Вибхути пада

медитация, дхарана, тибет, дхъяна,пратьяхара
В самадхи паде Патанджали разъясняет, почему человеческий разум пребывает во тьме, почему он вял и инертен. В связи с этим он описывает практические дисциплины, которые помогают человеку устремить свой разум к свету, вследствие чего ум становится ясным и чистым, а чувства восприятия естественным образом укрощаются и подчиняются. Таким образом разум и сознание превращаются в подходящий инструмент для медитации, объектом которой является наша душа.

Начиная вибхути паду, Патанджали в первую очередь говорит о необходимости интегрировать разум, эго и принцип «я». Далее он подробно объясняет, как осуществлять йогу в ее самых тонких аспектах, которыми являются концентрация (дхарана), медитация (дхьяна) и полная погруженность (самадхи). Эти три дисциплины помогают сублимировать разум, эго и принцип «я». Результатом этого может стать как пробуждение различных чудодейственных сил, так и достижение Самореализации.

Самьяма
Третья глава трактата Патанджали начинается с определения дхараны, концентрации. Здесь мудрец перечисляет области как внутри, так и вне тела, которые садхака может использовать в качестве объекта для концентрации. Когда в дхаране достигается устойчивость, она перетекает в дхьяну (медитация). Когда медитирующий и объект медитации становятся одним целым, дхьяна перетекает в самадхи. Итак, дхарана, дхъяна и самадхи взаимосвязаны. Интеграцию этих трех дисциплин Патанджали называет самьямой. Благодаря самъяме разум, эго и чувство индивидуальности возвращаются к своим истокам. Так разум начинает сиять ослепительным светом мудрости, и садхака просветляется. Теперь ищущий полностью сосредотачивает свое внимание на последовательном исследовании ядра собственного существа — своей души.

Разум
Определив тонкие грани человеческой натуры как разум, эго, принцип «я» и самость, Патанджали один за другим анализирует их и раскрывает их суть. Начинает он с мозга, чей разум колеблется между однонаправленным и разбросанным вниманием. Если садхаке никак не удается отследить, где, когда и как его внимание ускользает от объекта созерцания, он превращается в метущегося странника, а его разум остается нетренированным. Путем тщательного наблюдения за собой, а также анализируя свойства своего разума, садхака обретает способность различать, которая позволяет увидеть, когда разум разбросан, а когда направлен на что-то одно. Ищущий начинает постигать грань между беспокойным и умиротворенным состояниями сознания. Дабы помочь садхаке, Патанджали учит его использовать способность к различению для контроля над возникающими мыслями, для успокоения нарастающих мыслительных волн и для отслеживания момента, когда устанавливается тишина. Наблюдая периоды безмолвия, садхака пребывает в состоянии невозмутимости. Когда это состояние намеренно продлевается, течение спокойствия не встречает препятствий на своем пути.

Сохраняя тихое течение спокойствия и не позволяя разуму забывать себя, ищущий устремляется к созерцателю. В этом движении рождаются осознанность и внутреннее внимание, которые, в свою очередь, создают основу для единения сознания с внутренним «я». Достигнув единства, ищу щий начинает понимать, что созерцающий, инструмент созерцания и его объект суть одно — созерцатель, душа. Другими словами, субъект, объект и инструмент становятся тождественны друг другу.

Дахарана осуществляется тогда, когда разум, буддхи, погружается в состояние тонкой, спокойной устойчивости. Отсюда начинается инволюция буддхи, в процессе которой он «всасывается» в сознание, читту, чье естественное выражение — острая не фокусированная осознанность. Это дхъяна. Различение и осознанное наблюдение, которые являются свойствами буддхи, должны быть постоянно активны. В противном случае дхъяна нарушается и сознание вновь погружается во мрак. Буддхи — это то, что пробуждает чистую читту.

Если садхака дисциплинировал свой разум и постиг его, поток спокойствия течет ровно и гладко и не нарушается ни удовольствием, ни болью. Теперь садхака должен тренировать осознанность с тем, чтобы ее поток был постоянно спокоен и равномерен. Сливаясь, осознанность и спокойствие рождают добродетельность, которая отражает могущественную этику (шакти) души и знаменует собой наивысшую точку развития разума и сознания. Возделывание разума — это эволюция, добродетельность — особое свойство разума. Поддержание возделанного, добродетельного разума рождает правильность, в которой разум продолжает очищаться, и садхака все ближе подходит к духовным вершинам йоги.

Свойства йоги
Патанджали помогает продвинутому садхаке отследить движение каждой возникающей мысли и действия и уяснить для себя их порядок и очередность. Отслеживая свои шаги в обратном направлении через йогические дисциплины, садхака координирует мысли и действия с тем, чтобы между ними не возникала временная щель. Когда мысль и действие синхронизируются целиком и полностью, йогин освобождается от материальных ограничений времени и пространства. Это генерирует сверхъестественные способности. Об этих способностях Патанджали говорит как о вибхути — свойствах йоги.

Свойств йоги огромное количество. Обретение хотя бы одной чудодейственной способности указывает на то, что в своей практике садхака движется по верному пути. Однако есть и предостережения (см. Предостережение).

  • Он обретает знание прошлого и будущего. 
  • Он понимает язык всех людей, птиц и животных. 
  • Он ведает свои прошлые и будущие жизни. 
  • Он читает в умах других. 
  • Если необходимо, он может точно и подробно описать, о чем думают другие. 
  • Он по желанию может становиться невидимым. 
  • Он может подчинить себе чувства: слух, осязание, зрение, вкус и запах. 
  • Интуитивно или по приметам он постигает точное время своей смерти. 
  • Он дружествен и сострадателен ко всем. 
  • Он обретает силу слона и грациозность пантеры. 
  • Он четко видит любой объект, будь он близок или далек, груб или тонок или вовсе сокрыт. 
  • Он постиг принцип солнечной системы. 
  • Он постиг принцип лунной системы, а посему ему известно расположение галактик. 
  • Он читает звезды по Полярной звезде и предсказывает грядущие в мире события. Он постиг тело и его функции. 
  • Он покоряет голод и жажду. 
  • Он обездвиживает тело и ум, которые становятся словно черепаха. 
  • Он способен зреть совершенных существ, учителей и мастеров. 
  • Он способен воспринимать все и вся. 
  • Он постигает свойства сознания. 
  • Постигнув свойства сознания, он использует их, дабы зажечь огонь души. 
  • Благодаря просветленной душе он обретает божественные способности, которые находятся за пределами обычных чувств. 
  • Он способен сознательно покидать свое тело и произвольно входить в тело другого. 
  • Он ходит по воде, не тонет в болотах и не боится терний. 
  • Он созидает огонь. 
  • Он слышит отдаленные звуки. 
  • Он левитирует (парит над землей). 
  • Он избавляется от страданий и часто живет вне тела. 
  • Он обретает контроль над составляющими природы, ее качествами и функциями. 
  • Он обретает господство над элементами и их соответствиями. 
  • Он хозяин великолепного тела— грациозного, сильного, хорошо сложенного. 
  • Он обладает абсолютным контролем над чувствами и умом, а также над их связью с малым «я», или сознанием «я». 
  • Он наделяет тело, чувства, ум, разум и сознание предельной остротой и быстродействием, настраивая их на один лад с самой своей душой. 
  • Он обретает господство над всеми созданиями и над всяким знанием. 

Предостережение

Эти силы сверхъестественны. Если садхака приобрел хотя бы одну, это значит, что он использовал подходящие для своего развития методы. Однако не следует ошибочно принимать эти достижеия за цель своих исканий. Простому смертному они могут показаться желанной наградой, однако садхака видит в них лишь препятствия на пути к самадхи. Даже небожители пытаются искусить садхаку. И если он поддастся соблазну, ему не избежать несчастий.

Становясь рабом сверхъестественных способностей и используя их ради славы, йогин подрывает свою садхану. Он уподобляется человеку, который, спасаясь от ветра, попадает в ураган. Йогин, обретший определенные способности и принявший их за окончательную цель, становится зависимым от них и подвергает себя страданиям, которые они несут вместе с собой.

Поэтому Патанджали призывает садхаку отрешиться от этих достижений — так он откроет для себя врата, ведущие к вечному блаженству. Только непривязанность способна уберечь от гордыни — самой опасной ловушки для тех, кто обретает силы.

Строгое следование предписаниям ямы и ниямы, описанным в садхана паде, гарантирует, что садхака не превратится в пленника этих сил и не станет использовать их во вред.

Мгновение и движение
Мгновение субъективно, движение объективно. Патанджали разъясняет, что мгновение — это настоящее, а настоящее — это вечное «сейчас», которое вневременно и реально. Ускользая от внимания, мгновение превращается в движение, а движение — это время. По мере того как мгновение превращается в движение, возникают прошлое и будущее, а само мгновение исчезает. Следование движению мгновения есть будущее, а его отслеживание — прошлое. Мгновение само по себе суть настоящее.

Прошлое и будущее производят изменения. Настоящее же неизменно. Колебания сознания в сторону прошлого или будущего создают время. Если сохранять устойчивость ума, разума и сознания и осознавать мгновения, не вовлекаясь в движения, можно пережить состояние не-ума и не-времени. Это аманаскатва. Здесь работа ума не мешает созерцателю, который зрит напрямую. Так из пленника ума йогин превращается в его хозяина. Он пребывает в состоянии, свободном от ума и от времени.

Чистый разум
Возвышенный разум незапятнан и не осквернен, исполнен истины и чистоты. Он мгновенно и точно постигает различие между обычными существами, не опираясь при этом на такие критерии, как происхождение, уровень жизни, ее качество или место.

Такой разум исполнен истины и чистоты, подобно самой душе. Йогин, обладающий таким разумом, свободен от гордыни и предрассудков. Его разум и сознание возносятся до уровня души. Подобно меду, который сладок в каждой соте, тело, клетки, чувства, ум, разум, сознание и совесть йогина равномерно и одинаково отражают свет души. Каждая частица созерцателя становится душой. Это кайвалъя. Она наступает тогда, когда отвергаются силы, которые влекут метущегося странника, но отвлекают сознание йогина.