Измени себя — изменится Мир вокруг
Логотип клуба OUM.RU

Бхикшуни Саньютта

Бхикшуни Саньютта
Бхикшуни Саньютта

Бхикшуни саньютта – собрание из 10 коротких сутт в стихе и прозе. Протагонистами в этих суттах выступают буддийские монахини, бхиккхуни. Все 10 сутт имеют схожий шаблон, в котором повествуется о противостоянии той или иной монахини и Мары.

Алавика сутта: Алавика

Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. И тогда, утром, монахиня Алавика оделась, взяла чашу и одеяние и отправилась в Саваттхи за подаяниями. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых для затворничества.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Алавике, желая нарушить её затворничество, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«Спасения в этом мире нет,
Зачем тебе уединение?
Ищи же наслаждения в усладе чувств:
Иначе после будешь сожалеть!»

И тогда мысль пришла к монахине Алавике: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё затворничество». И тогда монахиня Алавика, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Спасение в этом мире есть,
И плотно мудростью коснулась я его,
Ты, родственник беспечных, Злой,
Не знаешь состояния сего1.

Услады чувств подобны кольям и мечам,
А совокупности – точно колода их.
И что ты называешь наслаждением чувств,
То для меня уже не-наслаждение».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Алавика знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Сома сутта: Сома

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Сома оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня. И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Соме, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«То состояние, что сложно обрести,
Которого достигнуть следует провидцу,
Его не может женщина достичь –
Мудрость её равняется двум пальцам»2.

И тогда мысль пришла к монахине Соме: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Сома, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«На что влияет женскость,
Коль ум сосредоточен,
И знание поступает
Когда ты видишь Дхамму.

К кому приходит эта мысль:
«Я женщина», «Мужчина я»,
«Такой-то я, сякой» –
К тому и Мара может обращаться».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Сома знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Готами сутта: Готами

Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Кисаготами оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Кисаготами, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«Как сын твой умер, так зачем
Сидишь одна и слёзы льёшь?
И в лес войдя совсем одна,
Мужчину поджидаешь ты?»

И тогда мысль пришла к монахине Кисаготами: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Кисаготами, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Переступила смерть я сыновей,
И с этим, поиск мой мужчин угас.
И не печалюсь, не рыдаю я,
И, друг, тебе меня не испугать.

И наслаждение разрушено везде,
И груда тьмы разделена.
И войско Смерти разгромив,
Живу без загрязнений я».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Кисаготами знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Виджая сутта: Виджая

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Виджая3 оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Виджае, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«Так молода и так красива,
И юн и я в своих годах первоначальных.
Так что ж, о благородная девица,
Порадуемся музыке ансамбля с инструментами пятью».

И тогда мысль пришла к монахине Виджае: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Виджая, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Формы и звуки, запахи и вкусы,
Как и чудесные прикосновения тела –
Всё это отдаю тебе назад, о Мара,
Ведь больше мне это не нужно.

Я отвергаю, отношусь с презрением
К вонючему и гнилостному телу,
Столь хрупкому, подверженному разрушению:
Искоренила чувственную жажду.

И равным образом [я так же отношусь] к тем существам,
Блуждают что по миру форм,
И к тем, в бесформенности пребывает кто,
И к этим умиротворённым достижениям тоже:
Ведь тьма повсюду уничтожена была».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Виджая знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Уппалаванна сутта: Уппалаванна

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Уппалаванна4 оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она встала у подножия цветущего салового дерева.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Уппалаванне, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«У древа салового, чья верхушка вся в цветах,
Стоишь ты у его подножия, монахиня, совсем одна.
Нет никого, кто состязаться в красоте с тобой бы смог:
О глупая, как не боишься негодяев ты?»

И тогда мысль пришла к монахине Уппалаванне: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Уппалаванна, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Хоть сотня тысяч негодяев пусть придёт
Точно таких же [подлых] как и ты,
Не колыхнётся даже волосок, и ужас не придёт ко мне,
И даже будучи совсем одна, тебя я, Мара, не боюсь.

Могу невидимой ведь сделать я себя,
Или могу войти я в твой живот.
Могу я встать между твоих бровей
И даже проблеск мой не сможешь ты поймать.

Ведь я владыка своего ума,
И сферы сил развила очень хорошо5,
Свободна я от всяческих оков
И потому, друг, не боюсь тебя».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Уппалаванна знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Чала сутта: Чала

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Чала6 оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня. И тогда Злой Мара подошёл к монахине Чале и сказал ей:

«Монахиня, чего ты не одобряешь?»

«Я не одобряю рождения, друг».

[Мара]:
«Но почему не одобряешь ты рождения?
Родившись, получаешь наслаждения чувств ты.
Кто ж убедил тебя вот в этом:
«Монахиня, не одобряй рождения»?

[Монахиня Чала]:
«Тот, кто родился, встретит также смерть он.
Родившись, получает он страдания –
Зависимость, убийство и несчастье –
Вот почему не стоит одобрять рождения.

И Будда Дхамме научил,
Преодолению рождения.
Для оставления всех страданий
Он в правде утвердил меня.

А существа, что проживают в формах,
И что в бесформенном живут –
Не понимая прекращения
Придут к существованию опять».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Чала знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Упачала сутта: Упачала

Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Упачала оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня. И тогда Злой Мара подошёл к монахине Упачале и сказал ей:

«Монахиня, где бы ты хотела переродиться?»

«Я не хочу переродиться где-либо, друг».

[Мара]:
«Есть дэвы Таватимсы, Ямы дэвы,
А также мира Туситы есть божества,
Есть дэвы, радуются что в творении,
А также есть и те, осуществляют что контроль.
Давай, направь свой ум туда
И наслаждение переживать ты будешь7».

[Монахиня Упачала]:
«Есть дэвы Таватимсы, Ямы дэвы,
А также мира Туситы есть божества,
Есть дэвы, радуются что в творении,
А также есть и те, осуществляют что контроль.
И чувствования путами охвачены они,
И попадут опять они под управление Мары.

Весь мир в огне,
Весь мир горит,
Весь мир сияет, полыхает,
И содрогается весь мир.

Но то, что не подвержено ни пламени, ни сотрясанию,
Не обращаются к чему мирские существа,
Для Мары места где не обнаружить, не найти –
Вот где мой ум находит наслаждение».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Упачала знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Сисупачала сутта: Сисупачала

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Сисупачала оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня. И тогда Злой Мара подошёл к монахине Сисупачале и сказал ей:

«Чьи убеждения ты одобряешь, монахиня?»

«Я не одобряю чьих-либо убеждений».

[Мара]:
«Под чьим учительством ты голову обрила?
Похожа на аскета ты,
Но убеждений ты не одобряешь.
Зачем же странствовать, будучи сбитой с толку8

[Монахиня Сисупачала]:
«Вне [этого Учения] приверженцы есть убеждений,
Которые уверены в воззрениях своих.
Но их учений я не одобряю,
Ведь в Дхамме необучены они.

Но в клане Сакьев есть один рождённый,
Он просветлён, и не сравнится с ним никто.
Всего завоеватель он, и Мары укротитель,
Непобеждён нигде он,
Непривязан всюду и освобождён.
И наделённый Видением, он тот, кто видит всё.

Достигший окончания даже малейшей каммы,
Освобождён он в угасании обретений,
Благословенный – вот кто мой Учитель,
И именно его учение одобряю я».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Сисупачала знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Села сутта: Села

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Села оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Селе, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«Кем создана марионетка эта?
И где ж находится её изготовитель?
И где возникла эта кукла?
И где находит она прекращение?»

И тогда мысль пришла к монахине Селе: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Села, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Не создана собой марионетка эта,
Как и другим не создано страдание.
А от причины появилась эта кукла.
И ждёт её распад при прекращении причины.

Подобно семечку, посаженному в землю,
Растёт которое зависимым от двух условий –
Ему нужны и плодородной почвы соки,
И влаги поступление необходимо –

Так, совокупности и элементы,
И ощущений чувственных шесть сфер контакта
Зависимыми от причины возникают,
Распад их ждёт при прекращении причины».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Села знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Ваджира сутта: Ваджира

В Саваттхи. И тогда, утром, монахиня Ваджира оделась, взяла чашу и одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после обеда она отправилась в Рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в Рощу Слепых, она села у подножья одного из деревьев, чтобы провести здесь остаток дня.

И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в монахине Ваджире, желая нарушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:

«Кем было создано вот это существо?
И где находится его создатель?
И где возникло это существо?
И где находит оно прекращение?»

И тогда мысль пришла к монахине Ваджире: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?» И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая нарушить моё сосредоточение». И тогда монахиня Ваджира, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:

«Зачем предполагать [какое-либо] «существо»?
Не в этом ли твоё воззрение, Мара?
Ведь куча это лишь простых формаций,
В которой существа не обнаружить.

И как и для собрания частей
Используется слово «колесница»,
Так и для совокупностей, что существуют,
Условность применяется: вот – «существо».

Страдание всего лишь возникает,
Страдание наличествует и уходит прочь.
Не возникает ничего, помимо лишь одних страданий,
Нет ничего, что прекращается, помимо них9».

И тогда Злой Мара, осознав: «Монахиня Ваджира знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.

Источник

Метки

Оцените статью

3 / 10
Поделиться с друзьями
Ваша помощь проекту

Примечания

  • 1 – Комментарий поясняет, что спасение в данном случае – это ниббана, а мудрость – знание пересмотра (которое приходит после достижения ниббаны).
  • 2 – Комментарий поясняет, что речь идёт о слабой мудрости, дословно "мудрость двух пальцев" (двангула-панньяая). Так сказано, поскольку женщины держат клубок ниток двумя пальцами, когда отрезают нитку. Под-Комментарий, однако, объясняет иначе: "С возраста семи лет они проверяют, приготовлен ли рис, беря из горшка зёрна риса и зажимая их между двумя пальцами. Поэтому сказано, что у них "мудрость двух пальцев".
  • 3 – Комментарий поясняет, что она была подругой Кхемы, главной жены царя Бимбисары. Когда она услышала, что Кхема стала монахиней, она пришла к ней и после беседы также загорелась желанием получить монашеское посвящение (которое ей дала сама Кхема).
  • 4 – Монахиня Уппалаванна была объявлена Буддой самой выдающейся монахиней, обладающей сверхъестественными силами (иддхи).
  • 5 – Иддхипада, "основы сверхъестественной силы" – это поддерживающие условия для осуществления сверхъестественных сил (иддхи), описанных в предыдущей строфе.
  • 6 – Чала, Упачала, Сисупачала были младшими сёстрами Достопочтенного Сарипутты.
  • 7 – Здесь перечисляются пять из шести небесных (божественных) миров чувств. Не упомянут самый нижний из них – Мир Четырёх Царей.
  • 8 – Здесь используется слово "пасанда", обозначающее воззрения и убеждения отшельников вне учения Будды.
  • 9 – Страдание означает внутреннюю неудовлетворительность пяти совокупностей (панча-ккхандха-дуккха), которые идентичны "куче простых формаций" (суддха-санкхара-пуньджа).

Благодарности и пожелания