Вималакирти нирдеша сутра. Глава III. Ученики

Вималакирти удивлялся, почему великосострадальный Будда не проявляет жалости к нему пока он лежит в постели, мучимый недугом. Будда узнал его мысль и сказал Шарипутре: «Пойди к Вималакирти и справься о его здоровье от моего имени».
Шарипутра ответил: «Благороднейший Мира, я не в состоянии обратиться к нему и справиться о его здоровье. Причина в том, что однажды, когда я сидел в созерцании в роще под деревом, подошёл Вималакирти и сказал: «Шарипутра, созерцание – это не только сидение. Ибо созерцание означает неявленность тела и ума в трёх мирах (желания, формы и неформы); непозволение мысли войти в неактивность, когда в Нирване, и вместе с тем в мире, поведение, вызывающее уважение (56); неуклонение от Истины при одновременном внимании к мирским делам; ум, не пребывающий ни внутри, ни снаружи; незатронутость ложными взглядами во время практики тридцати семи помогающих ступеней, ведущих к просветлению (57); неустранение омрачений (клеша) при вступлении в состояние Нирваны. Если ты сможешь сидеть в созерцании таким образом, ты достигнешь печати Будды».

Благороднейший Мира, я был ошеломлён, слушая его речь, и не нашёл ни слова в ответ. Поэтому я не в состоянии обратиться к нему по поводу его здоровья».

Тогда Будда сказал Маудгальяне: «Пойди к Вималакирти и узнай о его здоровье от моего имени».

Маудгальяна ответил: «Благороднейший Мира, я не готов обратиться к нему, чтобы справиться о его здоровье. Причина та, что как-то, когда я пришёл в Вайшали, чтобы разъяснять Дхарму мирским последователям (упасакам) на улице, подошёл Вималакирти и сказал: «Маудгальяна, излагая Дхарму этим упасакам, тебе не следует проповедовать подобным образом, ибо то, чему ты наставляешь, должно отвечать абсолютной Дхарме, которая свободна от иллюзии живых существ (58); свободна от самости, ибо она за пределами эго; от жизни, ибо она за рамками рождения и смерти, и свободна от понятия о человеке, не имеющему непрерывности, хотя и кажущемуся непрерывным, подобно факелу при вращении; всегда спокойна, ибо она за пределами волнений дхарм; она невыразима, ибо – за границами слова и речи; необъяснима, ибо – за гранью интеллекта; бесформенна как пустое пространство; за границей софистики, ибо – не материальна; свободна от эго, ибо она – за гранью дуальности субъекта и объекта; свободна от различения, так как – за горизонтом сознания; вне всякого сравнения, ибо – за пределами всех относительностей; за пределами причины, ибо – беспричинна; идентична Дхармате, основополагающей природе всех вещей; в согласии с абсолютным, ибо – независима; пребывает в сфере абсолютной реальности, будучи выше и за пределами двойственности; недвижима, ибо не опирается на шесть объектов чувств; ни приходит, ни уходит, ибо нигде не установлена;  в соответствии с пустотой, бесформенностью и недеянием (59); за рамками красоты и удобства; ни приумножается, ни убывает; за границами созидания и разрушения; никуда не возвращается; выше шести органов чувств – глаза, уха, носа, языка, тела и ума; ни поднимается, ни опускается; вечна и неизменна; и за пределами созерцания и практики.

Маудгальяна, при таких характеристиках Дхармы как можно её разъяснять? Ибо разъяснение её – за пределами речи и указания, а слушание её – выше слышания и схватывания. Это подобно факиру-заклинателю, толкующему Дхарму людям, погруженным в иллюзию, и тебе надлежит всегда помнить это, когда ты излагаешь Дхарму. Тебе необходимо чётко видеть острые или тупые корни твоей аудитории и хорошо разбираться в этом, чтобы устранить всякого рода препятствия. Прежде чем наставлять в Дхарме, тебе нужно применить своё сострадание, чтобы тем самым возвысить для них Махаяну, и подумать о возвращении твоего собственного долга благодарности Будде, прилагая усилия к сохранению Трёх Драгоценностей во все времена».

«Когда Вималакирти говорил, восемьсот упасак установили свои умы на поиски высшего просветления. Мне же не достаёт красноречия, и поэтому я не готов обратиться к нему и справиться о его здоровье».

Тогда Будда сказал Махакашьяпе: «Иди к Вималакирти и справься о его здоровье от моего имени».

Махакашьяпа ответил: «Благороднейший Мира, я не готов обратиться к нему и справиться о его здоровье. Дело в том, что когда однажды я, прося подаяние, шёл по узкой улочке, где проживал бедный люд, подошёл Вималакирти и сказал: «Махакашьяпа, тебе не удастся сделать свой доброжелательный и сострадательный ум всеохватным, если ты будешь просить подаяние у бедных и при этом останешься в стороне от богатых.

Махакашьяпа, в твоей практике беспристрастности тебе следует обращаться подряд ко всем подносящим милостыню независимо от того, бедны они или богаты. И тебе надо бы просить пищу без тайной мысли съесть её. Чтобы устранить идею о скатывании (в руке пищи в шарик) (60), тебе должно брать её рукой (то есть без идеи о том, как ты её принимаешь). Тебе следует принимать пищу, данную без мысли о получении чего-либо. Входя в деревню, ты должен считать её пустой, подобно пустому пространству. Когда видишь форму – оставаться безразличным к ней. Когда слышишь голос – считать его также лишённым смысла, как и эхо. Когда чувствуешь запах – прими его за ветер, (не имеющий запаха). Когда ешь – воздерживайся от различения вкуса. Всё осязание рассматривай так, как если бы ты реализовывал мудрость, свободную от чувства и эмоций. Тебе следует знать, что все вещи иллюзорны, не имеют природы ни своей собственной, ни какой-либо ещё, и что, поскольку в основе своей они не самосущи, они тогда не могут быть предметом аннигиляции.

Махакашьяпа, если ты можешь достигнуть всех восьми форм освобождения (61), не удерживаясь от восьми мирских способов жизни, то есть познавая все как исходящие из одного и того же источника, и если ты можешь подносить твою собственную пищу всем живым существам также, как всем Буддам и всем членам Сангхи, тогда ты можешь брать эту пищу. Такой способ принятия пищи – за пределами омрачений и отсутствия омрачений; выше состояния тишины и отсутствия тишины; и за границами пребывания либо в мирском состоянии, либо в нирване; так как подающие тебе не пожинают ни больших, ни малых заслуг, то, что они подают, ни полезно, ни вредно. Это правильное вступление на путь Будды без опоры на малый путь шраваков. Махакашьяпа, если ты сможешь вот так есть пищу, подаваемую тебе, твоя еда не будет напрасной».

Благороднейший Мира, выслушав его слова, прежде никогда мной не слыханные, я взрастил глубокое уважение ко всем Бодхисаттвам и подумал: «При такой его мудрости и силе речи кто не преуспеет развить ум, установленный на высшем просветлении?» С тех пор я воздерживаюсь побуждать людей следовать практикам шраваков и пратьяка-будд. Поэтому я не готов обратиться к нему и справиться о его здоровье».

Будда тогда сказал Субхути: «Ты обратишься к Вималакирти и справишься о его здоровье от моего имени».

Субхути отвечал: «Я недостоин обратиться к нему, чтобы узнать о его здоровье. Причина в том, что когда я однажды подошёл к его дому, прося подаяние, он взял мою чашу для подаяний и наполнил её рисом со словами: «Субхути, если ум твой, сконцентрированный на приёме пищи, остаётся в том же состоянии, что и при встрече с другими вещами, и если это единообразие в отношении всех вещей равно применимо к еде, тогда ты можешь просить пищу и есть её. Субхути, если без отсечения похоти, гнева и неведения ты можешь воздержаться от этих трёх зол; если ты не ждёшь смерти своего тела, чтобы достигнуть единства со всеми вещами; если ты не устраняешь тупость и любовь-привязанность в своём поиске просветления и освобождения (63); если ты, чтобы снискать освобождение, можешь разглядеть основополагающую природу пяти ядов (64) и при этом не иметь никакой идеи ни о рабстве, ни о свободе; если ты не взращиваешь видение ни Четырех Благородных Истин, ни их противоположностей; если ты не держишься концепции как достижения, так и недостижения плода святости; если ты не считаешь себя ни мирским, ни не-мирским человеком, ни святым, ни не-святым; если ты совершенствуешь все дхармы, воздерживаясь от концепции дхарм, тогда ты можешь получать и есть пищу. Субхути, если ты не видел Будды, не слышал Дхармы; если шесть еретических учителей – Пурана-кашьяна, Маскари-гошалипутра, Саньджая-вайратипутра, Аджита-кошакамбала, Какуда-Катьяяна, а также Ниргрантха-джнятипутра (66) рассматриваются беспристрастно как твои собственные учителя и если, когда они вводят в ересь оставивших свои дома, ты также падаешь по причине этого; тогда ты можешь взять пищу и съесть её. Если ты непредвзят относительно впадания в ересь и полагаешь себя не достигающим другого берега; если ты непредвзят относительно восьми скорбных условий (67) и полагаешь себя несвободным от них; если ты непредвзят относительно омрачений и отказываешься от концепции чистой жизни; если при реализации тобою самадхи, где отсутствуют дебаты или диспуты, все живые существа также достигают его; если твои податели пищи не рассматриваются с пристрастием как культивирующие поле блаженства; если на тех, кто делает тебе подношения смотрят беспристрастно также как на выпадающих в три дурные области существования; если ты считаешь демонов своей компанией, не отличая их также как другие формы омрачения; если ты недоволен всеми живыми существами, порочишь Будду, нарушаешь закон (Дхарму), не достигаешь святого положения и не преуспеваешь в снискании освобождения, тогда ты можешь получить пищу и  и съесть её».

«Благороднейший Мира, выслушав его слова, которые были за пределами моего постижения, я был обескуражен и не нашёл, что ответить. Тогда я отложил чашку с рисом и собрался покинуть его дом, но Вималакирти сказал: «Субхути, возьми без страха чашу с рисом. Ты пугаешься, когда Татхагата побуждает человека, охваченного иллюзиями, задавать вопросы?» «Нет», – отвечал я. Тогда он продолжил: «Все вещи иллюзорны, и тебе ничего не следует бояться. Почему? Потому что слова и речь иллюзорны. Так что, мудрые люди не привязываются к словам и речи и оттого они ничего не боятся. Почему? Потому что слова и речь не имеют своей собственной независимой природы, и когда их больше нет, ты освобождаешься. Такое освобождение избавит тебя от всех оков».

Когда Вималакирти излагал Дхарму, двести сыновей дэвов реализовали глаз Дхармы (духовное видение) (69). Поэтому я не готов обратиться к нему, дабы справиться о его здоровье».

Тогда Будда сказал Пурнамайтрейянипутре: «Ты пойдёшь к Вималакирти и справишься о его здоровье от моего имени».

Пурнамайтрейянипутра отвечал: «Благороднейший Мира, я не достоин пойти к нему, чтобы справиться о его здоровье. Потому что однажды, когда я в роще под деревом излагал Дхарму группе вновь принятых бхикшу, Вималакирти подошёл к нам и сказал: «Пурнамайтрейянипутра, прежде толкования Дхармы тебе следовало бы сначала войти в состояние самадхи, чтобы узнать умы твоих слушателей. Не испорть пищи в драгоценных сосудах. Тебе следует узнать их умы, а не принимать их драгоценный хрусталь за обычное стекло. Если ты не знаешь их наклонностей, не учи их Хинаяне. У них нет ран, так что не повреди их. Не показывай узких троп тем, кто хочет вступить на широкий путь. Не втискивай огромного моря в след бычьего копыта, не приравнивай свет солнца к тусклому мерцанию светляка.

Пурнамайтрейянипутра, эти бхикшу уже давно развили ум Махаяны, но сейчас они забыли обо всём этом; как можешь ты учить их Хинаяне? Мудрость, преподанная Хинаяной, поверхностна; она сравнима со слепым человеком, не умеющим различить острые и тупые корни живых существ».

При этом Вималакирти вошёл в состояние самадхи и заставил бхикшу вспомнить их прошлые жизни, когда они встретились с пятьюстами Буддами и посеяли семена замечательных добродетелей, которые они посвятили своим поискам высшего просветления; мгновенно они осознали их прошлое и вновь открыли свои основополагающие умы. Они сразу же склонили головы к стопам Вималакирти, который затем истолковал им Дхарму. Они возобновили свои поиски высшего просветления, не возвращаясь назад.

Я полагаю, что шраваки, не знающие, как проникнуть в корни своих слушателей, не должны излагать Дхарму. Отсюда, я не достоин обратиться к Вималакирти, чтобы справиться о его здоровье».

Тогда Будда сказал Махакатьяяне: «Ты пойдёшь к Вималакирти и узнаешь о его здоровье от моего лица».

Махакатьяяна ответил: «Благороднейший Мира, я не готов обратиться к нему и спросить о его здоровье, ибо однажды после того как Будда изложил сущность Дхармы группе бхикшу, я последовал за Ним, чтобы объяснить им значение непостоянства, страдания, пустоты, отсутствия эго и нирваны.

Подошёл Вималакирти и сказал: «Махакатьяяна, чтобы проповедовать о несмертной реальности, не употребляй свой смертный ум. Махакатьяяна, все вещи в основе своей выше созидания и разрушения; вот что значит непостоянство. Пять скандх воспринимаются как пустые и невозникающие; вот что значит страдание. Все вещи в основе своей несуществующи; вот что значит пустота, эго и его отсутствие – недуальность; вот что значит отсутствие эго. Все вещи в основе своей не являются тем, чем они кажутся, они не могут быть субъектом исчезновения сейчас; вот что значит нирвана».

«После того как Вималакирти изложил Дхарму, присутствующие бхикшу преуспели в освобождении своих умов. Вот почему я недостоин обратиться к нему с вопросом о его здоровье».

Тогда Будда сказал Анируддхе (71): «Ты навестишь Вималакирти, чтобы узнать о его здоровье от моего имени»".

Анируддха ответил: «Благороднейший Мира, я не в состоянии к нему обратиться и спросить о его здоровье, ибо как-то раз, когда я прогуливался, чтобы противодействовать сонливости во время созерцания, Брахма, называемый «Великолепно Чистый», вместе со свитой из десяти тысяч дэвов послали лучи света, приблизились ко мне, склонили головы в знак приветствия и спросили: «Как далеко простирается твоё божественное видение?» Я отвечал: «Добродетельный, я вижу землю Шакьямуни Будды в великом космосе как плод амала (72) в своей руке». Внезапно появился Вималакирти и сказал: «Анируддха, когда твой дэва-глаз видит, видит ли он форму или бесформенное? Если он видит форму, ты не лучше тех еретиков, что достигли пяти сверхъестественных способностей. Если же ты видишь бесформенное, твой дэва глаз недейственен и, следовательно, – невидящий».

«Благословенный Владыка Мира, я замолчал, а дэвы прославляли Вималакирти за то, чего они никогда прежде не слышали. Затем они выразили уважение и спросили его: «Есть ли в этом мире кто-нибудь, реализовавший реальный дэва-глаз (73)?». Вималакирти отвечал: «Есть Будда, который реализовал божественное видение; Он всегда в состоянии самадхи и видит все земли просветления, не взращивая двойственности».

«При этом Брахма и пятьсот его приближённых развили ум просветления; они приклонили головы к стопам Вималакирти и внезапно исчезли. Вот почему я не в состоянии обратиться к нему и справиться о его здоровье».

Будда тогда сказал Упали: «Ты обратишься к Вималакирти, чтобы узнать о его здоровье от моего имени».

Упали отвечал: «Благороднейший Мира, я не достоин к нему обратиться, чтобы узнать о его здоровье. Ибо однажды два бхикшу нарушили обеты и, пристыженные своим падением, они не посмели воззвать к Будде. Они пришли ко мне: «Упали, мы нарушили заповеди и стыдимся наших омрачений, так что мы не посмели спросить об этом Будду и пришли к тебе. Пожалуйста, научи нас правилам покаяния, чтобы нам избавиться от клеш.» Тогда я преподал им правила покаяния.

Тут появился Вималакирти и сказал: «Упали, не отягощай их грехов, которые тебе надлежит устранить сразу без дальнейшего повреждения их умов. Почему? Потому что природа греха ни внутри, ни снаружи, ни между ними (74). Как сказал Будда, живые существа нечисты, потому что их умы нечисты; если их умы чисты, они все чисты. А ум также – ни внутри, ни снаружи, ни между. Каковы их умы, таковы их заблуждения. Так и все вещи не выходят за пределы их природы. Упали, когда твой ум освобождается, есть ли там какая-то оставшаяся нечистота? Я отвечал: «Больше нет». Он же сказал: «Подобным же образом умы всех живых существ свободны от нечистоты. Упали, ложные мысли нечисты, а отсутствие ложных мыслей – чистота. Искаженные идеи нечисты, а отсутствие искажённых идей – чистота. Привязанность к эго – нечистое, а непривязанность к эго – чистота. Упали, все дхармы возникают и исчезают, не задерживаясь ни на мгновение подобно иллюзии и вспышке молнии. Все дхармы не ждут один другого и не останавливаются даже на время одной мысли. Все они происходят из ложных взглядов и подобны сновидению и пламени, луне и воде и образу в зеркале, ибо они порождаются неверным мышлением. Тот, кто это понимает, называется соблюдающим правила дисциплины, а тот, кто знает это, называется искусным толкователем предписаний».

При этом два бхикшу воскликнули: «Что за высшая мудрость, не постигнутая Упали, который не может толковать высший принцип дисциплины и морали!» Я же сказал: «С тех пор как я покинул Будду, я не встретил шравака или Бодхисаттвы, которые могли бы превзойти его в риторике, ибо его великая мудрость и совершенное просветление достигли столь высокого уровня».

«Затем оба бхикшу освободились от своих сомнений и покаяний, установили свои умы на поиски высшего просветления и дали обет побуждать все чувствующие существа приобрести такую же силу речи. Поэтому я не достоин идти к Вималакирти и узнать у него о его здоровье».

Тогда Будда сказал Рахуле: «Пойдёшь к Вималакирти и справишься о его здоровье от моего имени».

Рахула отвечал: «Благороднейший Мира, я не готов обратиться к нему, чтобы узнать о его здоровье, ибо однажды старшие сыновья в Вайшали, поклонившись, приветствовали меня со словами: «Рахула, ты – сын Будды и покинул трон ради поиска истины; какие преимущества имеет отказ от дома?» Тогда я рассказал о преимуществах заслуг, достигнутых таким образом. Вималакирти подошёл и сказал: «Эх, Рахула, не следует тебе говорить о достоинствах заслуг, достигнутых благодаря отказу от дома. Почему? Потому что оставление дома не дарует ни благих заслуг, ни преимущества. Только если ты говоришь о мирском образе жизни, можешь ты рассказать о преимуществе и заслугах. Ибо оставление дома – выше мирского, а трансцендентальное – за пределами преимущества и заслуг. Рахула, оставление дома – за пределами любых толкований; оно превыше 62-х ошибочных взглядов (77) и пребывает в (состоянии) нирваны. Оно восхваляется всеми мудрыми и практикуется всеми святыми. Оно поражает всех демонов, освобождает от пяти областей существования (78), очищает пять видов зрения (79), помогает реализовать пять духовных сил (80) и устанавливает пять духовных способностей (81), избавляет от земных обид, хранит от разных бед, освобождает от нереальности имён и понятий, достаёт из нечистоты, освобождает от всех оков, устраняет дуальность субъекта и объекта и всех волнений и долгов; оно дарит внутреннюю радость, защищает все живые существа, пребывает в безмятежности и охраняет от всех бед. Если всего этого достигнуть – это подлинное отречение от дома».

«Затем Вималакирти сказал старшим сыновьям: «Во времена Истинной Дхармы вам следует покинуть дом, чтобы присоединиться к Дхарме». Почему? Потому что очень трудно снискать благоприятную возможность, удачу жить в век-Будды (83)». Старшие сыновья отвечали: «Достопочтенный Упасака, мы слышали, что Будда говорит о том, что нельзя покинуть дом без согласия родителей». Вималакирти сказал: «Да, это так, но в действительности вы покинете дом в момент, когда разовьёте ум, установленный на поиски высшего просветления, что завершит оставление вами дома».

При этом 32 старших сына развили ум просветления. Вот почему я не готов обратиться к Вималакирти и справиться о его здоровье».

Тогда Будда сказал Ананде: «Ты пойдёшь в Вималакирти и узнаешь о его здоровье от моего имени».

Ананда отвечал: «Благороднейший Мира, я не готов пойти к нему и справиться о его здоровье. Это из-за того, что однажды, когда у Благороднейшего Мира было лёгкое недомогание и ему нужно было немного коровьего молока, я взял чашу, подошёл к дому, где жила семья брамина, и стал у дверей. Здесь подошёл Вималакирти и сказал: «Почему ты так рано оказался на улице и держишь в руке чашу для подаяния?» Я отвечал: «Досточтимый Упасака, Благороднейший Мира слегка занемог и пожелал немного молока; вот почему я здесь». Вималакирти сказал: «Остановись, Ананда, перестань говорить такие слова. Тело Татхагаты такое же крепкое, как алмаз, ибо Он отсёк всё дурное и достиг всего благотворного. Какие у Него могут быть недомогания и скорби? Ананда, не клевещи на Татхагату и не позволяй другим людям слушать такую грубую речь. Не дай богам а также Бодхисаттвам других чистых земель услышать об этом. Ананда, водитель мира (Чакравартин), накопивший совсем немного заслуг, уже свободен от всех недугов; насколько же больше это относится к Татхагате, снискавшему бесчисленные заслуги и достигшему всех моральных совершенств? Уходи, Ананда, не позорь нас. Если бы брамины тебя услышали, они бы сказали: «Как может этот человек быть спасителем, если он не может исцелить свою собственную болезнь? Возможно ли ему претендовать на исцеление больных?» Уходи быстро и незаметно, дабы не услышали тебя другие. Тебе следовало бы знать, Ананда, что тело Татхагаты – это Дхармакайя, и не происходит от иллюзии мысли и желания. Будда –это Благороднейший Мира (Бхагават). Его тело выше и за пределами трёх миров и вне потока переселяющегося страдания. Тело Будды – трансцендентально и за рамками судьбы. Как такое тело может быть нездоровым»?

«Благороднейший Мира, его слова устыдили меня, и я спросил себя, правильно ли я понял приказ Будды. При этом вверху в воздухе зазвучал голос: «Ананда, упасака прав, но поскольку Будда появился в пяти касайя (или периодах помутнения на земле) (84), Он употребит этот подходящий метод для освобождения живых существ. Иди, Ананда, и без стыда проси коровьего молока».

«Благороднейший Мира, таковы мудрость и сила речи Вималакирти, что я действительно не достоин обратиться к нему, чтобы справиться о его здоровье».

Таким образом, каждый из пятидесяти главных учеников поведал о своей встрече с Вималакирти и уклонился от задачи обратиться к нему, чтобы узнать о его здоровье.




56. Пассивность, активность, как и их отсутствие в Нирване невозможны, и Бодхисаттва не пренебрегает ничем.

57. Тридцать семь способствующих Просветлению, см. пр. 18.

58. Вималакирти знал, что аудитория была высокого духовного уровня, и её надлежит обучать абсолютной реальности.

59. Трое врат Освобождения - это пустота, бесформенность и недеяние.

60. Есть четыре вида пищи: 

а) съедаемая по индийскому способу, когда сначала скатывают пищу в шарик в руке, а затем подносят её ко рту, чтобы поддержать тело и сохранить жизнь;

б) пища-обет как следствие обета практикующего, развивающего все благие корни, присущие ему; в) кармическая пища, поддерживающая жизни мучающихся в аду; 

г) духовная пища, благодаря которой поддерживают жизнь дэвы в бесформенных мирах. В тексте имеется в виду, что съедание пищи должно быть свободно от всякой привязанности к ней с тем, чтобы быть в согласии с абсолютной реальностью.

61. Освобождение в восьми формах /ашта-вимокша/: 

1.Освобождение, когда в случае возникновения субъективного желания изучают объект или все вещи и осознают их нечистоту; 2.Освобождение, когда не возникает субъективного желания, благодаря тихой медитации, как указано выше;  

3.Освобождение посредством концентрации на чистоте вплоть до реализации неизменного состояния свободы от всех желаний;

 4.Освобождение через реализацию бесконечности пространства или нематериального; 

5.Освобождение через реализацию бесконечного знания; 6.Освобождение в реализации ничто;

7.Освобождение в состоянии ума, когда нет ни мысли, ни отсутствия мысли; 

8.Освобождение благодаря состоянию ума, отмеченному окончательным угасанием как ощущения /ведана/, так и концепции /санджня/; 1 и 2 - освобождение посредством медитации на нечистоте, а 3 - на чистоте. 2 - Противоположное восьмиричному благо-родному пути:

1.неправильные взгляды; 2.неправильные мысли; 3.лживая и праздная болтовня; 4.еретическое поведение; 5.еретические занятия или образ жизни; 6.ложное рвение; 7.неправильная полнота внимания; 8.неистинное созерцание.

63 Шравака сметает тупость, заслоняющую ему мудрость, чтобы достигнуть просветления, и кладёт конец привязанности, чтобы достигнуть освобождения, но Бодхисаттва прямо всматривается в основополагающую природу тупости и любви-привязанности, чтобы устранить все дуальности, относительности и противоположности и реализовать абсолютное состояние просветления и подлинного освобождения.

64. Неведение, злоба, страсть, завить и гордость.

66. Шесть тиртхъяс или еретических учителей были оппонентами Будды: а) Пурана-кашьяна, который учил о несуществовании всех вещей, что всё – иллюзия и что поэтому нет ни смерти, ни рождения, ни принца, ни субъекта, ни родителей, ни дитя, ни их обязанностей; б) Маскари-гошалипутра, который отрицал то, что судьба человека – результат его деяний в прошлых жизнях; в) Саньджая-вайратипутра, учивший, что нет необходимости в поиске истины, поскольку по прошествии неизбежных эонов, смертность придёт к концу и счастье последует естественным образом; г) Аджита-кешакамбала, которому покрывалом служили его волосы и который предавался экстравагантному аскетизму; его доктрина состояла в том, что счастье в следующей жизни взаимосвязана со страданием в этой жизни; д) Какуда-катьяяна, чьи взгляды изменялись согласно обстоятельствам; он отвечал «есть» всем спрашивающим о существова-нии и «не есть» – спрашивающим о не-существовании; е) Нирграндха-джнятипутра, чьи доктрины были детерминистскими - всё предопределено, так что никакие религиозные практики не могли бы изменить чью-либо судьбу.

67. Восемь скорбных условий см.26. 

68. Вималакирти учит Субхути прекратить дифференциацию и оставаться беспристрастным к дуальностям, относительностям и противоположностям, чтобы глубоко всмотреться в основополагающую природу всех феноменов для развития всеохватного ума в соответствии с единством абсолютной реальности.

69. Глаз Дхармы проникает во все вещи, чтобы увидеть истину, освобождающую людей от перерождений.

71. Анируддха был одним из главных учеников Будды; его считали лучше всех овладевшим божественным видением.

72. Плод, подобный ореху бетеля, используемый для лечения простуд.

73. Анируддха не достиг реального видения, которого не может заслонить иллюзия формы.

74. Потому что клеши не имеют независимой собственной природы и потому - не существуют. 

77. 62 взгляда берут своё начало из пяти скандх, рассматриваемых в процессе трёх периодов времени. В прошлом каждый имел дело с постоянством, непостоянством, с обоими или ни с одним из них  в настоящем, и здесь мы имеем дело с пространством или протяжённостью, каждый ограничен, неограничен, и то и другое или и ни то и ни другое. В будущем каждый или продолжится или нет, и то и другое или ни то и ни другое, что в сумме составит 60. Если добавить две идеи о том, что тело и ум являют собой единство или что они различны, то в целом у нас получится 62.

78. Пять областей существования: боги и асуры, люди, животные, голодные духи и жители ада.

79. Пять видов зрения: 

  • человеческое; 
  • божественное или неограниченное; 
  • мудрости, видящий все вещи как нереальные, 
  • Дхарма-глаз, проникающий во все вещи, чтобы видеть истину, освобождающую людей от перерождения; 
  • просветлённое видение всеведущего.

80. Пять духовных сил или нанча-балани см.23. 81. - Пять духовных способностей или индрияни-панча см.22.

83. Век, когда Будда был на земле.

84. См. Сурангама Сутра, стр. 105, где приведено подробное изложение пяти условий помутнения.