С восклицания: "Когда глупец к сравненьям прибегает..." - Учитель - он жил тогда в Джетаване - принялся рассказывать о тхере по имени Лалудайи.
Этот тхера, рассказывают, произнося слова дхаммы, никогда не знал, что следует говорить в одном месте, а что в другом. Так, во время праздника, когда все ждали от него благословений, он вдруг разражался словами, предвещающими несчастье: "Вне огороженных пространств обретаются они и на пересечениях больших дорог!" А в дни скорби он вдруг обращался к славословиям, словно воздавал хвалу обрушившимся несчастьям. "Да будут благословенны такие дни, как сегодня, - восклицал он, - и да снизойдёт на вас такая же благодать, как ныне, сто и тысячу раз!" - или даже: "Благодатью наполнили мысли свои многие боги и люди!"
Как-то раз, сойдясь в зале собраний, монахи принялись дружно осуждать его, говоря: "Почтенные, этот Лалудайи просто не знает, где что говорить: везде и всюду он несёт нечто несуразное". В эту самую минуту вошёл Учитель и спросил: "О ком это вы, братия, здесь беседуете?" "О Лалудайи", - ответили монахи. "О бхиккху, - сказал тогда Учитель, - не только ведь ныне Лалудайи, едва открыв рот, начинает нести вздор, не ведая, что можно говорить, а чего нельзя: он и в прежние времена, да и всегда, был таким же точно болваном". И, поясняя сказанное, Учитель поведал монахам о том, что было в прошлой жизни.
"Во времена стародавние, когда на бенаресском троне восседал царь Брахмадатта, бодхисаттва родился сыном богатого брахмана. Впоследствии выучившись в Таккасиле всем наукам, он вернулся в Бенарес и стал всемирно прославленным наставником, у которого было сразу пятьсот юных