ты увидишь и
сына своего любимого.»

Но царь успел пройти совсем немного,
как приблизился второй министр –
тот грязный весь, с испачканной одеждой
и заплаканным лицом; он сообщил:
«Великий царь, двух сыновей твоих
мучает огонь печали: одного
сына твоего, о царь, прекрасного уж нет.
Махасаттву унесло непостоянство.
Увидев, что [голодная] тигрица хочет съесть
своих детенышей, недавно приведенных,
царевич Махасаттва, состраданием великим
охваченный и устремившийся
к Пробуждению, изрек такое пожелание:
«Спасу я всех существ!
Пусть я достигну в будущем глубокого,
великого, желанного мне Пробуждения!»
И спрыгнул с кручи Махасаттва,
а голодная тигрица поднялась
и мгновенно съела мясо его тела –
оставила лишь несколько костей.»
Услышав эти страшные слова,
царь Махаратха в обморок упал,
потеряв сознание, охваченный
страшным пламенем душевных мук.
Свита и министры, жалобно рыдая и скорбя,
обрызгали его водой... [Потом]
третий министр, подняв к небу руки
и горько плача, сообщил царю:
«Я сегодня видел двух царевичей.
Они лежали без сознания
в том большом лесу.
Мы воду брызгали на них,
пока те не очнулись.
Горя от жара, оглянулись
они по сторонам,
встали на мгновение, затем опять
на землю повалились
и стали жалобно рыдать;
они все время поднимали к небу руки
и прославляли младшего
брата своего.»

Содрогнулась от печали
душа царя
и помутился ум от горя
о погибшем сыне;
весьма страдая и рыдая,
царь предался мрачным мыслям:
«Вот один из сыновей моих –
любимый, милый Махасаттва
похищен демоном непостоянства...
Испепелить кончает пламя горя
жизнь
и двух других сынов моих...
Отправлюсь быстро к ним,
чтобы скорей увидеть
своих прелестных сыновей;
в столицу привезу их
самой быстрой колесницей
и спешно во дворец введу.
Пламя горя разрывает сердце
матери, родившей их;
двух сыновей увидев,
успокоится она
и не лишится жизни.»

Царь на слоне,
в сопровождении министров,
отправился на встречу с сыновьями...
[Но вскоре] их увидел, идущих по дороге;
они рыдали жалобно,
выкрикивая имя брата...
Царь со своими сыновьями,
горько плача, возвратился
домой и быстро, быстро
привел к царице двух ее детей.

Я, Татхагата Шакьямуни,
был прежде Махасаттвой –
прекрасным царским сыном Махаратхи,
доставившим тигрице радость.
Великий царь, владыка Шуддходана
Махаратхой был тогда, а Майя
была супругой главной этого царя.
Махапранадой был Майтрея,
а царевичем Махадевой –
Манджушри Кумарабхута.
Махапраджапати была тигрицей,
а ее детенышами – пять монахов.

После многих жалобных причитаний царь Махаратха и царица сняли с себя все украшения и вместе с большой толпой народа оказали почести праху своего сына. Затем они отнесли мощи Махасаттвы на это место и построили эту ступу из семи видов драгоценностей.

Отдавая свое тело тигрице, Махасаттва высказал такое пожелание: «Благодаря этому дару тела пусть я в будущем совершаю Деяния Будды ради [блага] существ в течение бессчетных кальп!»

Вследствие этой проповеди неисчислимые боги, люди и прочие существа устремились к высшему, истинно совершенному Пробуждению. Вот по какому поводу, вот для чего была здесь показана эта ступа. Затем, с благословления Будды, ступа погрузилась в землю в том самом месте.

Такова восемнадцатая глава – о даре тела тигрице – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
ХВАЛА ВСЕХ БОДХИСАТТВ

Затем многие сотни тысяч бодхисаттв подошли к Татхагате Суварнаратнакараччхатракуте. Поклонившись ему в ноги и став в стороне, они сложили почтительно ладони и вознесли Татхагате Суварнаратнакараччхатракуте стихотворную хвалу:

– Цвет тела Победителя подобен золоту.
Его тело словно золото сверкает.
Он – будто золотой владыка гор.
Муни – золотистый лотос.
Он украшен разными прекрасными
знаками и признаками [совершенства],
блистает дивным золотистым светом,
совершенно чист, спокоен, как владыка гор.
Его голос – как у Брахмы,
мелодичен, словно Брахмы глас,
[подобен] реву льва и грому; чист,
обладающий шестьюдесятью достоинствами;
голос Победителя [напоминает] крик павлина
и песнь дронго.

Совершенно чистый, безупречный, дивно
блистающий Победитель
украшен знаками сотен добродетелей.
Он – высший океан познаний, чистый,
незапятнанный.
Всевозможными достоинствами обладающий
Победитель – как гора Сумеру.
Он обладает совершенным состраданием,
направленным на благо всех существ.
Победитель – самый щедрый
даритель счастья миру,
Учитель, открывающий высшие истины
и приводящий нас в блаженную нирвану.
Победитель дарует нам блаженство
бессмертия, указывает ясно нектар Дхармы,
в град бессмертия ведет;
Он – источник всего счастья,
месторождение блаженства.
Победитель спасает существ от страданий,
вызволяет всех из океана горя;
Он приводит всех существ на путь покоя,
дарует им всё счастье.
Невозможно сравнить ни с чем океан
Твоих, Предводитель, достоинств и мудрости.
Нет среди богов и прочих
такого, кто сумел бы –
даже через многие миллиарды кальп –
перечислить достоинства хоть одной капли
из океана Твоих мудрости и достоинств,
[таких как] сострадание ко всем существам,
сила любви, искушенность в средствах и усердие.
Почерпнув лишь капельку из океана
Твоих достоинств,
я здесь вкратце рассказал о ней.
Заслуги все, накопленные мной,
да [помогут] существам всем
Пробуждения достичь!

Такова девятнадцатая глава – «Хвала всех бодхисаттв» – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
ХВАЛА ВСЕМ ТАТХАГАТАМ

Затем бодхисаттва Ручиракету встал со своего места, накинул свою накидку на одно плечо, опустил правое колено на землю и, [смотря] в сторону Бхагавана, сложив почтительно ладони, восславил его такими стихами:

– Муниндра, Ты украшен знаками
сотен добродетелей
и тысячами славных,
удивительных достоинств.
Благороден цвет Твоего лица
и так спокоен облик твой;
Ты блистаешь, словно тысяча
солнц, охваченный
множеством пылающих лучей.
Ты подобен камню драгоценному,
что излучает чистый разноцветный свет –
синий, белый, золотистый... Блеском цвета
берилла, меди, утренней зари и хрусталя
Ты освещаешь
алмазного владыку гор – Сумеру
и бессчетные миры,
и так
страшные страданья унимаешь,
счастье высшее даруешь существам.
Цвет Твоей кожи светел, чувства ясны,
Ты красив,
ненагляден, радуешь взоры существ;
волосы Твои прелестны, как цвета павлина,
дивны, словно лотос, полный пчел.
Ты украшен чистыми достоинствами милосердия,
накопивший созерцаньем и любовью
множество возвышенных заслуг;
Ты обладаешь признаками [совершенства,
сияющими] разными цветами,
украшенный достоинствами самадхи
и прочих факторов Пробуждения.
Ты даруешь помощь, удовлетворение и счастье;
Ты – начало всех истоков счастья.
Разные глубокие достоинства –
украшения Твои.

Освещаешь Ты несметные миры,
блистаешь огненными стрелами-лучами,
как в небе солнце – совершенное светило.
Совершенный, как гора Сумеру,
Ты присутствуешь во всех мирах.
Словно молоко и водяная лилия,
морская раковина и луна,
снег и белый лотос,
дивно светится в Твоем лице
ряд зубов –
как будто в небе царь гусей.
Завиток волос на твоем лике,
луне подобном,
закручен вправо и как будто внутрь,
напоминает [цветом]
берилл и излучает свет,
как солнце в небесах.

Такова двадцатая глава – «Хвала всем Татхагатам» – «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
ЗАВЕРШЕНИЕ

Затем благородная богиня Бодхисаттвасамуччая вознесла стихами хвалу Бхагавану:
– Склоняюсь перед Буддой,
чей ум совершенно чист.
Он сведущ в чистейшем Учении,
Он познал сущность отхода
от пути дурных деяний,
Он обладает чистым знанием
существующего и несуществующего.
Ах, беспредельно величие Будды!
Ах, походит Он на океан и гору Меру!
Ах, безгранично поле активности Будды!
Он – великая редкость, подобная цветку удумвары!
Заботясь о всех существах,
такую прекрасную сутру Он изложил!
Ох, [велико] милосердие Татхагаты –
Солнца среди людских владык,
Венца родословной царей Шакьев!
Спокойны чувства Татхагаты Шакьямуни.
Он спокоен совершенно, вошедший в град покоя.
Его самадхи глубоко, спокойно, безупречно,
проникает во все сферы Пробужденных-Победителей.
Тела шравак пусты.
Местопребывания святейших из людей пусты.
Все явления пусты, без самобытия.
Существа пусты, «я» не существует.
Все время, неустанно памятую я о Победителе,
всегда изнемогаю от желания Его увидеть
и постоянно я молюсь о том, чтобы могла
видеть Солнце-Будду совершенного.
Колено опустив на землю,
измученная жаждой видеть Победителя,
я часто плачу жалобно по Предводителе;
Сугату жаждая узреть,
горю в огне мучительной тоски...
Обливай всегда меня прохладною водой
своего присутствия!
Сильно жажду я Твой облик видеть!
Успокой меня дождем
милосердия!

Взываю, Предводитель, к состраданью Твоему!
Дай возможность видеть мне Твой спокойный облик!
Ты ведь защитник всех существ!
Итак, тела шравак пусты.
Все существа – как сон, подобные пространству,
и пространство – их природа;
они напоминают
иллюзию, мираж и отражение луны в воде.
Тебе, Предводитель, свойственна
великая пустота.

Тогда Бхагаван поднялся с сидения и сказал голосом, как у Брахмы: – Прекрасно, благородная богиня, прекрасно!

После этих слов Бхагавана благородная богиня Бодхисаттвасамуччая, великая богиня Сарасвати со всеми дочерьми богов и великая богиня Шри со всей толпой сопровождающих богинь, Вайшравана и все прочие цари богов, все собрание, весь мир – боги, люди, асуры, гандхарвы радовались и прославляли проповедь Бхагавана.

Такова двадцать первая – завершающая – глава «Священной сутры золотистого света», царицы сутр.

Царица сутр – священная махаянская Сутра «Золотиского света» завершена.
Е ДХАРМА ХЕТУ ПРАБХАВА ХЕТУНТЕШАН ТАТХАГАТОХЬЯ ВАДАТ ТЕШАНЬЧАЁНИРОДХА ЕВАМ ВАДИ МАХАШРАМАНАХ
Перевел с тибетского
Альгирдас Кугявичус
Декабрь 2004 г.
Перевод выполнен по ксерокопии тибетского текста из кармапинского издания Кагьюра (полное название текста указано в начале). Для сравнения использован перевод с санскрита R.E. Emmerick. The Sutra of Golden Light. The Pali Text Society, Oxford 2001.
Редактор: Андрей А. Терентьев.

ГЛАВЫ 1-11
АУДИОВАРИАНТ