Джатака о грядах в лесу

джатаки, Будда, дхарма, сангха, "Здесь, батюшка, не место грядкам…" – это Учитель произнёс в роще Джеты по поводу одного мирянина, заботившегося о своём отце. Родом он был из бедной семьи. Когда мать его умерла, ему пришлось содержать старика отца. Он вставал рано и, едва умывшись и почистив зубы, шёл на поденщину – когда пахать, когда на разную домашнюю работу, – а на свой заработок покупал рис и готовил отцу поесть.

И вот однажды отец сказал ему: "Сынок, тебе теперь приходится и домашнее хозяйство вести, и деньги зарабатывать. Что, если я тебя женю? Домашнее хозяйство ляжет тогда на жену". – "Не стоит, батюшка. Появится у нас в доме женщина, так ни тебе, ни мне покою не будет. Лучше без этого обойтись. Я о тебе буду заботиться, пока ты жив, а там уж видно будет". Отец всё же женил сына против его воли. Невестка попалась работящая, покладистая; ни свёкру, ни мужу не перечила. Муж был рад, что она оказалась послушной и смотрела за стариком, и весь свой заработок приносить стал ей. Она уж сама распоряжалась деньгами и свёкру еду готовила. И тут ей пришло на ум: "Чего бы муж ни принёс в дом – всё отдаёт мне. Наверное, отец ему в тягость. Попробую-ка я настроить как-нибудь мужа против свёкра и выживу старика из дому". И она принялась за дело: подаст старику то слишком горячей воды, то слишком холодной, кашу то пересолит, а то недосолит, то сварит слишком густую, а то – слишком жидкую…

Так она всячески старалась его раздражать, а когда он сердился, то поднимала крик и шла на ссоры: на этого старика, мол, угодить невозможно. Раз наплевала она в разных местах и наябедничала мужу: "Ты посмотри, что твой отец делает! А стоит мне ему слово сказать, так он злится. Не могу я с ним жить в одном доме". – "Знаешь, милая, – сказал муж, – ты ещё молода, приживёшься и в другом месте, а старику идти из дому некуда. Если ты его терпеть не можешь, то сама и уходи". Жена перепугалась и бросилась свёкру в ноги: "Простите меня, больше такого не будет". С тех пор всё в доме стало по-прежнему. А муж был несколько дней так этими делами удручён, что и к Учителю не приходил послушать проповедь дхармы. Когда же жена его образумилась, он снова пришёл. "Почему ты, мирянин, целую неделю не приходил к нам послушать дхарму?" – спросил его Учитель. Тот всё ему рассказал. "На этот раз всё обошлось, – сказал Учитель. – Ты ей не поддался и не выгнал отца из дому. А вот в прошлом вышло иначе: ты пошёл на поводу у жены и повёз своего отца на кладбище. Там бы ему и конец пришёл. Хорошо, что я рядом оказался. Я ведь тогда был твоим семилетним сыном, заступился за старика и не дал совершиться отцеубийству. Ты внял мне в тот раз и согласился кормить и опекать своего старого отца до самой его кончины, а потому и возродился после на небесах. И знаешь ли, почему ты не послушался теперь своей жены? Это я тебе тогда ещё наказал, чтобы ты заботился о своих родителях во всех грядущих жизнях, а не только в той". И по просьбе мирянина Учитель рассказал о былом.

"Давным-давно в Варанаси правил царь Брахмадатта. Тогда в одной семье, что жила в какой-то деревне царства Каши, был один-единственный сын, и звали ею Васиштха. Он кормил своих престарелых родителей, а когда мать его умерла, стал один ухаживать за отцом… Короче, всё происходило почти так же, как и на этот раз. Разница только вот в чём: жена тогда не просто сказала: "Ты посмотри, что твой отец делает! А стоит мне ему слово сказать, так он злится", – она ещё добавила: "Господин, отец у тебя груб, сварлив, только и ищет ссор. Не могу я с ним жить в одном доме. К тому же не сегодня-завтра ему помирать. Он и так уж больной и дряхлый – долго не протянет. Одним словом, вырой ему могилу на кладбище, отруби голову лопатой и закопай". Так она повторяла не раз. Наконец муж сказал: "Милая, убить отца – тяжкое преступление. Как же мне на это пойти?" – "Я могу тебя научить". – "Ну что ж, научи". – "Господин, зайди с утра к отцу, пока он не встал с постели, и скажи громко, так, чтобы всем слышно было: "Батюшка! У вас есть в соседней деревне должник. Мне он без вас долга не отдает, а когда вас не станет, так и вовсе платить откажется. Давайте поедем к нему вместе с утра". Время пусть он сам назначит, а ты поезжай с ним на телеге на кладбище, убей его там и закопай. Потом дело выставишь так, будто на вас напали разбойники, никто тебя и не заподозрит". – "Пожалуй, так можно", – согласился Васиштха и пошёл готовить телегу. А у него был сынок – умный мальчик семи лет. Он услыхал слова матери и подумал: "У меня мать – злодейка! Она подбивает отца, чтобы он убил дедушку. Только я ему убить дедушку не дам!" И он незаметно лёг спать вместе с дедом. Васиштха наутро в назначенный час запряг волов и позвал отца: "Поехали, батюшка, к должнику". А мальчик забрался в телегу раньше деда, и Васиштха не решился его прогнать. Так и приехали на кладбище втроём. Дед с мальчиком продолжали сидеть в телеге, а Васиштха взял заступ и корзину, в какой землю таскают, выбрал укромное место и стал копать там четырёхугольную яму. Тут мальчик слез с телеги, тихонько подошёл к отцу и с простодушным видом спросил:

"Здесь, батюшка, не место грядкам, 
Ты лес не путай с огородом! 
В густом лесу, среди погоста 
К чему ты эту яму роешь?" 

Отец ответил:

"Наш дедушка совсем стал дряхлым 
И хворями вконец измучен. 
Такая жизнь ему не в радость, – 
Пора бы лечь ему в могилу". 

Тогда мальчик про себя сказал:

"Кровавое задумал дело 
Отец, ожесточившись сердцем!" 

Забрал он у отца лопату и стал рядом копать другую яму. Отец подошёл и спросил: "Сынок, а ты зачем яму копаешь?" Сын объяснил:

"Отец, когда ты постареешь, 
Я так же поступлю с тобою 
И соблюду обычай рода – 
Ты у меня в могилу ляжешь". 

Отец воскликнул:

"Ты дерзко отвечаешь старшим 
И лютой злобой переполнен! 
Неужто ты, дитя родное, 
Отца подталкиваешь к смерти?" 

Разумный мальчик отвечал:

"Нет, батюшка, какая злоба! 
Я лишь добра тебе желаю. 
Но ты замыслил злодеянье, 
И удержать тебя придётся. 
Кто мать или отца, Васиштха, 
Безвинных, кротких, злобно мучит, 
Тот после расставанья с телом 
В ад попадает непременно. 
Но кто отца и мать родную 
Поддерживает и лелеет, 
Тот после расставанья с телом 
В рай попадает непременно". 

Услышав эти речи о дхарме из уст своего сына, отец промолвил:

"Видать, сынок, что ты не враг мне, 
И только блага мне желаешь. 
Я ж чуть не стал отцеубийцей – 
Жена к греху меня склонила". 

"Батюшка, – сказал ему на это мальчик. – Если стерве потакать, она в грехах удержу знать не будет. Надо мою мать так проучить, чтобы она впредь ни о чём подобном не смела и подумать.

Твоя жена неблагородна, 
И хоть она мне мать родная, 
Гони её скорей из дому, 
Иначе бед не оберёшься". 

Послушался Васиштха своего умного сына, просветлело у него на сердце. "Поехали домой, сынок", – сказал он и вместе с сыном и стариком отцом отправился назад. А паскудница жена сидела дома рада-радёшенька: "Выгнала я из дому моё злосчастье!" Она обмазала пол свежим коровьим навозом1 сготовила обед и села дожидаться мужа. И вдруг видит: они приехали все вместе. Разозлилась она и давай бранить мужа: "Ах ты, олух! На что ты наше злосчастье обратно привёз!" Васиштха, слова худого не говоря, распряг волов, а потом как прикрикнет: "Что ты, негодная, посмела сказать?" Задал он ей хорошую трёпку и выволок её за ноги из дому: "Вон отсюда, чтобы и духу твоего здесь не было!" Он принёс старику и мальчику воды умыться, умылся сам, и все трое сели обедать. А злодейка жена устроилась жить у соседей. Тут сын и говорит отцу: "Батюшка, моя мать пока ещё ничего не поняла. Надо бы её как следует окоротить. Ты сделай, пожалуй, вот как. Пусти слух, что есть у тебя в соседней деревне двоюродная сестра и ты хочешь на ней жениться – взять в дом новую хозяйку. Она, мол, и за сыном, и за отцом смотреть станет. Выезжай из дому с цветами и благовониями – вроде бы свататься, а на самом-то деле поезди день по окрестным полям и вернись к вечеру". Отец так и делал, а соседки тут же донесли его жене: "Твой муж уехал в другую деревню за новой женой". – "Пропаду я теперь, – испугалась она. – Мне уж дороги назад не будет". И решила она попросить помощи у сына. Пришла к нему тайком, бросилась в ноги и говорит: "Сынок, кроме тебя, мне надеяться не на кого. Обещаю тебе: я теперь и отца твоего, и твоего деда почитать буду как святыни в храме. Лишь бы ты помог мне вернуться домой". – "Ладно, матушка, постараюсь, раз ты такое пообещала. Смотри только, слово держи", – сказал мальчик, а когда приехал домой отец, он попросил:

"Твоя жена неблагородна, 
Но ведь она мне мать родная. 
Она смирилась и покорна. 
Пусти её домой обратно!" 

Так мальчику удалось вернуть мать домой. Пришла она, повинилась перед мужем и свёкром и с тех самых пор стала кроткой, следовала во всём дхарме и угождала домашним. И оба они – и отец, и мать, – следовали наставлениям мальчика, приносили дары и совершали иные благие дела и после смерти возродились на небесах". Рассказав эту историю, Учитель изъяснил арийские положения и отождествил перерождения: "Отец, сын и сноха – те же, что и теперь, а умным мальчиком был я сам". Мирянин, вняв изъяснению, обрёл плод прорезавшегося слуха.

вернуться в ОГЛАВЛЕНИЕ