История аборта в России

История аборта в России
Мы живём в мире, в котором аборт узаконен, привыкли к тому, что это норма жизни, и это разумное решение современной раскрепощённой женщины. Чтобы понять проблему глубже, стоит задуматься, а всегда ли так было? Везде ли так сейчас? Кто и когда сформировал идею о том, что аборт — это естественный и адекватный выбор? Так или иначе, женщины с древних времён пытались решать проблему «незапланированной» беременности, отрицать этот факт было  бы бессмысленно.
Вопрос только в том, как общество и государство относились к «вытравливанию плода», и соответственно, насколько часто всё же решались прибегать к такому методу женщины. Взглянем на историю вопроса. 
В христианских странах до  XX  века убийство нерождённых детей было запрещено законом. В  России XV– XVIII веков за вытравление плода зельем или с помощью бабки-повитухи священник накладывал на женщину епитимью сроком от 5 до 15 лет. Во второй половине XVII века царь Алексей Михайлович Романов принимает закон, по  которому за  искусственное прерывание беременности устанавливается жёсткое наказание  — смертная казнь. Её отменил только Пётр I в 1715 году. По положению о  наказаниях 1845  года аборт приравнивался к умышленному детоубийству. Вина за это преступление возлагалась как на врачей, так и на самих женщин. Аборт карался каторжными работами от 4 до 10 лет для врача и ссылкой в Сибирь или пребыванием в исправительном учреждении от 4 до 6 лет для самой женщины. Причём наличие у производящего аборт медицинского образования рассматривалось как отягчающее вину обстоятельство. Более поздний законопроект российского министерства юстиции грозил матери, виновной в  умерщвлении плода, заключением в исправительном доме сроком до 3 лет. Такое же наказание было предусмотрено и в отношении всякого лица, виновного в  умерщвлении плода беременной, причём, если этим лицом являлся врач или повивальная бабка, то суд был вправе лишить виновного практики сроком до  5  лет и  опубликовать свой приговор. Наказанию подлежали также и третьи лица, даже если они с согласия беременной участвовали в деянии, а также пособники, доставлявшие необходимые средства для истребления плода. Если же умерщвление плода произошло без согласия бере- менной, то виновные наказывались каторгой до 8 лет. Неосторожный аборт наказанию не подлежал. 
Женщина от страха, находясь в безвыходной на её взгляд ситуации, могла сделать аборт, но общество всегда говорило «нет». Государство предлагало иные варианты — содержались воспитательные дома, в которые можно было тайно принести только что рождённого младенца, уже при Петре I открывались родовспомогательные отделения, где женщинам разрешалось рожать в маске, не открывая себя. Конечно  же, рождение ребёнка вне брака, отказ от  него осуждались обществом. Такая мать вряд ли могла рассчитывать на счастливую семейную жизнь, если эти страницы её биографии становились известными, но на уровне законодательства такой поступок считался более адекватным, за это не наказывали. Когда  же всё поменялось, а  государство стало приветствовать убийство своих самых маленьких граждан? В 1913 году, на съезде русских врачей в память Н.И. Пирогова, большинством голосов было принято решение легализовать аборты и освободить от уголовной ответственности, как матерей, так и оперирующих врачей. Широкую общественную поддержку этому постановлению придал В.И. Ленин, посчитавший его свидетельством демократических прав граждан. В  результате, спустя несколько лет после прихода к власти большевиков, 19 ноября 1920 г. аборт был разрешён, а Россия стала первой страной в мире, узаконившей прерывание беременности по желанию женщины. 
На первый взгляд, странное решение для государства. Перенесёмся на несколько десятилетий вперёд, чтобы посмотреть,  когда и  зачем ещё принимались подобные решения? Для порабощения славянских стран Борман предлагает Гитлеру следующую политику (зафиксированную в одном из секретных приказов): «В случае абортов на восточных оккупированных территориях мы можем только приветствовать это; в  любом случае мы не  будем препятствовать. Фюрер надеется, что мы развернём широкую торговлю противозачаточными средствами. Мы не заинтересованы в росте негерманского населения». «Необходимо наладить широкое производство этих (контрацептивных) средств. Распространение этих средств и аборты ни в коей мере не должны ограничиваться. Следует всячески способствовать расширению сети абортариев»,— замечания и  предложения по  генеральному плану «Ост» рейхсфюрера войск СС Гимлера. «Пристрелил  бы любого, кто попытался  бы запретить аборты на  Украине»  — говорит сам А. Гитлер. Согласно этой тактике, аборт должен проводиться, когда бы женщина не  попросила его. Неарийское население должно быть уничтожено, и для этого подходят все способы. Результаты подобной же политики (разрешение и поощрение абортов), проводимой в Советском Союзе, не заста- вили себя долго ждать. Статистика отражает последствия такого закона: по данным специального исследования, проведённого В.В. Паевским в  Ленинграде, в  1928 г. лишь 42% беременностей закончились рождением ребёнка. Остальные 58% были прерваны абортом. То есть по сути, на каждого рождённого ребёнка приходился один убитый… Такая ситуация, по  мнению автора, свидетельствовала о «почти исключительной роли абортов в понижении рождаемости».
Количество абортов на душу населения продолжало расти и дальше, особенно среди городского населения. По данным И.А. Курганова, в Москве в 1934 г. на одно рождение приходилось около трёх абортов. Аборт стал основным и практически единственным способом регулирования числа детей в семье. Уже через 4–5  лет после легализации абортов уровень рождаемости снизился настолько, что из-за опасности демографического кризиса в  1936  году аборты законодательно ограничиваются. Разрешались они только в случае угрозы жизни или тяжёлого ущерба здоровью женщины. Ситуация сразу  же изменилась: снизились и  сопутствующие риски материнской смертности, уменьшились показатели ухудшения репродуктивного здоровья, бесплодия, распада семей и т.д. Однако уже в 1955 году аборты разрешаются вновь, что увеличивает их количество до такой степени, что выводит СССР на одно из первых мест в мире по абортам. Государство призвано защищать своих граждан: от внеш- них врагов, от катаклизмов. Но оно почему-то рекомендует убивать их… Вдумайтесь в  эти цифры: вплоть до  1990 г. ежегодно в России совершалось более 4–4,5 млн. абортов (за пять лет — более 20 млн). Для сопоставления — за пять лет Великой Отечественной Войны наши людские потери составили всего 6,5 миллионов человек.
Овидий в «Метаморфозах» писал: 
«Подлинно ль женщинам впрок, что они не участвуют в битвах 
И со щитом не идут в грубом солдатском строю, 
Если себя без войны они собственным ранят оружьем, 
Слепо берутся за меч, с жизнью враждуя своей? 
Та, что пример подала выбрасывать нежный зародыш,— 
Лучше погибла б она в битве с самою собой! 
Если бы в древности так матерям поступать полюбилось, 
Сгинул бы с этаким злом весь человеческий род!» 

Так стоит ли пускать на Россию танки? Или всё можно сделать гораздо проще? Сама  ли женщина принимает решение об  аборте? Или его за неё уже приняли те, кому кажется, что наши территории слишком густо заселены? Давайте посмотрим к чему мы пришли. Это всего лишь сухие цифры, но говорят они ярче слов: немного статистики, изложенной сухим и официальным языком. К 2002 году около 60% всех беременностей в России заканчиваются абортом. Россия занимала 2 место в мире после Румынии по числу абортов на душу населения. Каждый 10 аборт совершают девушки до  18  лет. Из  проживающих в России 38 млн. женщин детородного возраста, около 6 млн. бесплодны, в том числе из-за предшествующих абортов. На сегодняшний день по оценке министра здравоохранения и социального развития РФ Михаила Зурабова, в Рос- сии ежегодно делается 1,6–1,7 миллионов абортов. Россия на первом месте в мире по числу абортов: здесь, даже по  официальной статистике, абортом заканчиваются 70% всех беременностей. Россия — мировой лидер по убийству нерождённых детей матерями и врачами. 
Согласно статистике в России: 
• 70% беременностей заканчиваются абортом;
 
• 10% делают аборт девушки от 10 до 18 лет; 

• 22000 абортов делается каждые сутки; 

• около 90% абортов производится между 6-й и 12-й неделями беременности,

• практически все аборты дают осложнения, 

• 7–8% женщин после аборта становятся бесплодными. 

Главный акушер-гинеколог Минздрава РФ академик РАМН Владимир Кулаков привёл данные Научного центра акушерства и гинекологии, директором которого он является: «Бесплодны 6–7 млн. российских женщин и 3–4 млн. мужчин. Данные эти неполные». Многие врачи говорят, что официальную статистику по количеству абортов следует умножить вдвое. Демографическая ситуация в России. У нас в  стране 147,5  млн. населения (последняя перепись) — пусть 150 млн. Половина — пенсионеры (отсюда и  далее все цифры приблизительные). В любом случае, из 150 млн. способно образовать детородную семью не более половины. Итого — 75 млн. Женятся не все (особенно в городе), пусть 2/3 (с учётом разводов), получаем 50 млн., т.е. 25 млн. пар. Каждая пара имеет в среднем 1,3 ребёнка (по Москве), пусть 1,5. 25 х 1,5 = 40 млн. 
Получили, грубо (без учёта убыли на все виды смерти), следующее: 1) 40  млн. граждан останется в  России по  истечении 70  лет (70  лет — средняя продолжительность жизни), и в последующие 70 лет — снижение во столько же раз. 2) для простого воспроизводства населения (сохранение уровня 150 млн.) каждая семья должна рожать 6 детей (в 4 раза больше, чем сейчас). Мы видим, насколько различными были исходные данные для того, что бы сделать выбор, рожать или не рожать на протяжении даже нескольких веков. Мощные силы создавали условия, максимально ограждающие женщину от такого поступка, или, наоборот, толкающие на него. Имеем ли мы право принимать собственное решение или наши дети должны становиться жертвами чьих-то политических игр? Что ждёт нашу страну, наших внуков и правнуков, если мы продолжим убивать своих детей? Кому и за- чем нужно, что бы мы продолжали это делать?