Измени себя — изменится Мир вокруг

Джатака о радостном следовании Дхарме

«С определённой хитростью во всех трёх положениях…» — это рассказал Учитель, пребывая в Каушамби, в парке Бадарика, по поводу тхеры Рахулы. Когда в то время Учитель находился в городе Атави1, у памятника Аргала, многие упасики и бхикшуни пришли в монастырь, чтобы послушать Дхарму. Слушание Дхармы проходило днём. Когда же подошло время, то упасики и бхикшуни не явились, а пришли только бхикшу и упасаки2. С этого времени слушание Дхармы проходило ночью. После слушания Дхармы старшие бхикшу отправлялись в свои покои. Молодые же спали рядом с упасаками в зале ожидания. Когда они там заснули, некоторые во сне храпели, бормотали и скрипели зубами, некоторые же просыпались, поспав лишь мгновение. Заметив такие изменения, они сообщили об этом Бхагавану (Блаженному). Бхагаван сказал: «Тот бхикшу, что спит рядом с непосвящённым, должен совершить покаяние». Провозгласив так монашеское правило, он отправился в Каушамби.

Тогда монахи сказали почтенному Рахуле: «Дорогой Рахула, монашеское правило было провозглашено Бхагаваном, теперь ищи себе место для жизни». Раньше из почтения к Бхагавану и из-за радости этого достопочтенного в соблюдении заповедей монахи охотно принимали его, когда он приходил в их обитель, подготавливали небольшой ночлег и давали ему одеяние в качестве подушки; в этот день, однако, они не предоставили ему жилище, опасаясь монашеского правила. Благородный Рахула не пошёл к Бхагавану, ибо подумал: «Это мой отец», или к Предводителю Дхармы3, ибо подумал: «Это мой наставник», или к Махамаудгальяяне, ибо подумал: «Это мой учитель», или к тхере Ананде, ибо подумал: «Это мой дядя»4; вместо этого он вошёл в отхожее место, отведённое для Бхагавана, так, как если бы он входил в обитель Брахмы, и поселился там. Дверь же отхожего места Будд крепко закрыта, пол покрыт благовониями, вокруг разложены благоухающие гирлянды и венки, и всю ночь горит светильник. Благородный Рахула остановился в этой обители не из-за этого великолепия, а потому что монахи сказали ему: «Найди себе место для проживания», а также из уважения к предписанию и радости от следования монашеским правилам он остался там.

Иногда, когда монахи видели издалека приближающегося Достойного Почтения5, они, чтобы подвергнуть его испытанию, выбрасывали метлу или кучу грязи на улицу, а когда он приходил, спрашивали: «Уважаемый, кто это бросил?». Затем, когда кто-то говорил: «Рахула шёл этой дорогой», он не отвечал: «Господин, я об этом ничего не знаю» — и убирал всё, и уходил, прося прощение словами: «Извините, Господин». Такова была его радость в следовании монашеским предписаниям, и из-за этой радости в следовании монашеским предписаниям он поселился там.

Затем, перед рассветом, Учитель подошёл к двери отхожего места и кашлянул. Достойный Почтения тоже кашлянул. «Кто там?», — спросил Будда. «Это я, Рахула», — ответил он, вышел и поклонился ему. Будда спросил далее: «Почему, Рахула, ты расположился здесь?» Рахула ответил: «Потому что мне негде было жить. В прошлом, Господин, бхикшу принимали меня, но теперь они больше не дают мне приюта, боясь совершить проступок. Я подумал: «В это место не приходят другие», поэтому я и прилёг здесь». Тогда Бхагаван подумал: «Если бхикшу так вытеснили Рахулу, как они поступят с другими молодыми людьми из семьи, когда посвятят их в монахи?»

Затем, рано утром, он созвал монахов и спросил Предводителя Дхармы: «Знаешь ли ты, Шарипутра, где сегодня расположился Рахула?» Он ответил: «Я не знаю, Господин». «Шарипутра, — продолжил Будда, — сегодня Рахула расположился в отхожем месте. Если вы, Шарипутра, так отвергаете Рахулу, что вы будете делать с другими молодыми людьми из семьи, когда посвятите их в монахи? Если это так, то те, кто стали монахами в моей Дхарме, не будут оставаться в общине. Впредь позволяйте тому, кто ещё не посвящён, оставаться у себя день или два, а на третий день найдите для него место, где он мог бы жить, и так он будет жить отдельно». С этими словами он дал последующее предписание и так провозгласил монашеское правило.

Как-то бхикшу собрались в зале для слушания Дхармы и рассказывали о добродетели Рахулы: «Посмотрите, друзья, с какой радостью этот Рахула следует монашеским правилам. Когда ему сказали: «Найди место для проживания», он не отказал бхикшу словами: „Я сын Бхагавана; что вам до места жительства? Уходите вы!“, а поселился в отхожем месте». Когда они так беседовали, Учитель вошёл в зал для слушания Дхармы, сел на своё украшенное сиденье и спросил: «Для какого разговора вы, о бхикшу, сейчас собрались здесь?». Они ответили: «Господин, для разговора о добродетели Рахулы и ни о чём другом». На это Учитель сказал: «Не только сейчас, о бхикшу, Рахула искренне следовал монашеским правилам всем сердцем, но и раньше, когда он принял рождение в теле животного, он рьяно стремился следовать предписаниям». И он поведал о былом.

Однажды в Раджагрихе правил царь [страны] Магадха. В то время Бодхисаттва родился газелью и пребывал в лесу, окружало его стадо газелей. Как-то раз его сестра привела к нему своего маленького сына и сказала: «Брат, научи своего племянника уловкам газелей». Бодхисаттва согласился, сказав «Хорошо», и промолвил: «Иди, дорогой, в такое-то и такое-то время приходи и учись». Тот не пропустил указанное дядей время, пришёл к нему и выучил уловки газелей.

Однажды, когда он шёл по лесу, он попал в капкан и издал крик: «Капкан!». Стадо газелей убежало и сообщило его матери: «Твой сын попал в капкан». Затем она обратилась к своему брату и спросила: «Брат, выучил ли твой племянник уловки газелей?». Бодхисаттва сказал: «Не бойся за своего сына, он хорошо усвоил уловки газелей, радостный, он теперь вернётся». И он произнёс такую гатху:

«С определённой хитростью во всех трёх положениях,
С восемью копытами, не ходя на водопой после полуночи,
Дыша лишь в сторону земли,
Освободится, благо, мой племянник, благодаря шести искусствам».
Показав так, что его племянник усвоил уловки газелей, он успокоил свою сестру.

Когда же молодая газель попала в капкан, она не дёргалась, а вытянула ноги и легла на бок во весь рост; там, где лежали её ноги, она соскребла копытами пыль и траву, выпустила кал и мочу, опустила голову, высунула язык и смочила тело слюной, втянула воздух внутрь, отчего её тело раздулось, зажмурила глаза, вдохнула воздух только через нижнюю ноздрю и задержала воздух в верхней ноздре, сковала всё тело и притворилась мёртвой. Синие мухи кишели вокруг неё. Тут и там сели вороны. Когда охотник пришёл, он направил копьё на её тело и подумал: «Она уже рано утром попала в ловушку, она стала смердеть». Затем он развязал её петлю и, желая выпотрошить её и уйти с её мясом, начал беспечно собирать ветки и листья, чтобы разжечь костер. Тогда молодая газель поднялась, встала на ноги, встряхнулась, вытянула шею и побежала к своей матери так быстро, как облако, разрываемое сильным ветром.

Закончив эту проповедь словами: «Не только сейчас, о бхикшу, Рахула тщательно соблюдал предписания, но и раньше он поступал так же», Учитель так отождествил перерождения: «Тогда молодой газелью-племянником был Рахула, его матерью была Утпалаварна, а газелью-дядей же был я сам».