Необычное игровое поведение у маленьких детей, которые утверждают, что помнят прошлые жизни

дети

В 66 (23,7%) случаев из 278, в которых дети утверждали, что помнят свою прошлую жизнь, практиковались игры, необычные с позиции их семей, и не имевшие примеров среди других членов семьи или иного очевидного стимула. В данной статье рассматриваются 25 примеров такого нетипичного игрового поведения. Эти игры связаны с воспоминаниями о «прошлых жизнях», озвученными детьми, когда они научились разговаривать. Необычное игровое поведение ребёнка иногда указывало его родителям на первый признак того, что ребёнок, вероятно, помнит прошлую жизнь. В 22 случаях в утверждениях детей было обнаружено соответствие с событиями из жизни людей, умерших неестественной смертью. В данных случаях также была найдена взаимосвязь с некоторыми аспектами жизни соответствующего умершего человека, такими как род его деятельности и причина смерти. 

Введение

Концепция игры привлекала мильное внимание психологов и психиатров, некоторые из которых выдвинули универсальные теории объяснения игры. В конце 19 века Лазарус (1883) писал, что игры продиктованы потребностью людей в постоянной активности, которую он описывал как основной импульс. Согласно его мнению, «активность – это жизнь», её противоположностью является ничто, «пустота» (с. 45, мой перевод). Согласно данной точке зрения, если у нас нет никакого вида деятельности, то мы его придумываем и называем это игрой. Фрейд (1920/1961) считал игру попыткой поставить под контроль стрессогенную ситуацию, и игры детей после серьёзного травмирующего события могут иметь этот мотив: воспроизведение события в игре якобы смягчает негативный эмоциональный фон от вспоминания травмирующего события. Позже теоретики подчеркивали значение игры в развитии физических способностей и когнитивных навыков (Bornstein et al., 1996; Cotton, 1984; Lillard, 1993; Millar, 1968; Vygotsky, l978). Котёнок, который охотится за мячиком, оттачивает навыки нужные для охоты на мышей. Похожим образом ребёнок, играющий в машинки, может освоить зачатки вождения настоящего автомобиля. Думаю, справедливо сказать, что большинство исследователей детского игрового поведения стремились к некому универсальному принципу объяснения феномена игры.

Мало кто из них задумывался над вопросом, почему ребёнок предпочитает определённый вид игры другому. Этот вопрос, однако, не нов. Комментируя утверждения Лазаруса, упомянутого ранее, что игра проистекает от насущной потребности в активности, Уильям Джеймс писал: «Без сомнения, это правдиво, но в чём причина конкретных форм игровой деятельности?» (James, 1890, vol. 2, p. 429). Более поздние исследователи игнорировали этот закономерный вопрос Джеймса за исключением трёх моментов. Во-первых, есть известные случаи, когда ребёнок в игровой манере подражает своим родителям или старшим родственникам; распространённый пример, когда девочка играет в домохозяйку, подражая своей матери. Во-вторых, мальчики в возрасте от 1 года до 2 лет проявляют предпочтения по части выбора объектов своей игровой деятельности, отличные от предпочтений девочек того же возраста (Fagot, 1974; Jacklin, Maccoby, & Dick, 1973). Кроме того, дети с расстройством гендерной идентичности зачастую отдают предпочтение игровой деятельности, свойственной представителям противоположного пола (Doering et al., 1989; Rekers & Morey, 1990). В-третьих, дети, пережившие тяжёлую травму, часто воспроизводят стрессовую ситуацию в своей игре (Saylor, Swenson, & Powell, 1992; Terr, 1981, 1988, 1991).

Данная статья призвана внести вклад в осмысление того, почему игры детей концентрируются на той или иной теме. В ней сообщается о разнообразных необычных формах игры маленьких детей в соответствии с заявлениями некоторых из этих детей о прошлых жизнях, сделанных, как правило, в возрасте от 2 до 5 лет. Дети, которые утверждают, что помнят прошлые жизни, могут быть найдены практически во всех странах, включая и Европу (Stevenson, 1987) и США (Stevenson, 1983a), хотя в некоторых частях света, таких как Южная Азия, их легче выявить, чем в других. Такие дети, как правило, начинают говорить о прошлой жизни в 2-летнем возрасте, и это продолжается, пока им не исполнится 5 лет (Cook et al., 1983; Stevenson, 1987). Ранее исследователи подобных случаев обращали внимание почти исключительно на вопросы о том, относятся ли утверждения детей к людям, умершим неестественной смертью и, во-вторых, по крайней мере в некоторых случаях, не знали ли ребёнок и его семья соответствующего погибшего человека прежде (Stevenson, 1966/1974, 1987). (Исключительно для удобства я иногда называю такого умершего человека «прежней личностью»). 

В последние годы мои коллеги и я расширили исследования таких детей по другим их личностным параметрам в сравнении с теми же параметрами их сверстников, которые не утверждают, что помнят прошлую жизнь (Haraldsson, 1995, 1997), и расширили исследования широкого спектра поведенческих характеристик, не свойственных для семьи ребёнка, но соответствующих человеку, на жизнь которого ребёнок указывает как на свою прошлую (Stevenson, 2000). Такое поведение включает в себя разнообразные предпочтения и то, что ребёнку не нравится. Это относится к еде, одежде, погодным условиям и местам. В одной из более ранних статей я описывал и рассуждал о фобиях в среде таких детей; в группе из 387 детей 141 (36%) имели какую-либо фобию, тесно связанную с обстоятельствами смерти в предполагаемой прошлой жизни (Stevenson, 1990). В данной статье я на примерах описываю иную форму необычного поведения, которую такие дети часто демонстрируют: игровую деятельность, которая, предположительно, не имеет аналогов в семье ребёнка или какого-либо иного объяснения. Я не утверждаю, что игровое поведение данных детей имеет важность в свете доказательства того факта, что реинкарнация является здесь наиболее подходящим объяснением.

Методология. Отбор случаев для исследования

Для того, чтобы оценить частоту повторяемости тех или иных элементов игрового поведения, были рассмотрены 278 ранее описанных мной случая. Из них 226 были описаны в Stevenson (1997), а остальные в ранних работах с подробными описаниями в отчетах (Stevenson 1966/1974, 1975, 1977, 1980, 1983b, и 1987). Все эти 278 случаев были предварительно изучены и описаны мной. Я не считал игрой те случаи, когда ребёнок исполнял религиозные ритуалы, не принятые в его семье, но характерные для «прежней личности». Например, я не включил сюда случаи, когда дети-индуисты из Индии, утверждавшие, что были в прошлой жизни мусульманинами, практиковали намаз. Если подобный случай необычного поведения имел бы место в западной семье, он мог бы рассматриваться как игра. Также были исключены случаи, когда игра была связана с утверждениями о прошлой жизни, но и была известна в семье ребёнка или среди его окружения. Данное исключение приобретает особую важность в связи с тем, что игры с воздушным змеем или в войну любят дети во многих странах мира. Тем не менее, некоторые обстоятельства и подробности игр в войну заслуживают упоминания.

Данные случаи были изучены, главным образом, путём опроса непосредственных свидетелей, сначала со стороны ребёнка, а потом со стороны умершего человека, если личность последнего была установлена по рассказам ребёнка. Всегда, когда это было возможно, проверялись и копировались такие документы, как свидетельства о рождении и смерти, удостоверения личности, медицинские записи. Случаи индивидуально проверялись на такие конкурирующие версии как мошенничество, обычную осведомлённость об обществе, информированность ребёнка на тему паранормальных явлений. Ряд случаев был также проанализирован на наличие временных особенностей и характерных черт, присущих им в различных культурах (Cook et al., 1983; Stevenson, 1986). Полное описание методов исследования я приводил в других публикациях (Stevenson, 1966/1974, 1975, 1997). В данной работе я не даю информации о том, могли или нет дети, говорящие о своих «прежних личностях», получить эти сведения обычным путём. Читатели, имеющие интерес к данному аспекту, могут найти подробности в более детальных отчётах, на которые я ссылаюсь. Здесь же я хочу обратить внимание на имевшую место во многих случаях тесную связь между утверждениями ребёнка о прошлой жизни и его необычным игровым поведением.

Соответственно, я только ради удобства повествования буду говорить, что ребёнок «помнит прошлую жизнь», а не «утверждает, что помнит» её. В то же время, читатели должны понимать, что игровое поведение, которое я буду описывать, имело место в контексте многих других факторов, в том числе доказательств в случае с проверенными эпизодами, когда ребёнок демонстрировал значительный объём знаний о конкретном умершем человеке, которые, как правило, не могут быть получены обычным путём. Я и мои коллеги договорились обозначать случаи, когда рассказы ребёнка о конкретном умершем человеке были сверены и признаны правильными как «решённые» (S), а те случаи, когда информацию невозможно было проверить, как «не решённые» (US). Утверждение, что случай «решён» не исключает того, что ребёнок мог получить достоверные сведения обычным путём; это могло произойти в тех случаях, когда ребёнок и умерший человек, о котором он говорил, принадлежали к одной семье или даже одной общине. Есть, впрочем, многочисленные случаи, в которых мы можем с уверенностью исключить передачу сведений обычным путём (Haraldsson, 1991; Mills, Haraldsson, and Keil, 1994; Stevenson, 1966/1974, 1975; Stevenson and Samararatne, 1988a, 1988b). 

Социальное положение изученных семей

Почти все случаи имели место в семьях, проживающих в странах Азии, в деревнях или небольших городах. Это означает, что на протяжении периода, когда большинство случаев было выявлено (между 1960 и 1985 гг.), эти дети и их семьи не имели доступа к телевидению, откуда дети могли бы получить информацию о том необычном поведении, которое они демонстрировали. Нельзя исключать того, что в некоторых случаях модель поведения, как, например, поведение владельца магазина, могла существовать в соответствующей деревне или городе, где ребёнок проживал, хотя она и не имела места в его семье непосредственно. В каждом описанном случае игровое поведение ребёнка было уникальным на фоне поведения других детей в его семье.

Результаты. Распространенность форм игрового поведения в ряде случаев

В 66 (23,7%) из указанных 278 случаев наблюдались признаки необычного игрового поведения. Это наверняка минимальный показатель его распространённости. В регистрационной форме, которую мы использовали для исследования данных случаев, содержался перечень специфических проявлений, о которых мы хотели узнать. Но, тем не менее, есть вероятность, что респонденты могли не упомянуть об игре, которую наблюдали у ребёнка, и исследователи в некоторых случаях могли не получить соответствующих сведений, хотя перечень вопросов содержит пункт об игровом поведении. 

Примеры необычного игрового поведения

Более половины случаев необычного игрового поведения выводятся из 278 случаев, указанных выше. К ним я добавил некоторые дополнительные, взятые из материалов, которые ни я, ни мои коллеги ещё не публиковали.

После каждого примера я буду приводить ссылку на опубликованные материалы, если таковые имеются. Я лично исследовал все случаи, из которых беру примеры. После каждого примера я буду ставить символ «S» или «US», обозначая, был ли случай «решённым» или «не решённым». Для многих случаев я не имею информации относительно того, насколько долго сохранялось соответствующее игровое поведение в ранние детские годы. В тех случаях, когда это было указано, такое поведение обычно имело место в период, когда ребёнок наиболее активно рассказывал о своей прошлой жизни, и прекращалось, когда он или она переставали о ней рассказывать, что, как правило, происходило между 5 и 7 годами (Cook et al., 1983). В нескольких эпизодах соответствующее игровое поведение наблюдалось дольше. В 5 случаях необычное игровое поведение послужило для родителей первым признаком того, что ребёнок может помнить свою прошлую жизнь. Я включил два подобных случая в данное исследование; ещё в одном случае игровое поведение ребёнка было одним из первых (но не самым первым) признаков его «прошлой жизни». Наблюдаемые типы игрового поведения соответствовали некоторым особенностям жизни и смерти «прежней личности». Наиболее многочисленными были признаки, относящиеся к профессии или роду занятий, и я описал 17 подобных примеров. Реже ребёнок проявлял игровое поведение, типичное для противоположного пола (демонстрировалось детьми, утверждавшими, что в прошлой жизни они являлись представителями противоположного пола), и поведение, связанное с привычками и увлечениями «прежней личности». Другая небольшая группа детей называла своих кукол или иные игровые объекты в честь детей «прежней личности». В четвёртой небольшой группе ребёнок воспроизводил сцену смерти «прежней личности». Я привожу по два примера для каждой из четырёх меньших групп. 

Игровое поведение, соответствующее роду занятий в  прошлой жизни

Наиболее частыми были игры, воспроизводящие род занятий «прежней личности». Среди них имеются следующие: 

Владелец магазина

П.С. был сыном профессора колледжа Бесаули, небольшом городе на севере Индии. П.С. вспоминал жизнь преуспевавшего бизнесмена, владевшего магазинами. Центральным был магазин (в городе Морадабад), где производили печенье и газировку (Stevenson, 1966/1974) (S). В возрасте примерно полутора лет П.С. начал делать модели, похожие на магазины, с проводами вокруг них. Он делал «печенье» из грязи и подавал их к «чаю» (которым была вода). Он стал рассказывать о газировке. Пока ребёнок играл подобным образом, он постепенно описывал прошлую жизнь, в которой он владел магазином, где покупателям предлагались печенье и газировка. (В то время в Индии газированная вода в бутылках не была широко доступна; её, как правило, можно было найти в специально оборудованных магазинах, где она производилась и продавалась непосредственно клиентам). Чай тоже почти всегда предлагался в таких магазинах. П.С. мало играл с другими детьми, он был настолько поглощён своей игрой в управление магазином, что стал заметно отставать в школе. Мать отчитывала его за неуспеваемость в школе, которая ограничивала его последующие возможности для профессионального роста. К тому времени он уже перестал играть в магазин. В Бисаули, где жил П.С., печенье продавалось в нескольких магазинах, но не было такого, где бы печенье и газировка производились. 

С.К., девушка из Бирмы, дочь фермера, выращивавшего хлопок (сейчас страна называется Мьянмой, но в тот период, когда большинство случаев были исследованы, она именовалась Бирмой). Девушка вспоминала жизнь женщины, торговавшей маринованным чаем, ценимым в Бирме биостимулятором (неопубликованные данные) (S). Когда С.К. была маленькой, она играла в магазин, продавая маринованный чай и высушенные чайные листья. Она не играла в другие игры и не меняла товар в импровизированном магазине. 

Школьная учительница

Л.А., девочка из Шри-Ланки, которая в возрасте около 2,5 лет начала рассказывать о своей прошлой жизни домохозяйки и учительницы (Stevenson, 1977) (S). Она начала играть в учительницу в возрасте 3 лет до того, как увидела работу взрослых-учителей (её отец был инструктором в плотницкой школе). Она заворчивалась в ткань, имитируя сари учителя. Затем, используя тростину как указку, а дверь в качестве доски, она обучала воображаемых учеников. Она просила их сдавать свои тетради. Л.А. не привлекала к обучению других детей, а играла в одиночку. Она играла в учительницу до 5,5 лет, до того времени, когда сама пошла в школу. 

Владелец ночного клуба

Е.К. был сыном разнорабочего из города Адана, что на юге центральной части Турции. Он вспоминал прошлую жизнь мужчины, владевшего ночным клубом в Стамбуле (Stevenson, 1980) (S). Будучи маленьким ребёнком, он регулярно играл во владельца ночного клуба. Он использовал коробки, изображая бар, и расставлял на них бутылки. Он распределял роли в клубе между соседскими девочками и дал одной из них палочку, которая изображала микрофон, используемый певицами. Он установил два стула для жён владельца клуба (в то время в Турции многожёнство было уже запрещено, но оно до сих практиковалось некоторыми мужчинами, включая и человека, жизнь которого Е.К. вспоминал. У него было две жены, но мы можем сомневаться в том, брал ли он их обеих в клуб одновременно). 

Управляющий мельницей

В. был сыном мелкого фермера из Северной Индии. Будучи маленьким ребёнком, В. вспоминал жизнь преуспевающего владельца мельницы (неопубликованные данные) (S). Когда ему было около 2 лет, он играл с песком. Он сделал из песка то, что выглядело как мельница, и попросил свою бабушку: «Принеси зерна для помола». Это стало первым свидетельством для его семьи, что ребёнок помнит прошлую жизнь, о которой он после просьб рассказать больше, дал множество детальных сведений. 

Врач 

В.Р. был сыном бизнесмена из Северной Индии, он вспоминал жизнь врача, доктора С.С.Д., имевшего магазин, где он одновременно и принимал пациентов, и продавал назначенные им лекарства. В детстве В.Р. играл в доктора. Он создал импровизированную клинику с помощью бутылок и термометра. Он использовал палочку для измерения температуры и потом встряхивал её, как это делают с ртутным термометром. Он привлекал к игре своих приятелей в качестве пациентов. Я не узнал, в каком возрасте В.Р. играл в подобного рода игры. Один из респондентов рассказал, что игры продолжались около года. Много лет спустя В.Р. в интервью вспоминал свою детскую игру в доктора. Он рассказал, что у одной его знакомой женщины была высокая температура, тогда он перемешал в воде соль и перец и «назначил» ей. Женщина приняла это и выздоровела. 

Строитель колодцев

М.С. был мальчиком из Ливана, сыном мелкого фермера, заготавливавшего семена сосновых шишек. М.С. вспоминал жизнь мужчины, который на профессиональной основе занимался тем, что копал колодцы (неопубликованные данные) (S). Он погиб, когда тяжёлый камень, извлекаемый из частично вырытого колодца, выпал из подъёмной корзины и упал ему на голову. Мать М.С. наблюдала, как он играл, выкапывая импровизированные колодцы в песке. Я не узнал других деталей данной игры и на протяжении какого времени она практиковалась. 

Автомеханик

Д.ДЖ. был сыном техника, работавшего на радиостанции в Ливане. Будучи ребёнком, Д.ДЖ. вспоминал «прошлую жизнь» автомеханика (неопубликованные данные) (S). Когда ему было около 2,5 лет, он начал называть имена, которых его родители не слышали ранее. Год спустя он сказал, что он родом из местечка Кферматта, и рассказал о некой автокатастрофе около морского побережья. Тогда родители Д.ДЖ. не связывали его слова с чьей-либо жизнью и смертью. Они заставали ребёнка лежащим под мебелью, например, диваном, где он, казалось, что-то откручивал. Его родители не могли понять этого и беспокоились, что ребёнок сломает мебель. Когда они сказали, чтобы он прекратил это делать, мальчик невозмутимо ответил: «Я работаю». Они поняли в чём дело лишь тогда, когда ребёнок смог дать достаточно информации о том, что в «прошлой жизни» он был автомехаником, работавшим в Бейруте. 

Извозчик

В.М. был сыном фермера из Северной Индии. Когда он научился говорить, то стал рассказывать о «прежней жизни» извозчика по имени Каллу, водившего двуколку-тонга, которого знал его отец (неопубликованные данные) (S). В том возрасте В.М. укладывал на плечи полотенце, как то делали извозчики на тонга, брал кусок верёвки, который использовал, как если бы это были вожжи, и делал вид, что он запряжённая лошадь. Во время этой игры он повторял «тик, тик», звук, используемый извозчиками на тонга, чтобы предупредить пешеходов о своём приближении. Данный звук производится повторяющимися ударами кнута по спицам колеса повозки, что В.М. и имитировал. В таких случаях В.М. также говорил: «Я управляю тонга». Однажды он отметил: «Раньше я брал пол рупии, а теперь буду брать рупию» (это, вероятно, относится к перевозке пассажиров с железнодорожной станции до их жилищ, чем занимался Каллу на своей тонга). 

Мойщик

Г.Н. был сыном медика-аюрведиста из Северной Индии. Его семья была брахманской. Г.Н. вспоминал, что в «прошлой жизни» был одним из мойщиков, которые в Индии относятся к низшим кастам (Stevenson, 1997) (US). Будучи маленьким ребёнком, Г.Н. смотрел, как его мать стирала одежду, и предлагал помочь ей, говоря: «Я поглажу её». В другой раз он сказал: «Дай мне свою одежду, я выстираю её для тебя». Он становился настолько навязчивым, что мать сгоряча побила его, чтобы заставить уйти. Мать слышала, как он сказал: «Моя жена сидит здесь и готовит еду, а я стираю одежду».

Монахиня

Т.Т.А, маленькая девочка из Бирмы, помнила прошлую жизнь буддийской монахини (неопубликованные данные) (S). В раннем детстве вплоть до 4 или 5 лет она играла в монахиню. Она ставила на голову поднос, ходила туда-сюда, говорила, что она монахиня и просила дать ей подаяния (буддийские монахини не используют чёрные чаши, которые носят монахи для сбора риса и другой еды, которую дают им домохозяева. Они могут носить то, что им подали, на подносе).

Уборщик

Уборщики – люди, которые подметают улицы, вычищают отхожие места, убирают мусор, принадлежат к низшим кастам индийского общества. Я исследовал два случая, в которых дети из семей, относящихся к средним классам, вспоминали жизни уборщиков и в обоих случаях играли в них.

Я включил сюда случай с С.Л., маленькой девочкой из Северной Индии, которая с удовольствием прибирала за своими младшими братьями, когда те испражнялись в доме (неопубликованные данные) (S). Она была сестрой С.Г. (упомянутого ранее ребёнка, игравшего в мойщика). Их семья была брахманской. С.Г. нравилось прибираться в доме, при этом она говорила: «Мы раньше делали эту работу». Временами она брала метлу и подметала пол. Она также сделала метлу для себя, используя ветки и листья ниима и подметала с её помощью. Иногда она одевалась в юбку, надевала на голову платок и носила корзины. На вопрос о том, что она делает, девочка отвечала: «Я из касты уборщиков» (Уборщики обычно надевают платки, которые натягивают на нос при чистке отхожих мест и используют корзины для выноса отходов, которые нельзя вымести). 

Бандит

Б.Ф. был мальчиком из Турции, который вспоминал, что в «прошлой жизни» был бандитом Джемилом Хайиком, который покончил с собой, чтобы не быть арестованным полицией (и, вероятно, не получить смертный приговор) (Stevenson, 1997) (S). Будучи мальчиком, Б.Ф. бросал камнями в солдат и полицейских. Он играл с палкой так, если бы это была винтовка. 

Военный

Я уже говорил, что игра в войну популярна у мальчиков во всех странах, и мы не можем считать это необычным поведением. Наше исследование содержит 9 случаев, когда дети утверждали, что в прошлой жизни были военными, кроме того, они играли в военных. Большинство из этих случаев может быть рассмотрено как подражание военным, которых дети видели в реальности или узнали о них обычным способом. Тем не менее, 4 случая из числа указанных заставляют обратить на себя внимание, и я даю один пример подобного рода.

Б.Б. родился в Барейли, индийский штат Уттар-Прадеш, в 1918 г. У него была понижена пигментация кожи и волос, что позволяет рассматривать его как альбиноса. Будучи ребёнком, он говорил, что был солдатом по имени Артур, и был убит во время «Германской войны» (Первой Мировой) (Stevenson, 1997) (US).

У него было много характерных для западного человека поведенческих черт. Примерно с 3 лет он играл в военного. Он отдавал военные команды, такие как «Налево! Направо!» и «Шагом марш!» Он использовал палку по образу винтовки и просил дать ему огнестрельное оружие. Я привожу его случай здесь, поскольку его родители были индийцами, не знавшими английского языка. Его отец был нотариусом. Никто не мог даже и допустить того, что родители или его окружение поощряли бы такие игры в солдата или прививали бы их ребёнку. Части британской армии были расквартированы в Барейли на протяжении многих лет, и их солдаты воевали в годы Первой Мировой в Европе, некоторые из них были там убиты. Казалось, что Б.Б. воспроизводил жизнь профессионального военного, офицера британской армии. 

Пилот бомбардировщика

Ц.Е. родился в Миддлсборо, Англия. Когда он смог говорить, то сказал: «Я разбил самолёт через окно». Постепенно он рассказал подробности. Он сказал, что был пилотом Мессершмидта и выполнял задание по сбрасыванию бомб. Когда ему было около 2,5 лет, он начал рисовать ордена и эмблемы военной формы. Вначале рисунки были очень топорными, но затем он улучшил их, когда стал постарше. Он рисовал самолёт со свастикой на нём. Он демонстрировал нацистское приветствие, вытягивая вперёд руку, а также маршировал немецким «гусиным шагом». Его одноклассники высмеивали его и он постепенно перестал рассказывать о прошлой жизни (неопубликованные данные) (US).

В случае нескольких рассмотренных выше профессий мы также наблюдали ещё ряд примеров. Также, дабы не раздувать данный текст, я не стал включать сюда примеры с детьми, которые в своей игре имитировали следующие профессии, которыми, предположительно владели в прошлой жизни: каменщик, полицейский, строитель, наездник на слоне, монах, укротитель змей. 

Игра в дочки-матери

С.Г., девочка из Индии, вспоминала жизнь женщины, умершей и оставившей малолетнюю дочь по имени Мину (Stevenson, 1966/1974) (S). Последними словами женщины, сказанными перед смертью своей тётке, были: «Кто позаботится о Мину?» (Тётка ответила, что она позаботится о Мину). Когда С.Г. было 1,5 года, и она едва начала разговаривать, её замечали прижимавшей к себе деревяшку или подушку, которые она называла «Мину». Кто-то догадался спросить её, кем была Мину, и С.Г. ответила: «Моей дочерью». После этого она стала оглашать дополнительные подробности жизни молодой матери, которая умерла, когда её дочь Мину была ещё ребёнком. Игра С.Г. послужила для её семьи первым признаком того, что она помнит «прошлую жизнь».

И.А. была девочкой из Ливана, которая вспоминала, что в «прошлой жизни» была женщиной по имени Зельма, муж которой застрелил её спустя пять дней после того, как она родила мальчика по имени Ганди (неопубликованные материалы) (S). Будучи маленьким ребёнком, И.А. держала куклу у своей груди так, как если бы это был младенец, сосущий грудное молоко. Куклу она называла Лейлой, что являлось именем одной из дочерей Зельмы. Однажды семья потеряла И.А. и её обнаружили около дома соседей, где жил мальчик, которого, как выяснилось, звали Ганди. И.А. говорила, что хочет покормить Ганди грудью. 

Игровое поведение, соответствующее половой принадлежности из прошлой жизни

Почти все дети, которые утверждают, что помнят прошлую жизнь в качестве человека противоположного пола, увлекаются переодеванием в раннем возрасте. Я не привожу такого поведения в качестве примера игры. Сообщения, что девочка «играет жёстко, как мальчик», также считаются недостаточными, чтобы считать их проявлениями игры, свойственной противоположному полу. Я же за подобные примеры считаю (а) особое или исключительное предпочтение игре, свойственной противоположному полу, (b) предпочтение игре с представителями противоположного пола.

Р.К. была девочкой из Шри-Ланки, которая вспоминала жизнь мальчика, утонувшего в колодце, когда тому было чуть более семи лет (Stevenson, 1977) (S). Когда Р.К. была маленькой, она демонстрировала предпочтения мальчишеским занятиям, таким как игра с воздушным змеем и каджу, отчасти напоминающую игру в шарики, в которую играют в США. Она проявляла умение в этих играх. Р.К. также присоединялась к мальчикам, когда те играли в крикет. Она каталась на велосипеде своего брата и, что более всего свойственно мужскому полу, по крайней мере в Шри-Ланке, она лазала по деревьям.

А.П. была девочкой из Таиланда, которая, подобно Р.К., вспоминала жизнь маленького мальчика, который утонул (Stevenson, 1983b) (S). Когда А.П. была маленькой, она любила мальчишеские игры и спорт, такой как бокс. Бокс везде ассоциируется с мужчинами, и это особенно так в Таиланде, так как правила тайского бокса разрешают наносить удары локтями, коленями, и ногами. Во время следующей моей встречи с А.П., когда ей было уже 15 лет, она сказала мне, что до сих пор увлекается боксом.

Присвоение куклам или иным объектам имён детей или других родственников «прежней личности»

В предыдущем разделе об игре в дочки-матери я упоминал, что С.Г. и И.А. давали деревяшке и кукле имена, соответственно, дочерей женщин, чьи жизни каждая из них вспоминала. Мы исследовали пять других примеров такого поведения, и я упомяну два из них.

С.Б. был маленьким мальчиком из Сирии, который вспоминал жизнь родственника по имени Саид (Stevenson 1966/1974) (S). Имена семи детей Саида были практически первыми словами, которые С.Б. произнёс. Когда он был ещё очень маленьким (я не узнал точного возраста), он достал пять баклажанов и две картофелины. Он назвал баклажаны именами пяти сыновей Саида, а картофелины именами двух его дочерей. Если кто-то притрагивался к этим овощам, он злился. Он хотел оставить их у себя насовсем.

Х.И. была девочкой из Ливана, которая вспоминала жизнь женщины по имени Вадад, имевшей пятерых детей (неопубликованные данные) (S). Когда она была ещё маленьким ребёнком, её мать принесла маленькую игрушечную кофемолку. На игрушке сверху были изображены фигуры трёх человек. Х.И. дала им имена трёх детей Вадад: Майя, Раджа и Самия. 

Игра в увлечения «прежней личности»

М.М.Т. был мальчиком из Бирмы, который вспоминал жизнь настоятеля буддийского монастыря Вен У Вартава (Stevenson, 1997) (S). Настоятель очень любил театрализованные представления, он и писал их, и ставил спектакли. Он организовал танцевальную группу и обучал своих учеников пению, танцам и игре на музыкальных инструментах. Он сам умело играл на флейте и ксилофоне. Будучи маленьким ребёнком, М.М.Т. демонстрировал большой интерес к музыке, любил пение и танцы. Он часто играл в куклы и соорудил маленькую игрушечную сцену. Он показывал спектакли с куклами и другими игрушками.

Г.П., девочка из Англии, вспоминала жизнь своей старшей сестры Джоанны, погибшей в возрасте 11 лет в автокатастрофе. Младшая сестра Джоанны Жаклин погибла в то же самое время. Однояйцевая сестра-близнец Г.П., которую звали Дж.П, вспоминала жизнь Жаклин (Stevenson, 1997) (S). Джоанна любила носить костюмы и участвовала в небольших театрализованных постановках, которые сама писала. Будучи маленьким ребёнком, Г.П., демонстрировала интерес к костюмированным представлениям. Дж.П не проявляла инициативы в таких играх, но участвовала в них вместе с сестрой.

Воспроизведение сцены смерти из прошлой жизни

М.С., мальчик из Бирмы, вспоминал жизнь мужчины, погибшего, когда паром, на котором тот был пассажиром, перевернулся и затонул (Stevenson, 1997) (S). Когда М.С находился в возрасте межу 2 и 3 годами, он иногда вживался в образ человека, пытавшегося сбежать с тонущего корабля. Он кричал: «Судно тонет. Помогите! Помогите!» Он воспроизводил эту сцену с приятелями, но я не узнал, какие роли он отводил им. Его мать пыталась прекратить подобную игру, потому что опасалась, что М.С может вызвать панику или даже катастрофу, когда они действительно находились на борту судна.

Р.С. был мальчиком из Ливана, который вспоминал жизнь мужчины по имени Сами Абутин, который выстрелил в себя, держа дуло пистолета под своим подбородком и каким-то образом спустив при этом курок (неопубликованные данные) (S). Он был один, когда убил себя, и не оставил предсмертной записки. Он поссорился со своим братом и был также расстроен из-за того, что планы женитьбы на любимой девушке сорвались, когда к ней проявил интерес другой мужчина. Когда Р.С. было около 3 лет, он подставил палку к своему подбородку, будто это был пистолет, и сказал своим братьям: «Не делайте этого». Такое поведение наблюдалось у него на протяжении более чем одного года. Когда ему было около 5 лет, и он играл, подставляя палку к подбородку, его отец спросил, что он делает. Тот ответил, что сделал это с собой. Он объяснил: «Я сделал это для моего двоюродного брата. Они обещали выдать её за меня, но не сделали этого».

Обсуждение

Многое из игрового поведения детей, вспоминающих «прошлые жизни», проявляется в форме автоматического, многократного повторения одних и тех же действий. Это представляет собой бессознательное проявление привычки. Так, когда я работал над черновым вариантом данной статьи, у меня была небольшая операция на левой руке, и на протяжении нескольких недель я вынужден был носить часы на правой вместо левой, на которой была шина. Я заметил, что, когда мне хотелось узнать точное время, я по привычке приподнимал левую руку, будто бы часы всё ещё были на ней. Интерпретация того, что игровое поведение детей, вспоминающих «прошлые жизни», выражается в привычке, кажется, применима ко всем типам игры, которые я перечислил в разделах о роде занятий, увлечениях и играх, соответствующих половой принадлежности в «прошлой жизни».

Требуется иное объяснение для случаев, когда дети вспоминали жизни родителей, умерших и оставивших после себя малолетних детей. В своей игре они стремятся воссоздать и продолжить не завершённое дело родителей, так, как если бы смерть не вмешалась в него. Реконструкция ребёнком смерти в прошлой жизни может служить проявлением памяти о травмирующем событии, которое достаточно сильно, чтобы выражаться не только во внутренних переживаниях, но и в физической активности, которую мы называем игрой. Кажется, такие дети имеют непроизвольные воспоминания, схожие с тем, что имеют люди, перенесшие травмирующую ситуацию в этой жизни, как в случае с жертвами Холокоста (Kuch and Cox, 1992). В игре дети могут выражать воспоминания о травмирующем событии в этой жизни (Saylor et al., 1992; Terr, 1981, 1988, 1991). Случаи, описанные мной, отличаются лишь тем, что они, кажется, проистекают из-за травмы, полученной не в этой жизни, а в прошлой.

Хотя все примеры необычного игрового поведения, которые я описал, за исключением двух, имели место в Азии, я думаю, что много примеров будет выявлено в Европе и Северной Америке, когда они будут исследованы более системно, нежели то это делалось до сих пор. Важным моментом для освещения этих случаев является стимулирование лиц, чья работа связана с детьми, с целью наблюдения и сообщения о фактах необычного игрового поведения у детей. Некоторые дети, которые увлекаются необычными играми, могут, возможно, спонтанно рассказывать о прошлых жизнях. Если они делают это, родителям стоит тщательно к ним прислушаться. Если они не говорят об этом, родители вправе спросить, почему дети увлекаются столь необычной игрой. 

Профессор Ян Стивенсон  

Источник: http://www.theravada.ru/Life/Real/igrovoe-povedenie.htm