Измени себя — изменится Мир вокруг
Лого oum.ru

Буддизм: кратко и понятно

буддизм, будда, бирма

Статья о буддизме — философском учении, которое часто принимают за религию. Вероятно, это не случайно. Прочитав небольшую статью о буддизме, вы сами решите, насколько буддизм можно отнести к религиозному учению, или, скорее, он является философской концепцией.

Буддизм: кратко о религии

Прежде всего, давайте с самого начала обозначим, что, хотя для большинства людей буддизм — это религия, в том числе и для его последователей, однако, на самом деле буддизм никогда не был религией и быть ей не должен. Почему? Потому что один из первых просветлённых, Будда Шакьямуни, несмотря на то, что сам Брахма вменил ему в обязанности передавать учение другим (о чём буддисты предпочитают умалчивать по очевидным причинам), никогда не хотел делать из факта своего просветления культ и тем более культ поклонения, который всё-таки впоследствии привёл к тому, что буддизм всё больше и больше стали понимать как одну из религий, и тем не менее буддизм таковой не является.

Буддизм — это в первую очередь философское учение, цель которого — направить человека на поиск истины, выхода из сансары, осознание и видение вещей такими, какими они являются (один из ключевых аспектов буддизма). Также в буддизме нет понятия бога, т. е. это атеизм, но в смысле «не-теизма», поэтому если и относить буддизм к религиям, то это нетеистическая религия, также как и джайнизм.

Ещё одно понятие, которое свидетельствует в пользу буддизма как философской школы, — это отсутствие каких-либо попыток «связать» человека и Абсолют, в то время как само понятие ре-лигии ('связывание') и есть попытка «связать» человека с Богом.

В качестве контраргументов защитники концепции буддизма как религии представляют то, что в современных обществах исповедующие буддизм люди поклоняются Будде и делают подношения, а также читают молитвы и т. д. На это можно сказать, что тенденции, которым следует большинство, никоим образом не отражают сути буддизма, но лишь показывают, насколько современный буддизм и его понимание отклонились от изначальной концепции буддизма.

Таким образом, уяснив для себя, что буддизм не является религией, мы можем наконец приступить к описанию главных идей и концепций, на которых базируется эта школа философской мысли.

Коротко о буддизме

Если говорить о буддизме кратко и понятно, то его можно было бы охарактеризовать двумя словами — «оглушительная тишина», — потому что понятие шуньяты, или пустоты, является основополагающим для всех школ и ответвлений буддизма.

Нам известно то, что, во-первых, за всё время существования буддизма как философской школы сформировалось множество его ветвей, самыми крупными из которых считаются буддизм «большой колесницы» (Махаяна) и «малой колесницы» (Хинаяна), а также буддизм «алмазного пути» (Ваджраяна). Также большое значение приобрёл дзен-буддизм и учение адвайты. Тибетский буддизм гораздо больше отличается от основных ветвей, чем другие школы, и некоторые считают именно его единственно верным путём.

Однако в наше время довольно сложно сказать, какая из множества школ действительно наиболее приближена к изначальному учению Будды о дхарме, потому что, к примеру, в современной Корее появились ещё более новые подходы к трактовке буддизма, и, разумеется, каждый из них претендует на право истинности.

Школы Махаяны и Хинаяны опираются главным образом на Палийский канон, а в Махаяне к ним добавляют ещё и Махаянские сутры. Но мы должны всегда помнить о том, что сам Будда Шакьямуни ничего не записывал и передавал свои знания исключительно устным путём, а иногда и просто через «благородное молчание». Лишь гораздо позже ученики Будды стали записывать эти знания, таким образом они дошли до нас в виде канона на языке пали и махаянских сутр.

Будда Шакьямуни

Во-вторых, из-за патологической тяги человека к поклонению были возведены храмы, школы, центры по изучению буддизма и т. д., что естественным образом лишает буддизм его первозданной чистоты, и с каждым разом нововведения и новообразования снова и снова отдаляют нас от основополагающих концепций. Людям, очевидно, гораздо больше по душе концепция не отсечения ненужного с целью видения «того, что есть», а, наоборот, наделения того, что уже есть, новыми качествами, приукрашиванием, что лишь уводит от изначальной истинности к новым трактовкам, неоправданным увлечениям ритуальностью и, как следствие, к забвению истоков под грузом внешнего декора.

Эта участь не только одного буддизма, а, скорее, общая тенденция, которая свойственна людям: вместо того, чтобы понять простоту, мы отягощаем её всё новыми и новыми умозаключениями, в то время как нужно было делать обратное и избавляться от них. Об этом и говорил Будда, об этом и его учение, и конечная цель буддизма как раз в том и состоит, чтобы человек осознал себя, своё Я, пустоту и недуальность сущего, чтобы в конце концов понять, что даже «Я» в действительности не существует, а оно есть не что иное, как конструкция разума.

В этом и состоит суть понятия шуньяты (пустоты). Для того чтобы человеку было проще осознать «оглушительную простоту» буддистского учения, Будда Шакьямуни учил о том, как правильно выполнять медитацию. Обычный ум получает доступ к знаниям через процесс логического дискурса, точнее, он рассуждает и делает выводы, таким образом приходя к новым знаниям. Но насколько они новы, можно понять из самих предпосылок их появления. Такое знание никогда не может быть действительно новым, если человек пришёл к нему логическим путём из пункта А в пункт Б. Видно, что он использовал отправные и проходящие точки для того, чтобы прийти к «новому» выводу.

Обычное мышление не видит в этом препятствий, в целом, это общепринятый метод получения знаний. Однако не единственный, не самый верный и далеко не самый эффективный. Откровения, посредством которых были получены знания Вед, — это другой и принципиально отличный способ доступа к знаниям, когда сами знания открывают себя человеку.

Особенности буддизма кратко: медитация и 4 вида пустоты

Мы провели параллель между двумя противоположными способами доступа к знаниям не случайно, т. к. медитация — это и есть тот метод, который позволяет со временем получать знания непосредственным образом в виде откровений, прямого видения и знания, что принципиально не возможно сделать, пользуясь так называемыми научными методами.

Конечно, Будда не дал бы медитацию для того, чтобы человек научился расслабляться. Расслабление — это одно из условий для входа в состояние медитации, поэтому говорить о том, что сама медитация содействует расслаблению, было бы ошибочно, но именно так часто представляют медитационный процесс людям несведущим, новичкам, отчего складывается неверное первое впечатление, с которым люди и продолжают жить.

Медитация — это тот ключ, который раскрывает перед человеком величие пустоты, той самой шуньяты, о которой мы говорили выше. Медитация — это центральная составляющая учения буддизма, потому что только через неё мы можем познать пустоту. Опять же, речь идёт о философских концепциях, а не о физико-пространственных характеристиках. Медитация в широком смысле слова, в том числе медитация-размышление, также приносит свои плоды, потому что человек уже в процессе медитационного размышления понимает, что жизнь и всё сущее обусловлено, — это и есть первая пустота, санскрита шуньята — пустота обусловленного, что означает, что в обусловленном отсутствуют качества необусловленного: счастье, постоянство (вне зависимости от продолжительности) и истинность.

Вторая пустота, асанскрита шуньята, или пустота необусловленного, также может стать понятной благодаря медитации-размышлению. Пустота необусловленного свободна от всего обусловленного. Благодаря асанскрите шуньяте, нам становится доступно видение — видение вещей такими, какие они есть на самом деле. Они перестают быть вещами, и мы наблюдаем лишь их дхармы (в этом значении дхарма понимается как некий поток, не в общепринятом смысле слова «дхарма»). Однако и здесь путь не заканчивается, потому что Махаяна считает, что и сами дхармы есть некая вещественность, поэтому и в них нужно найти пустоту.

Ступа 1.jpg

Отсюда мы приходим к третьему виду пустоты — Махашуньяте. В ней, а также в следующем виде пустоты шуньяте шуньяты, кроется отличие буддизма традиции Махаяны от Хинаяны. В двух предыдущих видах пустоты мы всё ещё признаем двойственность всего сущего, дуальность (это то, на чём основана наша цивилизация, противоборство двух начал — плохого и хорошего, злого и доброго, малого и великого и т. д.). Но в этом и коренится заблуждение, т. к. нужно освободиться и от принятия различий между обусловленностью и необусловленностью бытия, и даже больше — нужно прийти к тому, чтобы понять, что пустота и непустота — лишь ещё одно порождение ума.

Это умозрительные концепции. Конечно, они помогают нам лучше разобраться в концепции буддизма, но, чем дольше мы цепляемся за дуальную природу сущего, тем дальше мы находимся от истины. В этом случае под истиной опять же понимается не некая идея, потому что и она была бы вещественной и принадлежала, как и любая другая идея, к миру обусловленного, а следовательно, не могла бы быть истинной. Под истиной следует понимать ту самую пустоту махашуньяты, которая приближает нас к истинному видению. Видение не судит, не разделяет, поэтому его и называют видением, в этом его принципиальное отличие и преимущество перед мышлением, потому что видение даёт возможность увидеть то, что есть.

Но и сама махашуньята — это ещё одна концепция, а следовательно, не может быть полнейшей пустотой, поэтому четвёртой пустотой, или шуньятой, называется свобода от каких бы то ни было концепций. Свобода от размышлений, но чистое видение. Свобода от самих теорий. Только свободный от теорий ум способен увидеть истину, пустоту пустоты, великую тишину.

В этом величие буддизма как философии и его недосягаемость по сравнению с другими концепциями. Буддизм велик тем, что он ничего не пытается доказать или в чём-то убедить. В нём нет авторитетов. Если же вам скажут, что есть, — не верьте. Бодхисаттвы приходят не для того, чтобы вам что-то навязать. Всегда помните изречение Будды о том, что если вы встретите Будду, убейте Будду. Нужно открыться пустоте, услышать тишину — в этом правда буддизма. Его апелляция — исключительно к личному опыту, открытию для себя видения сути вещей, а впоследствии и их пустоты: в этом заключена кратко концепция буддизма.

Мудрость буддизма и учение о «Четырех благородных истинах»

Здесь мы сознательно не стали упоминать о «Четырёх благородных истинах», которые повествуют о дуккхе, страдании, — одном из краеугольных камней учения Будды. Если вы научитесь наблюдать за собой и за миром, вы и сами придёте к этому выводу, а также к тому, каким образом можно избавиться от страдания, — тем же самым, каким вы его обнаружили: нужно продолжать наблюдать, видеть вещи без «соскальзывания» в суждение. Только тогда их можно увидеть такими, какие они есть. Невероятная по своей простоте философская концепция буддизма между тем доступна своей практической применимостью в жизни. Она не выдвигает условий и не раздаёт обещаний.

Учение о колесе сансары и реинкарнациях также не является сутью этой философии. Объяснение процесса перерождения — это, пожалуй, как раз то, что делает её применимой для использования в качестве религии. Этим она объясняет, почему человек появляется в нашем мире раз за разом, также это действует в качестве примирения человека с действительностью, с той жизнью и воплощением, которое он проживает в этот момент. Но это лишь объяснение, уже данное нам.

Жемчужина мудрости в философии буддизма заключена именно в способности и возможности человека увидеть то, что есть, и проникнуть за завесу тайны, в пустоту, без какого бы то ни было вмешательства со стороны, при отсутствии посредника. Это именно то, что делает буддизм гораздо более религиозным философским учением, чем все другие теистические религии, т. к. буддизм предоставляет человеку возможность найти то, что есть, а не то, что нужно или кто-то предписал искать. В нём нет цели, а следовательно, он даёт шанс для настоящего поиска или, правильнее сказать, для видения, открытия, потому что, как бы парадоксально это ни звучало, но нельзя найти того, к чему стремишься, что ищешь, чего ожидаешь, т. к. искомое становится всего лишь целью, а она запланирована. По-настоящему найти можно лишь то, чего не ждёшь и не ищешь, — только тогда это и становится настоящим открытием.